Все описанные события и персонажи вымышлены. Любые сходства с реальными событиями случайны.
Андрей ступил за ограду отеля и поднял руку, у тротуара бесшумно замер огромный, похожий на океанский лайнер автомобиль. Это был настоящий исполин ушедшей эпохи. Его бирюзовые бока, покрытые лаком, хранили на себе память времени в виде мелкой сетки кракелюра — тонких трещинок, похожих на старческую кожу. Крыша, некогда белоснежная, под палящим солнцем приобрела благородный, теплый оттенок слоновой кости. Хромированная решётка радиатора, плавно перетекающая в массивный бампер, всё ещё слепила глаза, хотя кое-где её уже тронула едва заметная рыжая паутина коррозии. Андрей, завороженный этой суровой и щемящей красотой, отошел на пару шагов, чтобы полюбоваться открывшимся видом.
Водительская дверь распахнулась, и на асфальт ступил темнокожий мужчина. На нём была выцветшая, пёстрая рубашка с коротким рукавом, лёгкие светлые брюки и простые сандалии. Короткие чёрные волосы на его висках уже тронула благородная седина, а тёмные глаза смотрели весело и с хитринкой.
Он поинтересовался, намерен ли сеньор любоваться дальше или всё же поедет. Андрей, извинившись за своё восхищение, сходу опознал в машине «Pontiac Chieftain» пятьдесят седьмого года. Кубинец, польщённый познаниями пассажира, с грустной улыбкой заметил, что время неумолимо, и содержать «железного кормильца» с каждым годом всё труднее. Он ласково провёл ладонью по тёплому металлу крыши, словно по крупу любимой лошади. Узнав, что ехать нужно к бывшим казармам «Гурон» (теперь там военная школа, куда Андрею нужно к другу), водитель галантно обошёл машину и распахнул заднюю дверь, приглашая пассажира на просторный диван.
Автомобиль, отозвавшись сытным, басовитым рокотом восьми цилиндров, плавно отплыл от тротуара и через пару минут уже мчался по знаменитой набережной Малекон. Андрей, согласно каким-то своим мыслям, улыбнулся, достал из кофра блокнот и карандаш и быстро начал записывать. Водитель мельком взглянул на него в салонное зеркало и понимающе улыбнулся. На страницах блокнота рождались строки о бирюзовом «Понтиаке» — не просто машине, а немом свидетеле истории, помнящем Батисту и революцию, пережившем ракетный кризис. Андрей видел в нём портрет ушедшей эпохи, когда цвет выбирали не из-за моды, а из-за красоты.
Вскоре такси замерло напротив массивного трёхэтажного здания песочного цвета с тёмно-коричневыми рамами окон. Над центральным входом, прикрытым массивным козырьком, развевался кубинский флаг. Андрей, попросив водителя подождать, расплатившись, пересёк дорогу и скрылся за тяжёлыми дверьми. Машина развернулась и замерла у противоположного тротуара. Водитель вышел, облокотился о переднее крыло и закурил, терпеливо ожидая.
Минут через десять Андрей появился вновь. Он взглянул на темно-голубое небо, тоже закурил и подошёл к автомобилю, сообщив, что нужно подождать ещё немного. Водитель согласно кивнул. Андрей заметил, что на набережной сегодня необычно пустынно. Кубинец, затянувшись дымом сигареты, объяснил: сафра, уборка сахарного тростника. Многие жители столицы уехали помогать мачетерос, чтобы страда не затянулась — ведь сахар даёт стране валюту. Андрей, улыбнувшись, заметил, что водитель рассуждает не как простой таксист. Тот охотно рассказал о себе: революция дала ему возможность учиться. Окончив семь классов, он выучился на механика, но понял, что душа у него лежит больше к управлению, чем к ремонту. Его отец и дед всю жизнь рубили тростник, но так и не выбились из нужды, а когда Фидель Кастро высадился с «Гранмы», они с отцом ушли в горы Сьерра-Маэстра.
Разговор прервался, когда массивная дверь школы распахнулась, и на крыльцо вышел мальчишка лет пятнадцати в военной форме с шевроном. Андрей, затушив сигарету, шагнул к нему навстречу. Мальчишка, дойдя до него, на мгновение замер по стойке «смирно» и вскинул руку к кепи, но тут же рассмеялся и бросился в объятия. Водитель с улыбкой наблюдал за этой тёплой сценой.
Андрей, чуть отстранив юного друга по имени Фидель, снял с его головы кепи и взъерошил короткие волосы, поражаясь, как тот вырос. Выяснив, что мальчишка хочет на Малекон, они снова устроились на заднем сиденье, и «Понтиак» плавно покатил по дороге.
В салоне Фидель, сунув кепи под погон, с грустью выслушал извинения Андрея, что тот не смог навестить его родных в Панаме. Андрей, в свою очередь, рассказал, что снова был в Центральной Америке — в Никарагуа, Коста-Рике, Гондурасе — и передал приветы от общих знакомых. Фидель попросил ответить тем же при встрече. Зашла речь о его перелётах домой: в свои пятнадцать он может путешествовать один. О билетах заботился полковник Норьега, бронируя их по согласованию со школой, а в аэропорту Панамы мальчика всегда встречали. На вопрос об учёбе Фидель ответил, что всё замечательно. До выпуска оставалось два года, и мысль об этом была горько-сладкой: с одной стороны, радостно, с другой — тяжело расставаться с друзьями. Андрей поинтересовался, навещал ли его команданте, как обещал в прошлый раз. Фидель оживился: они дважды ездили на рыбалку к Рамону и он даже познакомился с братом команданте, Раулем, который оказался невероятным человеком. Андрей, засмеявшись, заметил, что будущий офицер обрастает полезными связями. Водитель, краем уха слушавший этот разговор, лишь покачал головой, бросив взгляд в зеркало.
Впереди уже показалась гранитная лента набережной, отделяющая город от бескрайней Атлантики. Справа теснились разноцветные домики с облупившейся штукатуркой и окнами, прикрытыми деревянными жалюзи. Водитель вновь посмотрел в зеркало, уточняя, где остановить. Андрей, решив пройтись пешком, попросил притормозить прямо здесь.
Фидель вышел, разгладил складки на рубашке и замер, с улыбкой глядя на горизонт. Андрей договорился с водителем встретиться в шесть вечера у памятника Хосе Марти, расплатился, и «Понтиак» укатил.
Волны залива с глухим гулом бились о гранитный парапет, рассыпаясь алмазной пылью. Солёный, влажный воздух был тяжёлым, но этого словно не замечали рыбаки, неподвижно сидевшие на складных стульях. Решив перекусить, Андрей и Фидель не спеша направились вдоль парапета к палаткам, что виднелись напротив американского посольства. Мимо них проплывали грузовики с плантаций, набитые людьми в соломенных шляпах, тарахтели «Лады», но главное — медленно и важно, с утробным рычанием мощных моторов, двигались живые легенды пятидесятых: «Плимуты», «Бьюики», «Понтиаки». Фидель, провожая их взглядом, вдруг звонко рассмеялся и обратил внимание Андрея на лица водителей этих американских машин. Андрей всмотрелся и, оценив наблюдательность мальчишки, рассмеялся в ответ. Он похвалил друга за внимание к деталям и спросил, не забросил ли тот музыку. Фидель с серьёзным видом ответил, что офицер — это образ жизни, и мало освоить военное дело, нужно стать человеком высокой культуры, для которого честь, достоинство и верность слову — не пустые звуки. Андрей, растроганный, обнял мальчишку, ещё раз поразившись тому, как он вырос.
На парапете компания стариков самозабвенно резалась в домино. Они не замечали ни брызг, ни прохожих; стучали костяшками с азартом мальчишек, и их смех ветром разносило вдоль всей набережной, смешиваясь с криками чаек и шумом прибоя. Андрей, достав фотоаппарат, вышел прямо на дорогу, поймал удачный кадр — щёлкнул затвор, зеркало коротко хлопнуло, застрекотал моторчик протягивая плёнку.
Молодёжь сидела на парапете, болтая ногами над водой; кто-то играл на гитарах, распевая песни о любви и разлуке. Влюблённые парочки прогуливались в обнимку, матери вели за руки карапузов, которые звонко смеялись каждый раз, когда солёные брызги долетали до них.
У палаток кипела жизнь, воздух был густо замешан на десятках ароматов. Молодая женщина с лицом Мадонны и грубыми руками прачки ловко управлялась с шипящей кофеваркой, разливая по маленьким стаканчикам кофе — чёрный, как смоль, густой, как патока, и приторно-сладкий. Рядом парень в промасленной бейсболке колдовал над жаровней с сосисками, ловко вкладывая их в мягкие, ещё тёплые булки и поливая горчицей из пластиковой бутылки. Зрелище было настолько аппетитным, что у стоящих рядом невольно перехватывало дыхание. Андрей, не переставая снимать, ловил в объектив то торговцев, то покупателей, то просто счастливые лица. Взяв по хот-догу и по стаканчику кофе, они с Фиделем устроились прямо на парапете, с наслаждением откусывая от чуть сладковатой булки с хрустящей корочкой и сочной сосиской.
На площадке Author Today можно приобрести и скачать в формате FB2 электронные книги: «Пикси», «По прозвищу Змей», «Серж» (6 книг).
Полную версию и другие произведения читайте на Boosty, подписка платная всего 130 рублей месяц.