Меня звали лучшим риелтором Москвы, пока я не перешёл дорогу одному клиенту с топором. Теперь я здесь. В буквальном смысле. И поверьте, моя новая вакансия — это нечто похуже, чем ипотека под 20 процентов.
Глава 1. Командировка, от которой не отмажешься
Очнулся я в приёмной. Стеклянный пол, под ним течёт что-то оранжевое и явно очень горячее, запах серы щиплет ноздри. За стойкой регистрации сидит миловидная девушка, но с одним нюансом: у неё раздвоенный язык и глаза горят красным.
— Денис Евгеньевич? — осведомилась она голосом автоответчика. — Ваше дело рассмотрено. Апелляция отклонена. Проходите в 13-й кабинет к Асмодею Петровичу.
— Простите, а это точно тот офис, где выдают путёвки обратно? — спросил я с надеждой.
— Тот, тот. Только выдают здесь не путёвки, а котлы. Проходите, не задерживайте очередь.
В кабинете меня ждал демон. Обычный мужик лет пятидесяти на вид, в костюме-тройке, только из-под пиджака торчал кончик хвоста, а на мониторе его компьютера горел не скринсейвер, а настоящий файервол.
— Садитесь, Денис, — сказал он, даже не оборачиваясь. — Скажу коротко. Ты нам нужен.
— Кому это — вам?
— Корпорация «Инферно-Девелопмент». Строим жилой комплекс премиум-класса «Райские Котлы». Котлы повышенной комфортности, фитнес с беговыми дорожками по кругу, спа-зона с кипятком и видом на озеро огненное. Квадратура от 50 до 200 метров. А продаж нет.
— Почему? — удивился я.
Асмодей Петрович тяжело вздохнул и повернулся ко мне. Его лицо было покрыто мелкими морщинами — следами профессионального выгорания.
— Понимаешь, Денис, черти — они мучители, а не маркетологи. Мы умеем жарить, парить, поджаривать пятки. А тут клиенту нужно объяснить, почему вид на серный карьер лучше, чем вид на кострище. Ты на Земле впарил квартиру с призраком бабушки, который выходил по ночам и пугал детей. И не предупредил покупателя. Молодец, кстати, профи. Поэтому выбор пал на тебя.
— И что мне за это будет?
— Отработаешь 100 сделок — рассмотрим твоё дело заново. Может, даже перевод в Чистилище организуем. Соглашайся, Денис. Либо ты идёшь в котельную грешников-новичков, а там, сам знаешь, очередь на просушку.
Я согласился. Выбора не было.
Глава 2. Элитный объект и его обитатели
Первый объект, который мне поручили продать, был пентхаус на 666-м этаже башни «Пламя Ада». Я поднялся на лифте (в лифте играла музыка — каверы на «Sweet Child O‘ Mine» в исполнении оркестра баньши). Дверь открылась, и я обомлел.
Котёл был роскошен. Панорамные окна выходили прямо на жерло вулкана — лава стекала вниз живописными водопадами. Внутри — кожаный диван, который мягко пульсировал теплом (вечный подогрев), кондиционер с ароматизацией «Свежесть сероводорода» и личный демон-дворецкий по имени Хуг.
— Хозяин, желаете поджарить пятки? — предложил Хуг, потирая руки. — У нас новые угольки, тлеют ровно, без дыма.
— Пока нет, Хуг, пока нет. Ждём клиента.
Первым клиентом оказался Валериан — типичный бандит 90-х, с золотой цепью поверх робы грешника и наколками «Не забуду жену, тёщу и родину».
— Это чё за халупа? — спросил он, заходя в пентхаус. — Газовый котёл? Ты чё, братан? Я на газ не согласный. Давай дровяной! Чтобы дровишки потрескивали, запах детства, шашлычок. А это чё за соседи? Слышь, там слева кто?
— Слева души ростовщиков, — ответил я, сверяясь с планом. — Стонут негромко, с десяти до шести. В обед перерыв на самобичевание.
— Не, так не пойдёт. Хочу звукоизоляцию. И трубу не так поставили. Пусть переделывают.
Валериан ушёл, хлопнув дверью так, что пламя в канделябрах заколебалось.
Второй клиенткой оказалась Лика — инстаграм-блогерша с миллионом подписчиков, попавшая сюда за смертный грех гордыни и чревоугодия (она рекламировала БАДы, от которых у людей отказывали почки, но сама ела всё подряд и не толстела, потому что после каждой фотосессии вызывала рвоту).
— О, какой видос! — запищала она, увидев лаву. — Только свет не тот. Дэнчик, тут оранжевый свет, а мне нужен фиолетовый, холодный, для сторис. И зеркала! Они какие-то мутные. Я должна видеть себя чётко, даже если я тут немного подкоптилась.
— Лика, это ад. Здесь весь свет оранжевый. Это колорит.
— Не-не-не, колорит надо менять. Я за свои грехи требую сервис!
Она тоже ушла ни с чем.
Я сел на пульсирующий диван и закрыл лицо руками. Хуг участливо протянул мне мензурку с охлаждённой смолой.
— Хозяин, не расстраивайтесь. Клиенты нынче пошли... того света не нюхавшие.
— Хуг, а где у нас тут можно покурить? Или поесть? Мне нужно подумать.
— Есть столовая для персонала, хозяин. Там кормят... специфически. Но если договориться с поваром, можно приготовить самому.
Глава 3. Завтрак грешника
Кухня Ада оказалась местом жутковатым. Плита работала на еле слышных вздохах грешников — чем громче вздыхали, тем выше был огонь. Духовка гудела от зависти (буквально, внутри стоял гул душ завистников). А холодильник назывался гордо — МРЭТ-3000, что расшифровывалось как «Морозильник Режима Энергетической Тьмы».
— Шеф, — обратился я к демону-повару по имени Вельзевул Сидорович. — Можно мне воспользоваться плитой? Хочу клиента удивить.
— Удивить? — хмыкнул повар. — Тут всех удивляют только температурой жала. Ну давай, попробуй. Вон продукты в том углу.
В углу лежали: глаза василиска (крупные, с перламутровой скорлупой), хлеб, испечённый из засохшей совести (он крошился прямо в руках), и банка с сахарной пыльцой разбитых надежд — она искрилась и горчила на вкус.
Я решил приготовить завтрак для Валериана. Мне нужно было его размягчить, чтобы он подписал договор.
Рецепт «Завтрак грешника» от Дениса:
1. Глазунья из глаз василиска. Жарить на медленном огне, чтобы белок схватился, а желток остался жидким и смотрел на тебя с укором.
2. Тосты из засохшей совести. Слегка обуглить на пламени, чтобы стали хрустящими.
3. Посыпать сахарной пыльцой разбитых надежд — она придаёт блюду горько-сладкий привкус утраченных иллюзий.
Но главный ингредиент был у меня в кармане. Когда я падал в ад, то успел сжать в кулаке горсть родной, черноморской соли. Мама когда-то дала баночку со словами: «Сынок, в Москве соль везде одинаковая, а это наша, домашняя, с душой». Я нёс её как талисман. И вот теперь высыпал щепотку на сковороду.
Кофе я сварил в турке прямо на пекле. Насыпал молотых зёрен (здесь они пахли гарью), добавил корицы (её делали из молотой тоски) и ту самую соль. Чуть-чуть, по-одесски, на кончике ножа.
Когда Валериан вошёл в мой импровизированный кабинет, на столе его ждал завтрак. Он хмыкнул, сел, откусил тост. Поморщился. Выпил кофе...
И тут его глаза, вечно бегающие и наглые, вдруг остановились. Он замер.
— Это чё? — спросил он тихо. — Это... соль?
— Она самая, Валериан Палыч. С Чёрного моря. Из Одессы.
— Сынок... — голос у бандита дрогнул. — Я там в Аркадии в 95-м... девушку одну любил. Мы кофе пили на пляже, рассвет встречали. Солёный был кофе, от брызг. Я потом всю жизнь искал такой вкус. Не находил.
— Подписывайте договор, Валериан Палыч, — тихо сказал я. — А я вам каждое утро такой кофе варить буду. Обещаю.
Он подписал, не глядя. Даже на дровяном котле не настаивал. Ушёл, забрав с собой пустую чашку, словно реликвию.
Хуг, наблюдавший за этим, прошептал: «Хозяин, вы гений. Вы не риелтор, вы психотерапевт».
— Нет, Хуг. Я просто продаю не стены. Я продаю память.
Подпишитесь на канал, чтобы не пропустить вторую часть, где Денис столкнётся с самой сложной клиенткой — учительницей литературы, которая не хочет роскоши, а ищет уголок для тихой грусти!
#Фэнтези #ДзенМелодрамы #ПрочтуНаДосуге #ЧитатьОнлайн #ЧтоПочитать