Читаю свои старые заметки в блоге о винокуренных заводах и удивляюсь насколько мои представления тогда и сейчас о принципах существования питейной системы незначительно изменились. Изменился накопленный материал по помещичьим заводам и сегодня понимаю более детально, как функционировало производство и продажа вина в Российской империи во второй половине XVIII века в отдельно взятом уезде.
Прежде следует рассказать о том, что винокурение не сразу стало дворянской монополией. Только в 1753 году государство допустило дворян до винокурения, через два года запретило деятельность купеческих заводов, и только Устав о винокурении 1765 года окончательно постановил: «Вино курить дозволяется всем дворянам и их фамилиям: а прочим никому».
Введение нового Устава объяснялось следующими причинами: 1) корчемство «истребить» не удалось никакими мерами; 2) питейный доход необходим казне для государственных нужд и 3) он полезен, так как позволяет заменить необходимость введения других налогов.
Об этом документе подробнее, поскольку он регулировал всю питейную деятельность государства.
Дворяне могли курить вино только в своих имениях, используя только своих крестьян. При этом произведенное вино следовало отдавать откупщикам по заранее заключенным договорам (контрактам). Самостоятельная продажа простого вина была запрещена. При этом государство строго контролировало весь процесс производства и продажи.
Обязательно было уведомлять местную канцелярию о желании открыть завод. Затем владелец закупал перегонные кубы и казаны, привозил их к канцелярии для осмотра и клеймения. Если кубы были большого размера, то воевода сам должен был отправляться к помещику в имение. Приведу пример. 1 февраля 1776 года по требованию служащего графа Федора Андреевича Остермана на его заводе в Красой слободе «присутствующим воеводской должности Пронский воеводский товарищ Данилой Кузьминым медный куб свядительствован и указным ведром измерен. А помере в нем явилось 115 ведер, который и «заклеймен...» Затем присутствующими была произведена и первая проба его работы.
При этом у государства были четкие представления о том, сколько вина может производить на имеющемся оборудование. В 1759 году на том же заводе со старого куба сняли клеймо, а на новый куб, большего размера, поставили: «А по силе камер-коллегии указа надлежит числить пропорцию на выкурение вина каждую тысячу ведер по 48 ведер, а на 4000 ведер -192 ведра…» Таким образом из имеющихся кубов можно выкурить 4000 ведер вина и сверх 200 ведер вина. И действительно долгие годы с 3 кубов, стоящих на заводе «план» поставок, составлял 4000 ведер в год.
Оборудование тоже должно было соответствовать определенным требованиям. Так, кубы и казаны должны были быть медные целиком: «…кубов и казанов чугунных, равно хотяб и медные были, но с днами железными и чугунными отнюдь никому не иметь и в них не курить…» Особо отмечалось, что государство будет считать «ревнительным сыном Отечества» и поддерживать того, кто будет выписывать оборудование из Англии или делать его по английским образцам. Это позволяло, по мнению властей, на лучшем оборудовании экономить дрова и хлеб, производить водку и вино лучшего качества.
Помещику, конечно, Устав позволял выкуривать ограниченное количество «питей» для личного пользования.
Нарушение каждого из требований рассматривалось как корчемство и строго наказывалось.
Если дворяне и их родственники были пойманы на корчемстве первый раз, то их лишали чинов, права на винокурение, а казаны и кубы отбирали в казну. Если преступление совершалось повторно, то движимое и недвижимое имущество отбиралось и отдавалось наследникам, «которые про оное корчемство не ведали». Строги были наказания и для других слоев населения (помещичьих и других крестьян, однодворцев, купцов, разночинцев на государственной службе) за незаконное производство и продажу алкоголя.
Государство было заинтересовано, чтобы поставки на питейные дворы происходили бесперебойно. Поэтому договора носили долговременный характер. Первоначально, в середине 1750-х гг. власть пыталась поддерживать контракты между дворянами и откупщиками на 10 лет. Но от этой практики отказались. Поэтому с 1766 года контракты заключались на 4 года. Но и их выполнение происходило с перебоями со стороны владельцев винокурен и санкциями со стороны государства. Но об этом в следующий раз.