Я стояла с пакетами продуктов в руках и смотрела на четырех человек в моей прихожей. Четырех совершенно незнакомых мне людей. Ладно, не совсем незнакомых — я видела их на свадьбе три года назад. Родная тётя мужа со своим семейством.
— Проходите, проходите! — кричала она, будто это её квартира. — Саша, неси чемоданы в комнату!
Я моргнула. Чемоданы?
— Извините, а что происходит? — выдавила я из себя.
Тётя повернулась ко мне и широко улыбнулась.
— Ой, а мы думали, ты нам рада! Дима же говорил, что можем приехать в любое время!
Дима. Мой муж. Который сейчас в командировке и вернётся только через неделю.
— Дима говорил? — переспросила я.
— Ну да! Мы же с ним по телефону обо всём договорились! — тётя уже прошла на кухню и начала рассматривать мои продукты. — О, курочка! Как раз на ужин!
Я поставила пакеты на пол. Внутри меня что-то противно ёкнуло. Неделю назад Дима действительно говорил что-то про родственников, но я думала, это так, к слову. А теперь вот они — во всей красе.
— Слушайте, может, стоило позвонить заранее? — попыталась я.
— Да зачем! — махнула рукой женщина лет пятидесяти в ярко-розовом кардигане. — Мы же семья!
Семья. Вот именно.
Я достала телефон и набрала Диму. Сбросил. Набрала ещё раз. Опять сброс. Написала: «Твоя тётя в нашей квартире. С семьёй. С чемоданами».
Прочитал и не ответил.
Милое дело!
— А где мы будем спать? — детский голос вырвал меня из размышлений.
Племянник тёти, мальчик лет двенадцати, стоял передо мной с планшетом в руках.
— Саш, не приставай к хозяйке! — крикнула тётя из кухни. — У них же большая квартира, разместимся!
Большая. Двушка. На шестерых человек.
Я прикусила губу. Говорить что-то сейчас было бесполезно. Тётя уже хозяйничала на моей кухне, её муж устроился на диване с газетой, дочь заняла ванную, а мальчик исследовал квартиру.
— Можно я пока переоденусь? — спросила я максимально вежливо.
— Конечно, конечно! — тётя даже не обернулась. — Не стесняйся, это же твой дом!
Я закрылась в спальне и снова позвонила Диме. На сей раз он взял трубку.
— Ал, я на встрече, — прошипел он.
— Дима, что происходит?
— Тётя приехала? Ну и что? Потерпи недельку, я же не мог им отказать.
— Ты мог хотя бы предупредить меня!
— Ал, не устраивай сцен. Я занят.
Он повесил трубку.
Я села на кровать и глубоко вдохнула. Ладно. Неделя. Я справлюсь. Это просто семь дней.
Весело, что и говорить.
К вечеру я поняла, что неделя будет похожа на вечность. Тётя готовила на моей кухне ужин из моих продуктов, попутно комментируя, как я храню крупы и почему у меня так мало кастрюль.
— У нас дома всё по полочкам, — вещала она. — А здесь такой бардак!
Бардак. В моей идеально организованной кухне.
— Может, вы хотели в гостиницу? — ляпнула я. — Было бы удобнее...
— Что ты! — тётя всплеснула руками. — Какая гостиница, мы же родные! Ты что, деньги с нас содрать хочешь?
Я почувствовала, как к горлу подступает что-то горячее. Нет, я не хочу денег. Я хочу свою квартиру обратно.
За ужином выяснилось, что семейство приехало не просто так. Дочь тёти поступала в местный университет, и они решили провести здесь неделю, чтобы «всё осмотреть».
— Алина же нам покажет город! — радостно объявила тётя. — Правда, Алиночка?
Я кивнула. А что мне оставалось?
Ночью я легла спать на диване в зале — спальню отдали гостям. Точнее, легла — громко сказано. Племянник смотрел мультики на планшете без наушников до двух часов ночи. На мою просьбу убавить звук он кивнул и продолжил смотреть с той же громкостью.
Утром меня разбудил грохот на кухне. Тётя готовила завтрак.
— Доброе утро! — просияла она. — Я тут яичницу сделала!
Сковородка была та самая, антипригарная, которую я берегла. Теперь на ней красовались царапины от металлической лопатки.
— Здорово, — пробормотала я.
— Кстати, молока мало осталось, — добавила тётя. — Сбегай в магазин?
Сбегай. В семь утра. В свой выходной.
Я оделась и пошла. По дороге позвонила Диме. Он не брал трубку. Написала длинное сообщение. Он прочитал через час и ответил: «Не преувеличивай».
Не преувеличивай.
Следующие три дня были как в тумане. Я водила дочь тёти по университетам, готовила завтраки-обеды-ужины на шестерых, убирала за всеми и пыталась не сорваться. Тётя между делом давала советы по ведению хозяйства и по жизни вообще.
— А детей вы когда планируете? — спросила она за очередным ужином.
Я вздрогнула.
— Пока не планируем.
— Ну как же! Тебе уже двадцать восемь! Биологические часы тикают!
— Спасибо, я в курсе своего возраста, — я старалась сохранять спокойствие.
— А я вот Диме говорю — пора уже! Мужчине нужен наследник!
Наследник. Похоже, мы живём в разных веках.
На четвёртый день я была на грани. Дима звонил дважды в день, но все разговоры сводились к одному: «Потерпи, они же родня».
А потом случилось то, что перевернуло всё.
Я вернулась из магазина и увидела, что тётя роется в моём шкафу.
— Простите, а что вы делаете? — голос дрожал от злости.
— Да вот платье искала, моё помялось, — спокойно ответила она. — Мы же одного размера!
— Это мой шкаф. Мои вещи.
— Ой, ну не жадничай! — она достала моё новое платье, которое я даже не успела надеть. — Вот это подойдёт!
Что-то внутри меня щёлкнуло.
— Положите на место, — я говорила тихо, но твёрдо.
— Да ладно тебе! Одолжу и верну!
— Положите. На. Место.
Тётя посмотрела на меня удивлённо, потом фыркнула.
— Вот это да! Какая ты, оказывается! А Дима говорил, что ты такая добрая и покладистая!
Добрая и покладистая. Вот именно так Дима меня и видел.
Я взяла телефон и вышла на балкон. Набрала знакомый номер.
— Мам, привет. Можно я к вам приеду на пару дней?
Мама, услышав мой голос, всё поняла.
— Приезжай, доченька. Сейчас же.
Я собрала сумку, написала Диме: «Я у родителей. Разбирайся со своей роднёй сам». И ушла.
Это было в четверг. В пятницу Дима звонил десять раз, я не брала трубку. В субботу приехал к родителям.
— Ал, ну что ты как маленькая! — начал он с порога. — Неделю не могла потерпеть!
— Дима, они залезли в мой шкаф. Испортили мою сковородку. Твоя тётя даёт мне советы, когда рожать!
— Ну и что? Она же от души!
— От души? — я почувствовала, как внутри всё закипает. — Ты даже не предупредил меня! Даже не спросил, удобно ли мне!
— Это моя родня! Я не обязан спрашивать разрешения!
Вот тут я поняла. Это не про родню. Это про то, что моё мнение просто не важно.
— Ты знаешь что, Дима, — я встала. — Пусть твоя родня живёт у нас сколько хочет. А я пока поживу здесь.
— Ты что, серьёзно?
— Более чем.
Он ушёл, хлопнув дверью.
Я прожила у родителей три дня. Дима писал, звонил, просил вернуться. Говорил, что родня уже уехала, что он всё понял, что больше такого не будет.
В среду я вернулась домой. Квартира была чистой. На кухне стояла новая сковородка, точно такая же, как та, что испортили.
— Прости, — Дима обнял меня. — Я правда не подумал.
— Не подумал — это мягко сказано.
— Больше не повторится. Обещаю.
Я кивнула. Верила ли я ему? Не очень. Но попробовать стоило.
Вечером я разбирала вещи и наткнулась на конверт на комоде. Внутри была записка от тёти: «Алиночка, извини, если что не так. Мы правда думали, что ты рада нам. Спасибо за гостеприимство. Целуем!»
Я хмыкнула. Ладно. Может, они действительно не со зла.
А потом я открыла шкаф.
Моего нового платья не было.
Я похолодела. Быстро проверила остальные вещи. Не хватало ещё двух блузок и шарфа.
Руки задрожали, когда я набирала номер тёти.
— Алло? — ответила она после пятого гудка.
— Здравствуйте. Скажите, у вас случайно не оказалось моего платья? Синего, новенького?
— А-а-а, это! — засмеялась она. — Да, взяла, думала, ты не против! Ты же всё равно его не носила!
Я медленно выдохнула.
— Верните, пожалуйста.
— Ой, да ладно! Ну что ты как! Я его уже дочке отдала, ей так понравилось!
— Верните. Платье.
— Слушай, ты что, жадная такая? Одно платье! У тебя их там целый шкаф!
— Это моё платье. Я вас прошу в последний раз.
— Знаешь что, — голос тёти стал холодным, — я думала, ты нормальная. А ты вон какая! Из-за тряпки скандалить! Диме пожалуюсь!
Она бросила трубку.
Я стояла с телефоном в руках и чувствовала, как по щекам текут слёзы. Не из-за платья. Из-за того, что меня даже не спросили. Просто взяли. Как будто я не имею права голоса в собственном доме.
Дима вернулся поздно вечером. Я всё ему рассказала.
— Ну Ал, это же платье! — он устало потёр переносицу. — Подумаешь!
— Дима, они взяли моё вещь без спроса!
— Да перестань! Тётя не со зла! Просто она такая, открытая, душевная!
— Открытая настолько, что лезет в чужой шкаф?
— Господи, ну что ты цепляешься! Я ей позвоню, скажу вернуть!
Но я уже понимала, что никто ничего не вернёт. И Дима на самом деле не считает это проблемой.
В ту ночь я не спала. Лежала и смотрела в потолок. Думала о том, что за три года брака Дима ни разу не принял мою сторону. Всегда его мама права. Всегда его родня важнее. А я — так, добрая и покладистая Алина, которая потерпит.
Утром я встала с чёткой мыслью. Нужно что-то менять.
Я позвонила маме.
— Мам, помнишь, ты говорила про психолога? Дай контакт.
— Конечно, дорогая. Записаться хочешь?
— Да. К семейному.
Первая сессия была назначена на пятницу. Дима сначала отказывался, но я поставила условие: либо идём вместе, либо я подаю на развод.
Он пошёл.
Психолог, женщина лет сорока с добрыми глазами, выслушала нас обоих. Потом сказала фразу, которая засела в моей голове:
— Дима, похоже, вы не видите Алину как отдельного человека. Для вас она — часть семейной системы, которая должна подстраиваться.
— Я же её люблю! — возмутился Дима.
— Любить и уважать — разные вещи, — спокойно ответила психолог.
Мы ходили к ней месяц. Медленно, но что-то начало меняться. Дима стал слышать меня. Не сразу, не всегда, но стал.
А потом, через три месяца после истории с тётей, она позвонила снова.
— Димочка, мы тут с Валей, моей подругой, в ваш город собираемся! На недельку! Можем у вас остановиться?
Я услышала это и замерла. Смотрела на Диму и ждала.
Он посмотрёл на меня. Потом сказал в трубку:
— Тёть Рая, я уточню у жены и перезвоню.
У жены. Он сказал «у жены».
— Ал, — он положил телефон. — Как ты на это смотришь?
Вот это был момент. Момент, когда я поняла — мы можем быть вместе. Или не можем. Но у нас есть шанс.
Я глубоко вдохнула.
— Дима, я не хочу, чтобы они жили у нас.
Он кивнул.
— Хорошо. Я так и скажу.
И он сказал. Тётя, конечно, обиделась. Жаловалась всем родственникам, что невестка плохая, жадная, невоспитанная. Но Дима выдержал.
А я в тот момент впервые за три года почувствовала странную лёгкость. Как будто с меня сняли тяжёлый рюкзак.
Моё мнение стало важно. Наконец-то.
Алина думала, что это конец истории с навязчивыми родственниками. Но через месяц тётя снова появилась на пороге — на сей раз с таким предложением, от которого захватило дух. И Алина поняла: всё только начинается...
Продолжение уже доступно по ссылке, если вы состоите в нашем клубе читателей. Читать вторую часть →