Эмоций никаких. Казалось бы надо переживать за любимую девушку, поднять всех на уши, чтобы найти её. Тихо внутри.
Вышел на улицу. Мороз, снег лежит. Вернулся в комнату, и ушёл в медитацию. Яркии потоки энергии вижу, а куда убежала девушка не вижу. Логика говорила, что если и побежала, то к тому, кто может помочь, а кроме Светланы никого тогда и не было.
Час дороги. Раннее утро. Светлана была совой в отличие от меня, и просила никогда её не тревожить до полудня. А тут я припёрся ни свет, ни заря. Поговорили, и решили что скорее всего она домой уедет, когда придёт в себя после потрясения.
Дальше события шли одно абсурднее другого. Реально парад абсурдов в моей жизни.
Вернулся в общагу. Следов возвращения девушки нет. Жутко хотелось есть. Бросил в кастрюлю грибы, которые мы недавно собирали вместе, картошку и макароны. Съел весь суп, и поехал на Курский вокзал. Сел на ближайший поезд до Славянска. В то время все поезда южного направления шли через Славянск. Приехал к бабушке. У неё жил мой брат, который теперь учился в Краматорске. В это время там была моя мама, у неё заканчивался отпуск.
Поехали с мамой в лес за грибами. Опять грибы. Я с детства всегда был лучшим грибником. Грибы мне словно подсказывали в лесу где они прячутся. 7 ноября. В Москве снег, а тут тепло, и грибной сезон в самом разгаре.
Вечером Женька учил меня играть на гитаре. Написал мне аккорды нескольких песен Цоя, дал гитару с собой в дорогу, и сказал мне, что это лучше всего лечит от неприятностей в жизни.
На следующий день вернулся в Москву. Девушка видимо вернулась, и уехала. Дверь в комнату закрыта. Я когда уезжал оставил ключь в комнате, а дверь не закрыл на замок. И вот я сижу на подоконнике общаги с гитарой в руках. Ко мне подходят разные студенты, и играют на гитаре по очереди.
И вот наконец Бог послал друга моего Валентиныча. Оказалось что у него есть старший брат, который работает в милиции. Приехал милиционер, высверлил замок, вскрыл квартиру. Потом брат Валентиныча обзвонил ментов, и узнал что девушка сейчас в психиатрической больнице.
Я ездил туда несколько раз. Общался с главврачом. Эта женщина показалась мне главным психом, среди пациентов больницы, которых я видел там очень много. Приехали родители девушки, и забрали её домой. Перед отъездом они пообщались со Светланой, и ничего не поняли из того что она рассказывала, поскольку для них мир магии не существовал.
Я не долго оставался в своей комнате один. Валентиныч привёл парня, и попросил меня взять его к себе пожить. Всяко в семейном блоке было две кровати, да и парня я этого знал. Это он дал мне плеер, и кассеты с песнями Цоя.
Если у меня своих вещей было столько, что можно было сложить в небольшой рюкзак, то парень с собой притащил вещей на кузов газели. Огромная лодка с парусом, на которой он гонял по льду водохранилища, большой магнитофон, и несколько ящиков бабин с разной музыкой.
Он быстро обустроился. В углах комнаты повесил четыре огромные колонки. Лодку повесил на стену. А мне предложил сесть в центре квартиры, закрыть глаза, и получить кайф от музыки. В точке где я сидел сходились звуки колонок, и было реальное ощущение, что кроме музыки больше ничего не существует в настоящий момент времени.
В это время студенческий совет начал наводить порядок в общаге, и обнаружил, что элитное пространство занято левыми людьми. Начальник студсовета, высокий и мускулистый, пришёл к нам с такими же как он тремя парнями. Он говорил, и говорил, а я смотрел ему в глаза.
- Что ты так на меня смотришь? - Сказал он.
- Забудь. - Мысленно сказал я, глядя прямо ему в мозг.
Он обвел потерянным взглядом наше жилище. Взгляд его остановился на партрете Брюса Ли, и моих нунчаку.
- Думаешь ты такой крутой? Мы заставим тебя убраться отсюда. - Сказал глава студсовета.
- Забудь. - Мысленно говорил я его мозгу, глядя молча в его глаза.
Парни свалили. А потом у нас погас свет.
- Это нам свет отключили. - Сказал мой сожитель, и пошёл копаться в щиток проводов нашего этажа.
- Всё. Работает. Они даже не будут знать, что у нас есть электричество.
Парень учился на факультете приборостроения, и в электрике был профи. Такие ребята как он свободно звонили по междугороднему телефону общаги бесплатно, перемыкая им одним известные проводки.
В это время в институте нас отправили на практику куда-то, кого-то тренировать. Сильный снегопад. Самый мощный наш дзюдоист, который играл в Американский футбол, везёт нас на своём запорожце. Дворники у машины не работают. Всю дорогу парень тряпкой левой рукой через окно чистит стекло, при этом обгоняя все машины по дороге. А я чувствую, что это мои последние дни с этими ребятами, которые мне стали очень близки.
На тренировках по каратэ я был как призрак. Бил удары, спарринговал, но меня словно здесь уже не было. Раньше хотелось стать мастером каратэ, заслужить чёрный пояс, а теперь я просто тренировался чтобы чувствовать себя живым.
Всё чаще стали накатывать приливы энергии, и казалось что я могу летать, и пройти через стену. Как-то в конце ноября ранним утром накатило, и я побежал босиком в парк Лефортово, где я до армии тренировался каратэ.
Сумрак. Бегу вдоль футбольного поля по снегу. И тут словно поле взлетело, поднялась в небо большая стая чёрных ворон, которые сидели тихо, пока я не приблизился к ним. Бегу дальше, ноги не мёрзнут. Вижу озеро, и несколько моржей окунаются в ледяную воду.
- Как водичка? - Спросил я.
- Здесь её не подогревают. - Сказал с улыбкой один мужик, глядя на меня.
Я сбросил с себя всю одежду, зрителей кроме нескольких мужиков не было, а бежать босиком в мокрых трусах не хотелось. Прыгнул с помоста, и плыл долго под водой. Ощущение, словно плёнка вокруг тела, которая не пропускает холод. Переплыл озеро туда и обратно. Мужики с интересом молча смотрели на меня. Один из них показал большой палец.
Мой сожитель чувствовал энергию, которая исходит от меня. Постоянно просил зарядить воду, то от головной боли, то от простуды. И всё как рукой снимало. Парень всё время включал музыку на полную, и наша комната гремела на весь этаж. Это не смотря на то что нас хотели выселить. Я созерцательно относился к этому. Жил словно в вакууме.
Каждый день по вечерам приходил Валентиныч. Мы часами говорили, и пили чай с Московскими сухарями с изюмом. Тогда это был мой основной рацион питания. Валентиныч каждый день ходил в Иелохиевский Собор, который тогда был Кафедральным собором нашей церкви. Принёс мне Новый Завет, и попросил прочитать.
До армии прочёл роман Булгакова "Мастер и Маргарита", который произвёл на меня сильное впечатление. О церкви, у меня были смутные представления. Все мои знания были только от моей бабушки, которая рассказывала как она штукатурила стены церкви, чертыхнулась, и упала с большой высоты. Всех своих родственников она называла богомольными. И скоро я с ними пересекусь очень близко.
90-й год. В общагу Бауманки, в компьютерный центр, где парни писали программы, зашли мужики с пистолетами, и заставили парней все компьютеры загрузить в грузовик. Валентиныч был основателем этого центра. И он даже не расстроился. Денег парни заработали много, и быстро всё восстановили.
- Тебе нужна защита. Хорошо бы тебе принять крещение. - Сказал мой друг.
4 декабря, в день Введения во Храм Пресвятой Богородицы, я пришёл в Храм Ильи Пророка. Вот же судьба привела меня в единственный Храм Ильи в Москве, притом в один из самых древних, который раньше был Патриорхальным.
Валентиныч стал моим крестным. Во время крещения я видел что происходит с моей энергетикой. И в самый кульминацитннвй момент по телу моему потекла кровь. Я так чувствовал. Но в реале текли из тела капли воды.
После крещения со мной что-то произошло, вся энергетика переформатировалась. Я пролежал три дня в ярких видениях, в которых сам себя чувствовал Иисусом.
Я словно выпал из потока событий, и решил уехать домой в Норильск. Но паспорт мой исчез, и улететь я не мог. По студенческому билету я мог купить билеты на поезд, поэтому уехал к новому году к бабушке в Славянск.
С собой забрал полный рюкзак книг по эзотерике. В то время книга Рамачарака "Раджа йога" помогла мне структурировать свою практику, и понять что со мной происходит. А книга Сатпрема "Путешествие сознания" стала для меня инструкцией к работе в медитации. Опыт Шри Ауробиндо удивительным образом совпадал с моим внутренним опытом.
Среди книг самиздата были у меня книги Блаватской "Тайная доктрина", книги Алисы Бэйли, "Дзен Буддизм" Судзукм, и много ещё чего интересного. Валентиныч подарил мне на прощание Библию. Три толстенных тома с комментариями. Много перемен было у меня затем в жизни, но все эти книги сохранились у меня до нашего времени.
Новый 1991 год я встретил с бабушкой. В полночь мы выпили с ней бутылку советского лимонада, и легли спать.
В 5 утра я побежал на стадион. Недалеко от меня было САТУ (Славянское авиационнотехническое училище). По утрам я пролезал между прутьями забора, и тренировался на стадионе.
Новогодняя ночь. Я один в центре стадиона делаю ката. И один зритель - солдат охраны, который смотрит на меня от безысходности, наверное завидуя населению страны, которое смотрит телевизор.
Как встретишь Новый год, так его и проживёшь. Вот я и тренируюсь каратэ, читаю и медитирую весь день. Чувствую что в институт я больше не вернусь. Куда деваться в этой жизни дальше непонятно.
Глава 38