Атеисты говорят: мораль возможна без веры. Верующие отвечают: без Бога всё позволено. Я 23 года смотрю в глаза тем, кого общество называет монстрами. И я знаю: их зло не имеет отношения к религии. Оно имеет отношение к мозгу, травме и выбору.
Разговор, который я никогда не забуду
2007 год. Кабинет для допросов в СИЗО. Напротив меня сидит человек, которого завтра должны расстрелять.
Он убил семью. Жену, двоих детей, тёщу. Взял топор и убил. Объяснение: «достали». Никакого бреда, никаких голосов, никаких галлюцинаций. Просто взял и убил.
Я проводил посмертную психиатрическую экспертизу — последнюю формальность перед приговором.
— В Бога верите? — спросил я.
— Нет, — ответил он равнодушно.
— А в чёрта?
Усмехнулся: — Тоже нет.
— Тогда почему не убивали раньше? Что вас останавливало?
Он задумался. Впервые за весь разговор — задумался. Потом пожал плечами:
— Не знаю. Просто не хотелось. А тут захотелось. И сделал.
Я подписал заключение: вменяем. Его расстреляли.
Я до сих пор помню этот разговор. И до сих пор не знаю, как ответить на его вопрос.
Я психиатр, 23 года работаю с людьми, которых общество называет «злыми». Убийцы, насильники, маньяки, фанатики — все они проходили через мой кабинет.
Сегодня я попробую ответить на вопрос, который мучает человечество тысячелетиями: откуда берётся зло и что будет, если убрать религию?
Часть 1: Три пациента, которые разбили мои представления о добре и зле
За 23 года практики я понял одно: зло не выбирает веру.
Пациент №1. Александр, 47 лет. Верующий.
Каждое воскресенье ходит в храм, знает наизусть Псалтирь, дома иконы, лампада. Попал ко мне после того, как чуть не зарезал соседа, который парковался на его месте. В момент приступа кричал: «Бог велел наказать грешника!» На самом деле Бог ничего не велел. Это была эпилепсия височной доли — религиозные галлюцинации классического типа.
Пациент №2. Михаил, 32 года. Атеист.
Никогда не верил, высмеивал верующих, считал религию пережитком. При этом — самый добрый человек из всех моих пациентов. Усыновил троих детей-инвалидов, работает волонтёром в хосписе, раздаёт деньги бездомным. Почему? «Не знаю, просто не могу пройти мимо чужой боли».
Пациент №3. Владимир, 55 лет. Ни во что не верит.
Хладнокровный убийца. Три эпизода, все доказаны. На вопросы о морали отвечает: «Мораль — это то, что выгодно сильным». В Бога не верит, в людей тоже. Единственное, что его сдерживает — страх тюрьмы.
Один верит в Бога и опасен.
Другой не верит и святой.
Третий не верит и убивает.
Религия тут вообще ни при чём.
Часть 2: Что говорит наука — масштабное исследование морали
В 2012 году психологи из Университета Британской Колумбии провели масштабное исследование. Они сравнили моральные суждения верующих и атеистов в 12 странах мира .
Результат: в гипотетических моральных дилеммах (например, «убьёте ли одного, чтобы спасти пятерых?») разницы практически не было.
В 2019 году вышло ещё более масштабное исследование — мета-анализ 91 исследования по всему миру . Вывод:
«Религиозность не связана с более высоким уровнем морального поведения. Атеисты и верующие одинаково часто помогают другим, жертвуют на благотворительность и соблюдают социальные нормы».
Единственное различие: верующие чаще помогают «своим» (единоверцам). Атеисты — более универсальны в альтруизме .
Криминальная статистика: В самых атеистических странах мира (Скандинавия, Япония) — один из самых низких уровней насильственной преступности . В самых религиозных (страны Латинской Америки, Ближнего Востока) — один из самых высоких.
Корреляция? Возможно. Но точно не причина.
Часть 3: Откуда на самом деле берётся зло — нейробиология
Я каждый день вижу зло в своей практике. И могу сказать точно: его источники — не в религии и не в её отсутствии.
Источник 1: Биология. Поломанная эмпатия.
У некоторых людей мозг устроен так, что они не чувствуют чужой боли. Это не выбор — это особенность.
В 2002 году группа учёных под руководством Джеймса Фэллона изучала мозг психопатов с помощью ПЭТ-сканирования . Результат: у психопатов снижена активность в островковой доле (отвечает за эмпатию) и в префронтальной коре (отвечает за контроль импульсов).
Они не выбирают зло. Они просто не понимают, что это зло. Для них другой человек — объект, инструмент, препятствие. Но не личность.
Фэллон сделал это открытие, а потом случайно обнаружил, что у него самого — такой же мозг. И что в его роду были убийцы. Он написал об этом книгу «Психопат внутри» .
Источник 2: Травма. Сломанная психика.
Люди, пережившие тяжёлое насилие в детстве, часто становятся жестокими. Не потому что они злые. А потому что их психика сломана.
Исследования нейробиолога Брюса Перри показывают: у детей, переживших хроническую травму, меняется структура мозга. Зоны, отвечающие за стресс, становятся гиперактивными. Зоны, отвечающие за эмпатию и привязанность, — недоразвиваются .
Они не научились доверять, любить, сострадать. Они выживали — и теперь выживание для них единственная цель.
Источник 3: Болезнь. Психоз.
Психоз, бред, галлюцинации — и человек слышит голос, приказывающий убить. Он не выбирает зло. Он выполняет приказ. Его свободная воля отключена болезнью.
В 2016 году в журнале «The Lancet Psychiatry» вышло исследование: 8% пациентов с шизофренией совершают агрессивные действия, связанные с бредом . Но 92% — не совершают. Болезнь не равно зло.
Часть 4: Страшный пациент, у которого не было ни Бога, ни эмпатии
Я хочу рассказать о пациенте, который изменил моё понимание зла навсегда.
2005 год. СИЗО. Ко мне направили человека на экспертизу. Совершил особо тяжкое преступление — убил троих. Просто так. Пришёл, взял нож и убил.
Я провёл с ним 12 часов. Задавал все вопросы, которые знал. Пытался найти хоть что-то человеческое.
— Вы жалеете? — спросил я.
— О чём? — удивился он.
— О том, что убили людей.
Он пожал плечами: — А смысл жалеть? Они уже мёртвые.
— А если бы можно было вернуть время?
— Не вернуть. И вообще, зачем вы спрашиваете? Вы же психиатр. Вы знаете, что у меня в мозгу.
Я знал. МРТ показывало классическую картину диссоциального расстройства личности: сниженная активность в префронтальной коре, недоразвитая островковая доля, гиперактивная миндалина.
Он не был безумным в юридическом смысле. Он отдавал отчёт своим действиям. Он просто не чувствовал, что делает что-то плохое.
Я подписал заключение: вменяем. Его расстреляли.
И до сих пор я думаю: можно ли назвать это злом? Или это просто поломанный мозг?
Часть 5: Религия как инструмент — молоток и нож
Религия может быть и молотком, и ножом. Молотком, чтобы строить. Ножом, чтобы убивать.
Исторические примеры:
Часть 6: Парадокс Достоевского — что на самом деле значит «если Бога нет»
Все знают фразу Ивана Карамазова: «Если Бога нет, то всё позволено».
Но мало кто читал продолжение этого монолога. А там Иван говорит:
«И ведь это не утешение, это, напротив, ужас. Я ведь знаю, что если Бога нет, то я сам бог. И если я сам бог, то что мне тогда законы? Мне всё позволено, потому что я сам себе закон» .
Достоевский, который сам прошёл через атеизм и пришёл к вере, понимал главное: дело не в существовании Бога. Дело в том, кем человек себя считает.
Если человек считает себя центром вселенной — он становится опасен. Вне зависимости от веры.
Раскольников верил в Бога? Формально да. Но он решил, что он «право имеет». И убил.
Ставрогин верил? Непонятно. Но он был мёртв внутри.
Иван Карамазов верил? Не знал. Но он сошёл с ума от невозможности примирить зло мира с существованием Бога.
Достоевский показал: вера не спасает от зла автоматически. И атеизм не делает зверем автоматически. Всё сложнее.
Часть 7: Мой пациент, который стал добрым без Бога
А теперь — светлая история.
Андрей, 45 лет. Попал ко мне 10 лет назад с тяжёлой депрессией после развода. Хотел повеситься. Спасли.
На сессиях выяснилось: он вырос в детдоме, никогда не знал родителей, скитался, пил, воровал. В Бога не верил, считал, что мир — говно, и люди в нём тоже.
— Зачем вы живёте? — спросил я его однажды.
— Не знаю, — ответил он. — Просто привык.
Мы работали долго. Года три. И однажды он сказал:
— Знаете, доктор, я вчера шёл по улице и увидел бездомного щенка. Замёрзшего, больного. Я подумал: «Кому он нужен?» А потом вспомнил себя в детдоме. И взял домой.
Через год у него было три собаки и две кошки — всех с улицы. Потом он начал помогать бездомным. Потом устроился на нормальную работу. Потом встретил женщину.
— Доктор, — сказал он недавно, — я так и не поверил в Бога. Но я поверил в людей. Это, наверное, одно и то же.
Я не знаю, одно и то же или нет. Но знаю одно: он стал добрым без всякой религии. Просто потому, что кто-то однажды пожалел его самого.
Часть 8: Если убрать религию — что останется?
Если убрать религию, останется человек. Со своим мозгом, который может быть эмпатичным или холодным. Со своим детством, которое могло быть любящим или травматичным. Со своей культурой, которая учит добру или оправдывает зло. Со своими законами, которые защищают или убивают. Со своим выбором — каждый день, каждый час, каждую минуту.
Зло не исчезнет, если убрать религию. Потому что зло — не в религии. Зло — в нас.
В нашей способности отключать эмпатию. В нашей готовности верить идеологам, которые говорят, что «они — не люди». В нашей лени думать своей головой. В нашей трусости, которая заставляет нас подчиняться, а не сопротивляться.
Но и добро — тоже в нас. В нашей способности чувствовать чужую боль.
В нашей готовности помогать, даже когда нас не просят. В нашей потребности в смысле, который больше нас самих.
Религия может помочь найти этот смысл. А может и помешать. Как и атеизм.
Вопрос не в том, верите вы в Бога или нет. Вопрос в том, остаётесь ли вы человеком.
Часть 9: Что я, психиатр, скажу атеистам и верующим
Атеистам:
Вы правы: мораль возможна без религии. Эмпатия, воспитание, культура, закон — всё это работает. Скандинавия — самый атеистический регион мира и один из самых безопасных. Не надо бояться, что без Бога все начнут убивать. Не начнут.
Верующим:
Вы правы: вера может быть мощной опорой. Она даёт смысл, утешение, общину. Она помогает многим людям не сломаться. И это — реальная ценность.
Но и тем, и другим я скажу одно:
Не надо приписывать религии то, что ей не принадлежит. И не надо обвинять её в том, к чему она не имеет отношения.
Зло рождается в мозгу, в травме, в идеологии, в выборе. Религия может быть и лекарством, и ядом. Как и атеизм.
Заключение: Тьма в палате и свет в коридоре
Я психиатр. Я каждый день вижу людей, которых общество назвало бы «злыми».
Но я вижу и другое: за каждым «злым» поступком стоит своя история. Часто — история боли, травмы, болезни. Я не оправдываю зло. Я пытаюсь его понять. И чем больше я понимаю, тем меньше верю в простые ответы.
«Если убрать религию, исчезнет ли зло?»
Нет. Потому что зло — не внешнее. Оно внутреннее. И бороться с ним нужно не отменой религий, а воспитанием эмпатии, лечением психических болезней, созданием справедливого общества.
Религия может помочь. Может и помешать. Но ответственность за выбор — всегда на нас.
И знаете, что я понял за 23 года?
Самые добрые люди, которых я встречал, не всегда верили в Бога. Самые злые — не всегда были атеистами.
А вот что их отличало — это способность чувствовать чужую боль. Или её отсутствие.
Эмпатия — вот настоящая религия человечества. Без неё все мы — просто хищники в шкурах.
А вы как думаете: что удерживает людей от зла?
Пишите в комментариях — обсудим с научной и человеческой точек зрения.
Если статья заставила задуматься — поставьте ❤️. Это помогает каналу.