В то воскресенье утро выдалось на редкость тихим. Трава блестела от росы, петухи перекликались через реку, и даже ветер затаился, словно зная: через час грянет гром, который расколет эту тишину на "до" и "после". Навсегда. Глава 1 Глава 2 Август 1945 года, Заречье Терентий вернулся под вечер, когда солнце уже садилось за Быстрицу, окрашивая воду в багровые тона. Татьяна возилась в огороде — полола морковь, спину ломило, но она привыкла не жаловаться. Услышала шаги, подняла голову — и замерла. Он стоял у калитки, опираясь на палку, осунувшийся, седой, в выцветшей гимнастерке без погон. Левая штанина была пуста и подвернута, заколота булавкой. — Терентий... — выдохнула Татьяна и побежала к нему, спотыкаясь о грядки. Он обнял её одной рукой, прижал к себе, и она почувствовала, как он дрожит. — Жива... — прошептал он. — Дождалась. — А ты... нога? — она отстранилась, посмотрела на пустую штанину. — Отняли под Кенигсбергом. Немец миной ударил. Но голова цела, руки целы. Работать смогу. Татья
Публикация доступна с подпиской
Закрытый АрхивЗакрытый Архив