Картина Караваджо «Ужин в Эммаусе» полна необычных деталей. Чего только стоит картина с фруктами, которая в любой момент может полететь на пол! Но начнём мы с сюжета. И от него оттолкнемся, чтобы понять особенности картины.
Сюжет картины Караваджо
Итак, на третий день после распятия двое учеников Иисуса шли из Иерусалима в Эммаус.
По дороге они встретили воскресшего Христа, но не узнали его. Он расспросил их о том, что произошло. А также объяснил, что Христос должен был пострадать, чтобы войти в свое Царство.
В тот вечер он присоединился к ним за ужином и «…взял хлеб, и благословил его, и преломил, и дал им. И открылись глаза их, и они узнали Его; и Он исчез с глаз их» (Евангелие от Луки).
Вот как раз момент, когда ученики узнали Христа, и показал Караваджо. Один в изумлении вот-вот встанет со стула. Его локоть буквально «вырывается из пространства картины». Предположительно, это апостол Клеопа. В Евангелии святой Лука как раз называет его имя.
Второй расправил руки, до конца не веря своим глазам. Внешне можно узнать в нём святого Петра. По крайней мере, исходя из того, как было принято его изображать.
Особенности героев
Караваджо написал апостолов похожими на крестьян, морщинистыми, в очень простой одежде, местами порванной.
В то время как Христа он изобразил очень молодым, безбородым, в красной добротной тунике. Он действительно похож на того, кто пришёл из другого мира. Настолько он отличается своим видом от апостолов.
Рядом с Иисусом стоит трактирщик. Он никаких эмоций не выражает, так как вообще не понимает, что происходит.
Особые приемы Караваджо
Художник сделал всё, чтобы передать Вам эмоциональность происходящего. Начнем с того, что святой Клеопа изображен в момент вставания со стула. И его локоть вот-вот «разорвет» холст. Это создает эффект присутствия. Как будто всё происходит рядом с Вами.
Работает здесь на это и равнодушие трактирщика. На его фоне удивление апостолов чувствуется сильнее.
А еще корзина с фруктами стоит совсем на краю. Вот-вот она упадет вниз! И это дополнительно взвинчивает Ваши эмоции. Вы как бы присоединяетесь эмоционально к персонажам.
А ещё мы видим очень тёмные тени, которые усиливают эмоциональное напряжение мгновения. Это так называемое тенебросо или кьяроскуро (если по-итальянски).
Как будто участки лиц и тел выхватывает тусклый луч света, пробивающийся через маленькое окно тёмного подвала. Очень часто Караваджо и работал в таких подвалах, чтобы создать то самое заветное кьяроскуро.
На задней стене тёмная тень от Христа напоминает нимб в районе головы. Но самого нимба нет. Караваджо игнорировал такие детали святости, предпочитая предельный реализм.
Очень натуралистично изображен и натюрморт на столе. Луч света проникает сквозь прозрачное стекло кувшина и ярким пятном ложится на скатерть.
Удивительно, что Караваджо никогда не работал с эскизами и набросками. Как будто композиция будущей картины была у него сразу в голове.
Главный секрет работы Караваджо
Есть предположение, что он работал с помощью линз и зеркал. Он сажал модели перед собой. И с помощью этих приспособлений проецировал изображение на холст и сразу использовал краски. Этим методом владел ещё Ян ван Эйк в XV веке. О нём писала в статье «Чета Арнольфини: раскрывая секреты картины».
Итак, в случае использования такого метода художнику и не нужны были предварительные рисунки и наброски.
Этот метод также объясняет и невероятную натуралистичность его моделей. Однако работать приходилось отдельными участками. Линзы ведь небольшого размера: не больше головы и ладони. Из-за этого могли получаться «проблемы» с реалистичностью.
Вот обратите внимание на ладони святого Петра. Несмотря на то, что правая ладонь удалена от нас, она ровно такого же размера, что и та, что ближе к нам.
Скорее всего, он «прикреплял» ладони модели отдельно как раз с помощью проецирования на холст. И в этом случае не всегда удавалось соблюсти пропорции.
И вот ещё одна любопытная деталь.
Видите, святой Пётр не смотрит на Христа?
Хотя он должен был смотреть в оба в такой-то момент! Ведь он только что узнал учителя.
И это тоже объясняется методом, который использовал Караваджо. Так как приходилось накладывать лица и руки методом коллажа, то голова могла находиться в нужном для художника месте. Но направление взгляда могло «съехать».
Точно такая же странность есть и в картине Караваджо «Неверующий Фома». Фигура святого Фомы стоит верно. Но он… не смотрит в рану! Хотя по идее, только туда он и должен был смотреть, чтобы убедиться: да, рана настоящая. Его взгляд «проскальзывает» мимо!
Ещё раз повторюсь, что о методе коллажного проецирования с помощью зеркал и линз я рассказывала в статье об Яне ван Эйке вот здесь.
Но натуралистичность у Караваджо была столь невероятная, что современники просто не обращали внимания на такие «огрехи». Как можно это заметить, когда перед тобой Христос, словно живой. И вот святой Клеопа буквально сейчас продырявит холст своим локтем. А святой Пётр вскрикнет: «Не может быть!»
К тому же за счет кьяроскуро и других приемов художнику удавалось максимально насытить картину эмоциями. Это мы сейчас уже привыкли к такому реализму и нам легче увидеть такие несостыковки, как размер ладоней святого Петра, а также направление его взгляда. А тогда это было из ряда вон выходящим зрелищем!
В любом случае, Караваджо создавал невероятные, потрясающие работы.
Увы, это не спасло его от трагической гибели. Более того, до сих пор не найдено его… тело.
***
Подписывайтесь на мой канал в Дзен вот здесь.
Если Вы хотите по-настоящему разбираться в живописи, я могу также отправить Вам на почту бесплатный цикл уроков. 15 уроков, а также онлайн-тест: