Когда приходят родители подростков, первая фраза почти всегда одна и та же, просто с разными интонациями: «С моим ребёнком что-то не так». Дальше может быть про школу, про грубость, про закрытую дверь в комнату, про странных друзей, про нежелание ничего делать. Родители искренне верят: проблема в ребёнке, его надо чинить, менять, лечить.
И я тоже так раньше думала. Пока не поняла одну вещь.
Что на самом деле происходит?
Ребёнок не хочет учиться. Грубит. Врёт. Сидит в телефоне сутками. Выглядит как классический запрос на «починить подростка». Но если копнуть глубже, почти никогда дело не в нём одном.
Подростковый возраст — это нормальный кризис. Винникотт называл это «нормальной болезнью». Ребёнку нужно отделиться, стать собой, проверить границы. Но то, как он это делает, зависит не только от его характера. А от того, что происходит между ним и родителями. От того, умеют ли взрослые быть рядом, не ломая, не продавливая, не убегая.
И вот здесь начинается самое интересное. Есть большой мета-анализ Оксфордского университета (Leijten et al., 2025), который обобщил данные 244 исследований из 36 стран, почти 30 тысяч семей . Вывод один, программы для родителей работают. Но эффект зависит не от количества занятий, а от качества взаимодействия. И главное — работа с родителями даёт устойчивые изменения в поведении детей, даже если ребёнок напрямую в терапии не участвует.
Другое исследование, из Нидерландов (Scherpbier et al., 2025), изучало сам процесс коучинга родителей. Оказалось, что есть два типа стратегий: директивные (когда специалист говорит «сделайте так») и поддерживающие (когда специалист замечает и закрепляет то, что родитель уже сделал правильно). Поддерживающие стратегии работают намного лучше. Они повышают вероятность того, что родитель будет использовать нужные навыки, на 10–25% . То есть не «учите родителя жить», а замечайте то хорошее, что у него уже есть, и укрепляйте это.
Что нужно родителям на самом деле
Когда родитель приходит с запросом «исправьте моего ребёнка», за этим почти всегда стоит что-то другое.
- Страх. «Я плохой родитель, я не справляюсь»
- Усталость. «Я больше так не могу».
- Вина. «Я что-то упустила, где-то недодала».
- Беспомощность. «Я перепробовала всё, ничего не работает».
Если я соглашаюсь с формулировкой «проблема в ребёнке», мы начинаем бесконечную игру в поиск дефектов. Если я сдвигаю фокус на родителя, на отношения, на то, что происходит между ними, — появляется пространство для изменений.
В Австралии, например, недавно разработали Brief Parent Coaching Model — программу краткосрочного коучинга для родителей, где специалист в каждой сессии исходит из того, что она может быть единственной . И фокус там не на «исправлении ребёнка», а на том, чтобы дать родителю инструменты для решения проблем здесь и сейчас и научить его пользоваться ими в будущем.
Метод GROW, который часто используют в коучинге, очень подходит. Он простой и одновременно глубокий:
- Goal — чего ты хочешь на самом деле?
- Reality — что происходит сейчас?
- Options — что можно сделать?
- Will — что ты выберешь и когда начнёшь?
В работе с родителями этот метод работает хорошо. Потому что он не про «я скажу Вам, как правильно». Он про то, чтобы родитель сам нашёл свой ответ. А когда человек сам находит ответ, у него появляется ответственность и силы действовать.
Ещё есть программа Teen Triple P, которую используют в Англии. Там тоже важный акцент: помочь родителям нормализовать подростковое поведение, понять, что многие трудности — это не патология, а возрастная норма. И дать конкретные стратегии, но не как готовые рецепты, а как инструменты, которые можно адаптировать под свою семью.
Когда родитель говорит «с моим ребёнком что-то не так», я слышу это иначе. За этой фразой часто стоит боль, усталость и любовь, которая не знает, куда себя деть. И моя задача — помочь увидеть. Может, дело не в том, чтобы чинить ребёнка, а в том, чтобы по-другому выстроить отношения.
У каждого родителя внутри уже есть ответы. Им просто нужен кто-то, кто поможет эти ответы услышать.
А Вы замечали, что когда родитель перестаёт фокусироваться на «поломке» ребёнка и начинает смотреть на отношения, что-то важное сдвигается? Как Вы работаете с этим запросом в своей практике?