При хане Узбеке сначала генуэзцы, а затем и венецианцы обосновались в Азаке (современный Азов), право на создание факторий в котором было подтверждено ярлыками Узбека представителям каждой республики.
Ярлык генуэзцам до нашего времени не сохранился, зато аналогичный указ венецианцам 1332 г. хорошо известен. Этот документ предоставлял венецианцам право создать в Азаке свою колонию, получившую название Тана, им предоставлялись налоговые льготы и даже полное освобождение от уплаты торговых сборов за некоторые категории товаров. Для решения конфликтов между жителями фактории и подданными ханов предусматривалось создание суда из представителей как ордынских властей, так и коммуны Таны.
Вероятно, после получения столь щедрого пожалования от могущественного хана, итальянские торговцы уверовали в покровительство монарха и стали все чаще и чаще нарушать законы и порядок в Азове. Правонарушения выражались в ссорах с ордынским населением, уклонением от уплаты налогов (порой, впрочем, произвольно повышавшимся местной ордынской администрацией) и т.д.
Хан Джанибек, сын Узбека, вступивший на золотоордынский трон в 1342 г., подтвердил пожалования отца венецианцам (ярлыком от того же 1342 г.). Однако проблемы во взаимоотношениях итальянцев с местным населением сохранялись.
В Тану постоянно приезжали венецианские и генуэзские торговцы (нередко - представители влиятельных аристократических семейств), которые, в отличие от постоянно проживавших в факториях соотечественников, не намеревались уважительно относиться к «тартарам», да еще и исповедовавшим «сарацинское заблуждение». Не доставало последней капли для вспыхивания серьезного конфликта между ордынскими властями и представителями итальянских торговых республик.
Такой каплей стало незначительное, бытовое, на первый взгляд, событие: в сентябре 1343 г. в порту (или на портовом базаре) Таны член знатного венецианского рода Андреоло Чиврано оскорбил ордынского подданного Ходжу Омара, который в ответ влепил ему пощечину, после чего итальянец выхватил меч и убил противника.
В результате гнев ордынцев обратился против всех «латинян», проживавших в Тане: они устроили избиение итальянских торговцев (убив до шестидесяти человек) и разграбили лавки и склады венецианцев, итальянцев и флорентийцев, причем причиненный ущерб, по оценкам венецианцев, составил не менее 300 000 флоринов, а генуэзцев - 350 000 флоринов.
Когда сведения о событиях в Азаке дошли до хана Джанибека, он приказал бросить в тюрьму всех итальянских купцов, находящихся в ордынских городах, в т.ч. в Сарае и запретил торговать в Азаке всем итальянцам.
Кроме того, при не вполне выясненных обстоятельствах в том же 1343 г. в устье Дона было разрушено еще одно итальянское торговое поселение - Порто-Пизано, которое принадлежало пизанцам, основавшим его в 1261 г.; оно так и не было восстановлено, что практически полностью уничтожило торговлю Пизы в Северном Причерноморье и Приазовье.
В результате единственным доступным для европейских торговцев с Ордой портом осталась Кафа - генуэзская колония в Крыму, однако чуть позже, 21 февраля 1344 г. последовал указ Джанибека, запретивший венецианцам торговать и через этот город.
Видя последствия поступка Чиврано, венецианские власти приговорили его к пятилетнему изгнанию и пожизненному лишеню права посещать фактории в Причерноморье. Венецианский сенат решил уведомить хана Джанибека о своем решении, направив к нему посольство, которому также поручалось узнать о судьбе венецианских торговцев, столь неудачно оказавшихся во время конфликта в Сарае и других ордынских городах.
Весной 1344 г. послы посетили хана Джанибека и его супругу Тайдулу, были вполне благожелательно встречены, и, вернувшись в Венецию в апреле, сообщили, что с арестованными в ордынских городах торговцами все в порядке, что хан готов к прекращению конфликта и уже de facto позволил венецианцам торговать в Золотой Орде.
Однако об этом стало известно генуэзскому дожу Симоне Боканегра, который, опасаясь, что Венеция в результате переговоров с Золотой Ордой получит новые выгоды по сравнению Генуей, предложил венецианскому дожу Андреа Дандоло направить в Орду совместное посольство, на что Венеция согласилась.
В июне 1344 г. правительства обеих республик выработали совместные требования к хану, включавшие возвращение права торговать в Золотой Орде на тех же условия, что и раньше, возвращение украденных товаров и возмещение убытков, причиненных интересам итальянских торговцев действиями ордынских жителей Азака.
При этом венецианские и генуэзские власти договорились, что если хан откажется выполнить хотя бы одно из их требований, они немедленно прервут переговоры с Золотой Ордой. Пока же между республиками заключался союз на один год, в течение которого они обязывались «во владениях хана ни торговать... и сделки не вступать» .
Но не успели они отправить свое посольство, как хану стало известно о союзе Венеции и Генуи, и он не без оснований заподозрил республики в намерении восстановить свое положение на Черном море военными средствами и решил их предупредить.
Летом 1344 г. ордынские войска осадили Кафу, оставшуюся, как уже упоминалось, последним оплотом итальянцев на Черном море. Поводом для нападения послужил отказ венецианцев выдать Андреоло Чиврано для суда по ордынским законам. Однако жители Кафы, согласно сообщениям генуэзских и венецианских информаторов и итальянских хронистов сделали вылазку, в результате которой уничтожили осадные орудия, при этом перебив множество татар. Осада была снята.
Военная опасность побудила венецианцев с генуэзцами продлить свой военно-политический союз и, соответственно, бойкот золотоордынских портов и рынков еще на год, до 1346 г. Возможно, именно после получения сведений о сохранении венециано-генуэзского союза в том же 1346 г. золотоордынские войска вновь предприняли попытку захвата Кафы. И опять, несмотря на многочисленный перевес в войсках и использование самых разных средств ведения войны, Джанибеку пришлось отступить.
В результате военным способом добиться своих целей хану не удалось, и оставалось сохранять запрет на торговлю итальянцев в его владениях, что оказывалось куда более тягостным для торговых республик, нежели осада Кафы татарами.
Ситуация зашла в тупик, стороны не желали уступать друг другу, терпя взаимные убытки и при этом не очень-то повышая свой политический престиж. Разрядило обстановку то, что венецианские и генуэзские дипломаты и торговцы стали нарушать договоренности между двумя торговыми республиками, стараясь обойти друг друга в переговорах о торговле с Золотой Ордой.
В частности, венецианцы с негодованием узнали, что генуэзцы продолжают вести дела с ордынскими партнерами (и другими иностранными торговцами в Крыму) через Кафу и обвинили «союзников» в нарушении ими же установленных правил взаимоотношений с Ордой.
Генуэзцы, признавая сами факты осуществления торговых операций, отвечали, что они ничего не нарушают, поскольку ведут дела в Кафе, которая является их собственным городом, а не владением хана и, следовательно, запрет итальянцам торговать с ордынскими купцами на нее не распространяется.
Венецианцы же доказывали обратное: Кафа - это город Золотой Орды, всего лишь предоставленный генуэзцам для фактории, соответственно, торговля итальянцев через нее также находится под ханским запретом.
Впрочем, и сами они также неоднократно шли на нарушение договоренностей с Генуей в течение всего конфликта с Золотой Ордой стараясь навести мосты с ханом и его сановниками и первыми заключить с властителем Улуса Джучи мировое соглашение, при этом в ответ на упреки генуэзцев заявляя, что действуют в интересах обеих республик.
Между тем, взаимные санкции, как нередко бывает в таких случаях, произвели негативный эффект на экономику не только участников конфликта, но и на те страны, которые вовсе не имели к нему отношения. Так, венецианцы и генуэзцы перекрыли вход в Азовское море кораблям даже тех стран, которые не участвовали в конфликте.
Вследствие противостояния республик с Ордой по всей Италии цены на восточные товары (шелк, специи и пр.) возросли от 50 до 100%. А в Византийской империи, по свидетельству историка Никифора Григоры, началась нехватка зерна и соленой рыбы, которые доставлялись в ее пределы итальянскими торговцами через Черное море.
Это побудило представителей других государств, торговавших в Крыму и не подпавших под санкции ни Золотой Орды, ни Венеции с Генуей, предложить свои услуги в качестве посредников в торговых операциях между итальянцами и золотоордынскими торговцами.
Этим активно занимались армяне, евреи, греки (как постоянно проживавшие в Крыму, так и византийские или трапезундские), благодаря которым венецианцы и генуэзцы продолжали осуществлять торговлю восточными товарами, - преимущественно шелком, - как в Крыму (в частности, через Солхат), так и в Северном Причерноморье и Приазовье.
Наконец, еще одно обстоятельство подстегнуло Венецию и Геную к восстановлению экономических отношений с Золотой Ордой в полном объеме: попытки ордынских властей найти альтернативные торговые пути, устранив практически полную зависимость от флотов итальянских морских республик. Речь шла о налаживании сухопутных торговых маршрутов через русские земли, установление связей с Ганзой, Польшей Литвой.
Впрочем, надо честно признаться, что подобные шаги, по всей видимости, являлись в значительной степени блефом золотоордынских властей. Тем не менее, в глазах венецианцев и генуэзцев действия правительства Джанибека выглядели угрожающе: настораживал сам факт поиска новых торговых каналов.
В течение долгого времени выгоды от морской торговли через Черное море обуславливали отсутствие у Орды необходимости поддерживать и развивать северные торговые пути, но теперь, в изменившихся условиях, она имела возможность всецело сосредоточиться на этом направлении, что совершенно было ненужно ни Венеции, ни Генуе.
Обе республики усилили попытки дипломатического воздействия на хана Джанибека, и в 1347 г., наконец, возвратили себе право торговать в Золотой Орде: Генуя - в июне, а Венеция - в декабре. «Отставание» венецианцев объясняется тем, что генуэзцы активно блокировали венецианские суда в Босфорском проливе и не позволили им оказаться в Орде раньше генуэзских дипломатов.
При этом генуэзцы старались настойчиво уговорить венецианцев не заключать с ханом отдельного договора, отказаться от торговли в Азаке и вести дела через Кафу, в которой обязались предоставить им такие же права, какие были в ней у самих генуэзских торговцев.
Они объясняли свои действия тем, что они обеспечивают единство европейских интересов перед «тартарами», однако вполне очевидно, что они готовы были даже поступиться собственной колонией в Азаке, лишь бы лишить венецианцев их основного владения - Таны и заставить вести свои дела через генуэзскую Кафу.
Естественно, это вскоре стало понятно и самим венецианцам, они вновь попытались вести дела с властями Золотой Орды в обход Генуи. В любом случае, ханские ярлыки, ознаменовавшие прекращение как войны в буквальном смысле слова, так и «войны санкций» между Золотой Ордой и итальянскими торговыми республиками, в 1347 г. были изданы.
Как и в случае с ярлыками хана Узбека об образовании итальянских факторий в Азаке, до нашего времени сохранился лишь ярлык, адресованный венецианским купцам Таны. В тексте ярлыка упоминается инцидент 1343 г. и последующие события, после чего хан Джанибек подтверждает право венецианцев на владение факторией в Тане, однако увеличивает тамгу - торговый налог, который они должны уплачивать, с 3% (как было по ярлыку Узбека 1332 г. и первому ярлыку самого Джанибека 1342 г.) до 5 %.
Как видим, восстановив торговые отношения с Венецией в принципе, хан все же сохранил элемент санкции в виде увеличения налоговой ставки.
В результате экономическая целесообразность перевесила для обеих сторон попытки сохранения некоего абстрактного политического престижа. Переговоры, даже после неоднократных срывов и очередного витка обострения отношений, все же увенчивались успехом, стороны стремились находить (и находили) разного рода компромиссы, завершившиеся, в конечном счете, окончательным снятием взаимных санкций.
Злой Московит
По материалам: Почекаев Р.Ю. Экономические санкции как инструмент политической борьбы в конфликте Золотой Орды с Венецией и Генуей в 1340-х гг.