Принято считать, что Холодная война началась в марте 1946 года. Фултонская речь Уинстона Черчилля, железный занавес, вот это всё. Красивая телевизионная картинка. Но в реальности геополитика работает иначе. Тектонические сдвиги начинаются не на трибунах перед микрофонами. Они начинаются в тихих кабинетах, на конспиративных квартирах и в закрытых дипломатических переписках. Представьте себе Европу начала весны 1945 года. Исход Второй мировой войны предрешен. Красная Армия готовится к броску на Берлин. Союзные войска продвигаются на западе и на юге. Казалось бы, антигитлеровская коалиция монолитна как никогда.
Но именно в этот момент, в марте и апреле 1945 года, на территории нейтральной Швейцарии разворачивается скрытая от посторонних глаз дипломатическая операция. Представители американской и британской разведок садятся за один стол с высшими чинами СС и вермахта. Они обсуждают условия капитуляции германских войск в Северной Италии. Обсуждают келейно. Без участия Советского Союза. Американцы присвоили этому проекту кодовое имя «Санрайз» — восход солнца. Британцы назвали его «Кроссворд». Этот кроссворд стал первым по-настоящему серьезным инцидентом, который вскрыл глубочайший кризис доверия между Москвой, Вашингтоном и Лондоном. Давайте разберем этот механизм по винтикам. Только факты, прагматика и никакой голливудщины.
Иллюзия безоговорочной капитуляции
Чтобы понять, как эсэсовцы оказались за одним столом с американскими разведчиками, нужно отмотать время немного назад. В январе 1943 года в Касабланке прошла американо-британская конференция. Касабланка — город в Марокко. Там Франклин Рузвельт, президент США, и Уинстон Черчилль, премьер-министр Великобритании, приняли совместную декларацию. Суть документа сводилась к одному: война закончится только после полной и безоговорочной капитуляции Германии, Италии и Японии. Позже эту формулу подтвердили на конференции в Тегеране с участием Иосифа Сталина, руководителя СССР.
Казалось, идея любого сепаратного мира исключена юридически. Но политика и бизнес живут по другим законам. Мысль о сепаратном мире циркулировала во всех воюющих странах. И на Западе у нее были крайне влиятельные сторонники.
По мере того как Красная Армия продвигалась на запад, в деловых кругах США и Великобритании росла тревога. Руководство американских профсоюзов, элита Республиканской партии — оппозиционной политической силы в США — все они смотрели не столько на разгром Германии, сколько на послевоенный передел рынков. Их беспокоило усиление роли СССР. Давление на администрацию Рузвельта нарастало.
В 1944 году Джордж Маршалл направил президенту специальный меморандум. Маршалл — это начальник штаба армии США, человек, определявший американскую военную стратегию. В своем документе по военно-стратегическим вопросам он предложил жесткую меру: сократить военные поставки Советскому Союзу. Цель формулировалась прямо — снизить темп продвижения советских войск в Европу. Рузвельт, находясь в преддверии президентских выборов 1944 года, был вынужден маневрировать. Он пошел на уступки оппозиции и назначил на высокие посты в государственном департаменте — это американское министерство иностранных дел — функционеров, которые открыто выступали против сотрудничества с Москвой. Черчилль, со своей стороны, начиная с 1943 года, стал регулярно допускать в своих речах недружелюбные пассажи в адрес советского союзника.
Германское руководство эту трещину видело отлично. Германия оказалась в безнадежном положении войны на два фронта. Выход был один: подрыв коалиции и сепаратный мир. Предпочтительно — с Западом. Адольф Гитлер, руководитель Третьего рейха, всерьез рассчитывал использовать разработки новых систем вооружений как аргумент для торга с англо-американцами.
Первые зондажи начались давно. В 1942 году инициативу проявил Франц фон Папен. Фон Папен — бывший канцлер Германии, который в тот момент занимал должность германского посла в Турции. Он установил контакт с Джорджем Эрлом. Эрл — резидент американской разведки в Стамбуле. Параллельно в Лондон прибыл сотрудник германского посольства в Швеции, а в самой Турции генеральный секретарь местного министерства иностранных дел заговорил о мире с британским послом. Но тогда, в 1942 году, время еще не пришло. Британцы немецкого посланца в Лондоне просто интернировали — то есть принудительно изолировали на своей территории. Туркам дали жесткий ответ: обсуждение условий мира возможно только при аналогичных переговорах с СССР. Контакт был оборван. Но каналы остались.
Швейцарский узел и агентура СД
В феврале 1943 года в Берн прибывает Аллен Даллес. Берн — столица нейтральной Швейцарии. Даллес — кадровый сотрудник американских спецслужб. Здесь он возглавляет европейский центр Управления стратегических служб США, или УСС. УСС — это предшественник современного ЦРУ.
Швейцария в годы войны — это уникальная территория. Остров в центре Европы, полностью окруженный странами «оси» и их сателлитами. Там работали разведки всех стран. Даллес начал выстраивать сеть. В качестве экспертов и доверенных лиц он привлекал людей, имевших связи с финансовыми, политическими и военными элитами Германии.
Ключевой фигурой в аппарате Даллеса стал Геро фон Шульце-Геверниц. Это немец, эмигрировавший в США в 1925 году. Его происхождение открывало многие двери. Отец Геверница был известным ученым и депутатом парламента во времена Веймарской республики, участвовал в создании ее конституции. Сам Геверниц был женат на дочери Гуго Стиннеса. Стиннес — это один из крупнейших угольных и промышленных магнатов Рурского региона Германии. Родственные связи с капиталом такого уровня бесценны для разведки. Геверниц и Даллес были старыми знакомыми, они пересекались еще в 1916 году. Даллес доверял ему безоговорочно, поручая встречи, где официальное присутствие американца было нежелательным.
Уже в том же феврале 1943 года Даллес в Берне проводит серию закрытых встреч. Его собеседники — князь Макс Эгон Гогенлоэ, фельдмаршал Вальтер фон Браухич и генерал-полковник Курт Цейтцлер. Они выступают от имени пула германских промышленников и правых социал-демократов. Тема бесед: послевоенное устройство Европы. Немцы ставят условие: мир в обмен на недопущение советской оккупации Германии. Записи немецких участников этих встреч предельно циничны. Они фиксируют, что американцы категорически не хотят видеть усиление советского влияния в Центральной Европе, на Дарданеллах, а также в нефтяных зонах Румынии и на Ближнем Востоке.
В августе 1943 года во Франции британский агент Ганс Рузер, родственник Ялмара Шахта — Шахт был бывшим президентом Рейхсбанка — встречается с немецкими офицерами и тоже говорит о выходе из войны, ссылаясь на некоего «швейцарского друга».
Но у этой игры было и второе дно. Германские спецслужбы не сидели сложа руки. Хайнц Фельфе, бывший сотрудник VI управления РСХА — Главного управления имперской безопасности, курировавшего внешнюю разведку (СД), позже оставил подробные свидетельства. Фельфе после войны работал в западногерманской разведке БНД и одновременно являлся агентом советских спецслужб. По его данным, СД еще в 1943 году внедрила в ближайшее окружение Даллеса своего крота. Агент действовал под псевдонимом «Габриэль».
Донесения «Габриэля» раскрывали истинную мотивацию американского резидента. Даллес исходил из того, что следующая мировая война будет войной между США и СССР. Будущее зависело от того, в каком экономическом и военном состоянии Советский Союз выйдет из текущего конфликта. Любые переговоры с германской оппозицией Даллес рассматривал исключительно как инструмент для установления проамериканского режима в послевоенной Германии. Договоренности союзников о недопустимости сепаратных контактов он воспринимал просто как ширму и метод психологического давления на Берлин.
В апреле 1944 года к Даллесу в Швейцарию приезжает представитель группы немецких заговорщиков. Тех самых, что позже организуют покушение на Гитлера. Эмиссар задает прямой вопрос: если Гитлер будет устранен, откажутся ли союзники от требования безоговорочной капитуляции? Даллес отвечает отрицательно. Представитель уезжает ни с чем.
К осени 1944 года УСС переходит к практическим шагам. Аппарат Даллеса ищет старших командиров вермахта, готовых сдать свои участки фронта в обмен на гарантии личной безопасности. Даллес даже предлагал инсценировать побег нескольких военнопленных немецких офицеров, чтобы переправить их за линию фронта для налаживания связи. Вашингтонское руководство эту схему тогда заблокировало.
СС ищет выход
А затем наступил 1945 год. Вермахт терпел поражения, армейские генералы молчали или слепо исполняли приказы. И тогда инициативу перехватили структуры СС. В дело вступили люди из ведомства Генриха Гиммлера. Гиммлер — рейхсфюрер СС, один из высших руководителей нацистской Германии.
В ноябре 1944 года Даллес получает сигнал от Вильгельма Харстера. Харстер — группенфюрер СС, начальник СД в Италии. Предложение масштабное: сепаратные переговоры о прекращении огня на Западе и даже объединение сил против СССР. Посредниками выступали лидеры итальянской индустрии Маринетти и Оливетти. Параллельно германский консул в Лугано фон Нейрат предлагает Геверницу свои услуги по передаче условий капитуляции германскому главнокомандующему на Западе Герду фон Рундштедту.
В феврале 1945 года в Швейцарию прибывают эмиссары от Вальтера Шелленберга. Шелленберг — начальник внешнеполитической разведки СД. И даже от Эрнста Кальтенбруннера. Кальтенбруннер — начальник РСХА, человек, контролировавший всю репрессивную машину рейха, кроме самих войск СС. Ранее Кальтенбруннер активности на этом направлении не проявлял. Даллес анализирует эти послания и понимает: в верхушке рейха идет жесткая фракционная борьба. Гиммлер интригует против Мартина Бормана, руководителя партийной канцелярии. В предложениях Шелленберга Даллес видит провокацию и откладывает их в сторону.
Используются и церковные каналы. Из Милана в Ватикан через линию фронта пробирается священник-бенедиктинец. Он несет послание Папе Римскому Пию XII: Германия просит католическую церковь стать посредником для прекращения войны в Италии.
Сам Гиммлер в феврале встречается с графом Фольке Бернадотом. Бернадот — вице-президент шведского отделения Красного Креста. Гиммлер пытается использовать его для выхода на контакт с Лондоном и Вашингтоном.
К концу зимы у Даллеса накопилась масса предложений от эсэсовцев, промышленников и дипломатов. Но ни одно из них не вело к практическому результату. Требовался человек с реальными войсками в подчинении. И этот человек нашелся.
Появление Карла Вольфа
Для проведения операции в Швейцарии американцам была необходима местная логистическая поддержка. Швейцарские власти были кровно заинтересованы в том, чтобы Северная Италия не была превращена в руины — экономики двух регионов были тесно связаны. Кроме того, в Берне панически боялись, что отступающие колонны СС хлынут через границу искать убежища. Официально Швейцария сохраняла нейтралитет. Неофициально — швейцарские спецслужбы работали в тесной связке с УСС.
Главным контактом Даллеса стал капитан, а с весны 1945 года майор, Макс Вайбель. Вайбель — высокопоставленный сотрудник разведки генерального штаба Швейцарии. Он решал вопросы оперативного прикрытия. Вайбель имел полномочия отдавать приказы пограничной службе пропускать людей через государственную границу по специальным паролям. Швейцария могла легально контактировать с немцами, и полковник швейцарского генштаба Роже Массон общался с Шелленбергом, что давало Вайбелю дополнительный канал информации.
События перешли в активную фазу 25 февраля 1945 года. Барон Луиджи Парилли, итальянский предприниматель и камергер Папы Римского, через швейцарского профессора Макса Гусмана и майора Вайбеля выходит на Геверница. Парилли приносит конкретику. Офицеры СС в Италии готовы сотрудничать. Звучат имена: гауптштурмфюрер Гвидо Циммер — офицер разведотдела штаба СС в Генуе. Штандартенфюрер Ойген Дольман. И, главное, обергруппенфюрер Карл Вольф.
Карл Вольф — это фигура особого калибра. В тот момент он занимал пост высшего руководителя СС и полиции при группе армий «Ц» в Северной Италии. У него были широчайшие полномочия, он подчинялся лично Гиммлеру. Гитлер относился к нему с благосклонностью. Вольф имел привилегию обращаться к фюреру напрямую, минуя своего непосредственного шефа. Это вызывало ярость Гиммлера и зависть Кальтенбруннера. По званию Вольф стоял всего на одну ступень ниже рейхсфюрера, но при этом держался несколько обособленно от центрального аппарата РСХА.
Его доверенным лицом был Ойген Дольман. Дольман — интеллектуал, выпускник Мюнхенского университета. С 1927 года жил в Италии, работал корреспондентом газеты. Он оброс связями в Ватикане и аристократических кругах. С 1934 года в партии, затем в СС. Дольман был личным переводчиком на встречах Гитлера, Муссолини и Гиммлера. Фактически он выполнял функции офицера связи при итальянском диктаторе. Именно Дольман летом 1944 года организовал для Вольфа тайную аудиенцию у Папы Римского Пия XII. Для соблюдения конспирации Дольман даже отдал Вольфу свой штатский костюм. На этой встрече Вольф прощупывал почву для мира.
Более того, в начале февраля 1945 года Вольф побывал у Гитлера. В присутствии министра иностранных дел Иоахима фон Риббентропа Вольф заявил, что пора искать пути консолидации с Англией и Америкой против СССР. Гитлер ответил туманно, но Вольф воспринял это как санкцию на действия. Риббентроп промолчал — как выяснится позже, он сам в это время искал выходы на американцев через Швецию. В Италии Вольф опирался на поддержку командующего авиацией Максимилиана фон Поля и германского посла Рудольфа Рана.
Бенито Муссолини, главу марионеточной Итальянской социальной республики, в эти планы не посвящали. Когда дуче начал что-то подозревать, посол Ран убедил его, что немцы будут держать фронт до последнего солдата.
28 февраля Вольф собирает совещание. Принимается решение отправить Дольмана в Швейцарию. На встрече присутствует начальник итальянского СД Харстер. Харстер внимательно слушает и немедленно отправляет шифровку своему боссу в Берлин — Кальтенбруннеру.
В первых числах марта Парилли привозит Дольмана и Циммера в Швейцарию. 3 марта в ресторане города Лугано Вайбель организует встречу немцев с Полом Блюмом. Блюм — доверенный сотрудник Даллеса. Американцы выставляют жесткое условие: слова ничего не стоят, докажите свою власть на деле. Освободите двух арестованных руководителей итальянского сопротивления — Ферруччо Парри и Антонио Усмиани. Через несколько дней Циммер привозит узников на границу. Вайбель переправляет их в Швейцарию и прячет в частной клинике. Тест был пройден.
Цюрих и Аскона: Торг начинается
8 марта 1945 года границу пересекает сам Карл Вольф. С ним Дольман, Циммер и адъютант Вольфа, штурмбаннфюрер Ойген Веннер. Группу встречают Гусман и Вайбель. С огромными предосторожностями, чтобы не попасться на глаза агентам других разведок, они едут на поезде в Цюрих. Вольф передает Даллесу документ — подробный список своих действий, подтверждающих его готовность к диалогу.
В 22:00 на конспиративной квартире УСС в Цюрихе Гусман представляет Вольфа Даллесу. Разговор начинается без прелюдий. Вольф заявляет: поражение Германии неизбежно. Он готов предоставить американцам свои силы СС и оказать давление на фельдмаршала Кессельринга, командующего вермахтом в Италии. Вольф гарантирует приезд Кессельринга или его представителя в Швейцарию. Он особо подчеркивает: я действую независимо от Гитлера и Гиммлера.
Даллес отвечает формально: речь может идти только о безоговорочной капитуляции всей группировки. Он добавляет, что переговоры не нарушают обязательств перед СССР. В своих мемуарах Даллес позже напишет, что боялся провокации, цель которой — поссорить союзников с Москвой. Но реальный интерес Вашингтона был другим. Бескровный захват Северной Италии открывал путь на Балканы и в Австрию. Чем дальше на восток продвинутся американские войска, тем выгоднее будет геополитический баланс сил в послевоенной Европе против Советского Союза.
Утром 9 марта Вольф уезжает в Италию. А там его ждет сюрприз. Кальтенбруннер требует объяснений: почему обергруппенфюрер ездил в Швейцарию? Вольф придумывает легенду. Якобы он ездил просить американцев об освобождении оберштурмбаннфюрера Вюнше, одного из любимцев Гитлера. Этим же он объясняет выдачу итальянских подпольщиков Парри и Усмиани. Вторая новость была хуже: Кессельринга срочно вызвали в Берлин.
Тем временем Даллес и Геверниц пишут подробный доклад в Казерту. Казерта — это город в Италии, где располагался штаб союзного командования на Средиземноморском театре военных действий. Операция получает кодовое имя «Санрайз».
12 марта фельдмаршал Александер, командующий силами союзников в Италии, отправляет официальное уведомление советской стороне. Он сообщает, что прибыли представители германского командования для обсуждения условий капитуляции. Вячеслав Молотов, народный комиссар иностранных дел СССР, отвечает однозначно: Советский Союз настаивает на участии своих представителей в этих переговорах. США и Великобритания отказывают. Даллес оправдывал это логистикой: мол, советского генерала невозможно легализовать в Швейцарии.
В Швейцарию инкогнито прибывают генералы союзников. Лаймен Лемницер — заместитель начальника штаба из Казерты. И Теренс Эйри — начальник разведки штаба Александера. Они пересекают границу по документам простых американских сержантов. Встречу назначают в Асконе. Это городок на берегу озера Лаго-Маджоре, в нескольких километрах от итальянской границы. Имение принадлежит зятю Геверница. УСС стягивает туда охрану. Швейцарские патрули контролируют озеро на случай попыток похищения.
Проблема заключалась в том, что Кессельринг из Берлина в Италию не вернулся. Гитлер назначил его командующим всем Западным фронтом. На его место в Италии был поставлен генерал-полковник Генрих фон Фитингхоф. Фитингхоф — классический прусский военный, аполитичный, верный присяге. Вольф с ним о капитуляции даже не заговаривал.
19 марта Вольф снова приезжает в Швейцарию, в Аскону. Дольман остается в штабе контролировать ситуацию. Встреча идет в несколько этапов. Днем беседуют Даллес, Геверниц и Вольф. После обеда подключаются Лемницер и Эйри. Даллес представляет их просто как своих военных советников.
Расклад сил у Вольфа был слабый. Ему подчинялось около пятидесяти тысяч человек, но реальных боевых частей — всего десять тысяч, без тяжелой техники. Выступить против вермахта в одиночку он не мог. Был принят план: Вольф должен связаться с Кессельрингом и уговорить его надавить на Фитингхофа. Вольф просит отложить наступление союзников на несколько дней. Он также предупреждает: Кальтенбруннер ищет свои выходы на Запад и не потерпит конкуренции.
Дипломатический кризис: Сталин и Рузвельт
Пока в Асконе пили кофе, в Москве закипал гнев. 22 марта британскому послу передают резкую ноту протеста по поводу сепаратных переговоров. Начинается жесткая переписка между Сталиным и Рузвельтом.
Сталин не выбирал выражений. Он прямо обвинил союзников в сговоре с противником за спиной Советского Союза. Рузвельт пытался сгладить углы. В своих посланиях американский президент утверждал, что речь идет о чисто военной процедуре — локальной капитуляции в Италии. Рузвельт намекнул, что советские дипломаты и разведка предоставляют Сталину недостоверную информацию.
Ответ Сталина был ледяным и исчерпывающим. Советский лидер перечислил конкретные факты затягивания англо-американцами решения важнейших военных вопросов. Он напомнил, что СССР всегда выполнял свои обязательства, порой ценой огромных потерь корректируя собственные планы ради помощи союзникам.
11 апреля Рузвельт отправляет Сталину примирительное письмо. Он благодарит за откровенность и называет бернский инцидент «незначительным недоразумением», которое ушло в прошлое. Аверелл Гарриман, посол США в Москве, получив текст, сразу почувствовал опасность. Он умолял президента вычеркнуть слово «незначительные». Для страны, несущей колоссальные потери на фронте, такие игры за спиной не могли быть «незначительными». Рузвельт отказался менять текст.
Сталин получил это письмо 13 апреля. За день до этого, 12 апреля, Франклин Рузвельт скончался от инсульта. Доверие между союзниками дало глубокую трещину. Даллес, находясь в Париже, узнал о масштабах этого скандала от своего начальника, руководителя УСС генерала Уильяма Донована, только 13 апреля.
Капкан в Берлине
Тем временем Вольф пытался реализовать план. 2 апреля Парилли сообщает: Вольф виделся с Кессельрингом. Тот обещал поговорить с Фитингхофом, но капитулировать на Западном фронте категорически отказался.
И тут Вольфа вызывают в Берлин. Гиммлер устраивает ему жесткий разнос за самовольные контакты с американцами. Вольфу запрещено выезжать в Швейцарию. Гиммлер прямо говорит, что семья обергруппенфюрера находится у него в заложниках. На обратном пути Вольфа отправляют в разведывательный центр СД в Баварии. Офицеры Шелленберга сутки допрашивают его о каждой детали бесед с Даллесом.
9 апреля союзники начинают массированное наступление в Италии. Парилли передает информацию: Фитингхоф готов капитулировать на почетных условиях. Он просит оставить небольшой контингент с оружием для поддержания порядка. Американцы забрасывают в Италию Вацлава Градецки. Градецки — двадцатишестилетний чех, опытный радист УСС. Циммер прячет его в Милане, прямо в здании СС, в кабинете с табличкой «Вход только с разрешения обергруппенфюрера». Радиомост установлен.
Но 15 апреля Фитингхоф внезапно меняет позицию. До него доходят слухи об утечке информации. Он напуган. Позже Даллес расскажет странную историю: якобы к Фитингхофу явился неизвестный офицер вермахта, предостерег от сделок с американцами и советовал договариваться только с британцами. Чей это был агент — РСХА, советской разведки или Интеллидженс сервис — так и осталось загадкой.
Ответ из Казерты на условия Фитингхофа был безапелляционным: немцы подпишут тот акт, который им положат на стол. Никаких почетных условий.
В этот критический момент Гиммлер снова требует Вольфа в Берлин. Вольф понимает, что это может быть конец. Он даже передает через Парилли Даллесу своеобразное завещание. 17 апреля в Берлине Гиммлер и Кальтенбруннер прямо обвиняют Вольфа в государственной измене. У Вольфа два аргумента. Во-первых, февральское расплывчатое одобрение Гитлера. Во-вторых, он еще две недели назад предлагал доложить фюреру о встрече с американцами, но начальство отказалось. У Вольфа был еще один козырь: письмо посла Рана для Гитлера, где одобрялись действия Вольфа. Перехваченная почта для Гитлера — серьезный риск для Гиммлера.
Решено ехать к фюреру. Гиммлер остался в стороне — после неудач на фронте он был в опале и боялся лишний раз показываться в бункере. 18 апреля Гитлер принимает Вольфа и Кальтенбруннера. Вольф перехватывает инициативу. Он заявляет, что действовал в интересах рейха, а начальство не информировал, чтобы Гитлер мог сохранить лицо при провале переговоров. Гитлер делает Вольфу формальный выговор, но претензии снимает. Кальтенбруннер молчит.
Вечером Гитлер излагает свой план. Он намерен стянуть оборону в три неприступные цитадели: Берлин, Шлезвиг-Гольштейн на севере и «альпийский бастион» на юге. Когда русские и американцы встретятся в центре Европы, между ними начнется война. И тогда он, Гитлер, выберет, к кому присоединиться. Задача Вольфа — держать фронт в Италии еще шесть-восемь недель. Контакты с Западом продолжать, но ничего не подписывать. Вольф возвращается в Италию. Ему окончательно ясно, что Гитлер потерял связь с реальностью.
Пока Вольф был в Берлине, американские генералы Лемницер и Эйри, устав ждать, уехали обратно в Казерту.
Финал операции: Приказ об аресте и подписи в Казерте
16 апреля 1945 года советские войска начинают Берлинскую наступательную операцию. Ситуация на фронтах меняется ежечасно.
20 апреля Даллес получает прямой приказ из Казерты: немедленно свернуть операцию «Санрайз» и прервать все контакты. Причина — конфликт с русскими. В Вашингтоне новый президент, Гарри Трумэн, еще не сформировал позицию. Разрывать связи сейчас — значит обречь Северную Италию на затяжные бои.
И тут звонит Вайбель. 22 апреля Парилли сообщает: Вольф вернулся. С ним Веннер и подполковник вермахта Виктор фон Швайниц. У Швайница на руках доверенность от командующего группой армий Фитингхофа на подписание акта о капитуляции. Даллес запрашивает инструкции. Из Вашингтона подтверждают: контакты запрещены. Но делают оговорку: если швейцарские спецслужбы сами, по своей инициативе, передадут Даллесу информацию, ее можно переслать в штаб. Бюрократическая лазейка найдена.
С Вольфом и Швайницем встречаются Гусман и Вайбель. Встреча проходит в Люцерне. Даллес находится там же, но напрямую с немцами не общается. Доверенность Швайница забирают и переправляют по рации в Казерту.
Ответа нет несколько дней. В Италии наступают союзники, партизаны громят немецкие тылы. Немецкие штабы бегут из Милана в Больцано. Вольф понимает, что теряет контроль над войсками. 24 апреля он пытается вернуться в Италию. Веннер остается в Люцерне. При переходе границы Вольф попадает в ловушку. Виллу, где он остановился, окружают итальянские партизаны. Требуется вмешательство Геверница. Американский разведчик нелегально проникает в Италию, организует спецоперацию и вывозит эсэсовского генерала сквозь блокпосты партизан обратно в Швейцарию, а оттуда через Австрию — в штаб в Больцано. Успев подписать в Швейцарии доверенность Веннеру, Вольф уезжает.
27 апреля Казерта дает зеленый свет. Немецкую делегацию вызывают в штаб. Веннер и Швайниц летят на юг Италии. С ними летит Геверниц под видом переводчика. Его роль была решающей: он убедил упрямого Швайница отказаться от выдвинутых Фитингхофом условий. В Казерту, наконец, прибывают советские представители. Группу возглавляет генерал-майор А.П. Кисленко. Переговоры приобретают строго военный характер. Время прекращения огня установлено: 2 мая, 14:00.
В эти же дни происходит хаос в немецком командовании. 28 апреля Гитлер подчиняет Кессельрингу все войска на юге Европы. Кессельринг становится прямым начальником Фитингхофа. В тот же день итальянские партизаны захватывают и расстреливают Муссолини. Вопрос с диктатором решен радикально, без судебных процедур.
29 апреля в Казерте Виктор фон Швайниц и Ойген Веннер ставят подписи под актом о безоговорочной капитуляции группы армий «Ц». Радист Градецки в этот момент не на связи, поэтому документы отправляют в Больцано с курьером. Позже акт все-таки дублируют по радио.
Кессельринг, узнав о капитуляции, приходит в ярость. Он отстраняет Фитингхофа и начальника штаба генерала Рёттигера от должностей и приказывает их арестовать. Но командующие армиями, командующий авиацией фон Поль и Карл Вольф игнорируют приказ. Они дают своим войскам команду сложить оружие. Подразделения СС Вольфа занимают боевые позиции, готовясь отражать атаки танков вермахта, посланных Кессельрингом для ареста мятежников. Вольф через рацию Градецкого даже запрашивает экстренную высадку американского воздушного десанта в Больцано.
Ситуация разрешается 30 апреля. В Берлине совершает самоубийство Адольф Гитлер. Клятва верности фюреру теряет смысл. Давление на Кессельринга усиливается. В ночь на 1 мая он отменяет приказ об аресте и восстанавливает Фитингхофа и Рёттигера в должностях, чтобы подписанная в Казерте капитуляция не утратила юридической силы.
Интриги продолжались до последнего. В Швейцарии объявляется эмиссар Кальтенбруннера. Он предлагает сдать не только Италию, но и Австрию. Ему уже никто не верит.
2 мая 1945 года немецкие войска в Италии складывают оружие. В один день с капитуляцией гарнизона Берлина. Радист Градецки продолжает работать из штаба в Больцано вплоть до 9 мая, обеспечивая связь.
Интересный факт: подробнейшую информацию о ходе этих сверхсекретных переговоров в Москве получали не от союзников. Основным источником данных для Кремля был Рудольф Рёсслер. Рёсслер, агент советской военной разведки в Швейцарии под псевдонимом «Люци», исправно снабжал Центр деталями операции «Санрайз».
Слухи о швейцарских контактах быстро расползлись по дипломатическим каналам. Вскоре японские представители в Берне начали прощупывать почву, нельзя ли использовать те же связи для переговоров с Вашингтоном. Война заканчивалась. Начиналась новая эра прагматичных предательств, ядерного шантажа и глобального противостояния. И фундамент этой новой эры был залит там, в спокойных интерьерах швейцарских вилл, где люди в гражданских костюмах делили послевоенный мир.
P. S. А ещё я перевожу на русский язык разные интересные и редкие книги: исторические романы, тёмное фэнтези и многое другое. Кому интересно — можете посмотреть здесь.