- Мама? - мой муж Артём протёр глаза, будто пытаясь стереть галлюцинацию. - Мама, это ты?
- А кто же ещё? - ответила Галина Степановна, протягивая ему пакет с двумя баночками малинового варенья. - Что, не ждали гостей?
Артём распахнул дверь шире и выглянул в подъезд, видимо, проверяя, не привезла ли мама с собой ещё и комиссию по жилищным вопросам.
- А папа где?
- Отец с утра на рыбалку с дядей Васей уехал. А мне скучно стало одной. Вы что, ещё спите?
- Спим, мам. Воскресенье же, - Артём зевнул так, что, казалось, вот-вот проглотит собственную голову.
- Уже половина одиннадцатого! - возмутилась свекровь, проходя на кухню без приглашения, как будто она не гость, а ревизор из санэпидстанции.
- Машенька всю ночь капризничала, зубки лезут.
- У всех детей зубы режутся, что ж теперь до обеда валяться? В моё время мы и с тремя детьми успевали и дом убрать, и обед приготовить, и мужа на работу проводить!
- Мам, ты чего такая с утра? - спросил Артём, явно пытаясь понять, не подменили ли его мать в ночи.
В этот момент я вышла из спальни, на ходу завязывая халат и пытаясь проснуться. Вид у меня был, наверное, как у зомби после ночной смены в морге.
- Доброе утро, Галина Степановна, - пробормотала я, моргая от яркого света.
- Крошки на столе… - начала она, и я сразу поняла, что это не просто констатация факта, а начало обвинительной речи. - А полы когда мыли?
- Вчера убиралась, но вы же знаете, у нас маленький ребёнок, - пожала я плечами, убирая свои длинные волосы в пучок. - Она только что научилась ползать, так что уборка теперь напоминает попытку подмести пол во время землетрясения.
- Ой, кошмар какой! - всплеснула руками свекровь, заглянув в ванную.
Честно говоря, ничего страшного там не было. Обычная корзина для белья, забитая до отказа (ну да, стиральная машина у нас работает по графику — раз в три дня).
На полу валялось забытое полотенце (Артём, конечно же). Зеркало в разводах после утренних водных процедур. Но Галина Степановна прижала руку к груди так драматично, будто обнаружила там не разводы на зеркале, а следы преступления.
- Я сейчас уберу, подождите, - засуетилась я, заскакивая в ванную.
Кинула полотенце в корзину, придавила бельё покрепче (оно скрипнуло в знак протеста) и протёрла зеркало рукавом. Но свекровь уже понесло, как поезд без тормозов.
Она проверяла пыль в самых неожиданных местах: за холодильником, на верхней полке шкафа, под ковриком в прихожей. Заглянула в холодильник с таким видом, будто ожидала найти там не продукты, а улики. Изучала подоконник, щурясь, как следователь, ищущий отпечатки пальцев.
У Артёма, видимо, сложилось впечатление, что мать начиталась женских журналов про «токсичных свекровей» и теперь отыгрывает роль по всем канонам жанра.
- Мам, у нас всё нормально, меня устраивает, как мы живём. Прекрати, - сын забрал у неё кастрюлю, которую она выудила из холодильника. - Я не всегда успеваю Кате помогать, но нам так комфортно.
- В свинарнике комфортно? - парировала мать. - Пыль кругом, жрать нечего. Холодильник пустой, как кошелёк студента после стипендии!
- Я ещё в магазин не сходил. И вообще, почему мы должны отчитываться? Мы же не в армии!
Галина Степановна открыла рот, чтобы выдать тираду про ипотеку (которую мы, кстати, платим сами), и что если бы мы жили с ними, то такого бы не было, но в комнате заорала Машенька, и я ушла к ней. При сыне мать сдержалась.
- Да я просто удивилась, что у вас бардак. Квартира новая, всего год как дом сдали, так ремонт скоро переделывать придётся.
- Переделаем, не волнуйся. Мы же не просим у вас с отцом ничего, сами справляемся.
- А я, может, и рада бы помочь, не даёте.
- Так помоги. Посиди с Машей, а мы поспим.
- Чай у вас вообще есть? - сменила тему мать, видимо поняв, что аргументы заканчиваются.
Родители приезжали к нам редко. С внучкой возились пару часов и уезжали. В основном с малышкой помогала моя мама. До свадьбы мы с Артёмом встречались почти три года, снимали квартиру, и свекровь никогда с проверками не приезжала. Что случилось сегодня, Артём так и не понял.
- Просто проверить решила, как вы тут, как мой сын, внучка.
- Хорошо всё, не жалуемся.
- Вижу я, как хорошо, - мать провела пальцем по столу, собирая крошки, как будто это были не крошки, а улики. - Мы с отцом не лезем, вам не мешаем, а тут антисанитария и продуктов нет. Дай тряпку, протру.
- Я сама всё уберу и чай сделаю, Галина Степановна, - я вышла на кухню с Машей на руках.
Передала дочку Артёму и принялась наводить порядок с таким энтузиазмом, будто готовилась к приёму королевской семьи.
Чай пили в полной тишине. Галине Степановне явно хотелось уколоть меня, что завтрака нормального нет, что чай пьём всухомятку, и если бы не её варенье, то и на хлеб мазать нечего. Но она сдержалась. Допив чай, поднялась.
- Спасибо. Пойду я. Посмотрела на вас, теперь спокойна.
- Ты на метро? - вдруг спросил Артём.
- Да, хотела.
- Тогда я тебя довезу. Мне всё равно в магазин, продуктов же нет.
Артём убрал посуду со стола и ушёл одеваться. Галина Степановна потопталась в прихожей и вышла на улицу ждать у машины.
Она удивилась, когда из подъезда вместе с сыном вышли я с ребёнком.
- Решили вместе прокатиться, - коротко бросил Артём, не дав матери задать вопрос.
Когда мы проехали нужную станцию метро, Артём весело добавил:
— Ой, проехали. Ну ничего, сейчас развернусь или на Ленина высажу.
Через пятнадцать минут, остановившись у родительского дома, Артём сообщил:
- Знаешь, мам, мы тут решили к вам в гости зайти. Пойдём, Катя, покажу тебе свою комнату, надеюсь, родители ничего не выкинули.
Галина Степановна стояла у машины с открытым ртом, хватая воздух, как рыба, выброшенная на берег. Видимо, она ожидала всего чего угодно, но только не этого.
Дверь Артём открыл своим ключом и громко позвал всех в дом.
- Ну что, мам, накрывай на стол, а мы пока телевизор посмотрим. И да, конструктор мой поищем.
Мать растерянно развела руками.
- Так я не готовила ничего. Надо было предупредить, что зайдёте.
- Как так, мам? - Артём сделал удивлённое лицо. - А недавно ты Кате по телефону говорила: приезжайте, родные, я всегда рада. Вот мы и приехали. Корми, мам. Я голодный, пока до вас добирались.
Галина Степановна убежала на кухню, видимо, пытаясь сообразить, что же можно приготовить из того, что есть.
- Ма-а-ам, - тон, которым сын позвал её в гостиную, ей явно не понравился. - Мам, а чего это у тебя вещи разбросаны? Шторы неглаженные? И покрывало сбилось.
- Так я вчера шторы постирала, сынок. Не успела погладить. Не ждала гостей.
- Как не успела? Ты же рано встала сегодня. Мам, а если папа раньше вернётся? Голодный, злой, без рыбы, а дома шаром покати. Сейчас проверим, что в холодильнике, - Артём покачал головой с таким видом, будто обнаружил серьёзное нарушение техники безопасности. - Ой, а цветы засохли. Это потому что я перестал поливать.
- Не засохли, Артём. Я поливаю. Просто вчера забыла.
- Вот я и говорю: без меня засохнут. Я даже с температурой их поливал.
В этот момент я не выдержала и фыркнула. Артём играл свою роль так убедительно, что я начала верить, что он действительно переживает за судьбу родительских цветов.
- Артём. Хватит. Катя, скажи ему. Я поняла всё. Не буду больше так.
- Артём, правда, хватит, - попросила я, стараясь сохранять серьёзное выражение лица.
- Вот я и говорю, мам: хватит. Чего ты приехала с проверкой?
- Никогда так не делала, а тут вдруг с отцом поругалась. Ну его, на рыбалку уехал. Вот и сорвалась. Всё. Забыли. Блины или оладьи? А может, сырники сделаем?
- Сырники, мам. Ты их так вкусно готовишь. Катя давно рецепт хотела спросить, стеснялась. Давайте мне Машу, пойдём конструктор смотреть, не будем вам мешать.
Через час все сидели на кухне. Пили чай с сырниками и блинами, которые Галина Степановна приготовила с такой скоростью, что, казалось, она не готовила, а колдовала.
- В четыре руки быстро управились, правда, Кать?
- Да, и рецепт я теперь запомнила, - кивнула я, откусывая сырник. - Хотя, честно говоря, я до сих пор не понимаю, как вам удалось так быстро всё приготовить. У меня на одни сырники уходит час минимум!
В дверь позвонили. Вернулся отец. Мы с Артёмом переглянулись и рассмеялись, когда он зашёл в прихожую раздражённый.
- Васька знал же, что машина старая, нет, поехали на его, - ворчал отец, снимая куртку. - Сломались на полдороге. Рыбалка отменилась. О, Артём… мать, а я думаю, чё так блинами пахнет? Гости у нас.
- Проходи к столу, пап.
- И Машку привезли! Вот это да. Настоящее семейное воскресенье. И зачем я на эту рыбалку попёрся? Дома же лучше. Правда, внучка? - дед взял малышку на руки и прошел на кухню.
Галина Степановна всплеснула руками и кинулась ставить перед мужем тарелку с такой поспешностью, будто от этого зависела её жизнь.
- Садись, кормить буду. Замёрз небось? Катя, пододвинь ему сырники, пока горячие.
- Да не замёрз я, - отмахнулся дед, но от тарелки отказываться не стал. - Васька, главное, теперь там со своей машиной мучается. А я тут с вами, с внучкой. Красота.
Он откусил полсырника и довольно зажмурился.
- Галя, ты божественная. Катя, запоминай, как женщина должна готовить.
- Я запоминаю, - рассмеялась я. - Мы уже с Галиной Степановной рецепт обсудили.
- Ну и отлично. Значит, не пропадёте.
Машенька тем временем завладела дедовым носом и теперь изучала его с научным интересом. Дед терпел и улыбался, хотя по его лицу было видно, что нос уже начинает неметь.
За столом стало шумно. Обсуждали рыбалку, которая не случилась. Вспоминали, как Артём в детстве тоже любил сырники (и как однажды съел их так много, что потом весь вечер жаловался на живот). Спорили, на кого больше похожа внучка. Галина Степановна больше не смотрела на крошки и не проверяла полы. Она просто сидела и улыбалась, иногда поглядывая на нас с Артёмом с таким выражением, которое говорило: «Ладно, признаю, вы меня переиграли».
Когда мы собирались уезжать, она проводила нас до машины и сказала: «Приезжайте чаще. Только... предупреждайте заранее, ладно?
- Договорились, - улыбнулся Артём. - Но ты тоже предупреждай, когда соберёшься с проверкой. А то мы можем и неожиданно в гости нагрянуть.
Галина Степановна засмеялась и махнула рукой: «Идите уже. И варенье не забудьте. Хотя... кажется, вы его уже съели».
Мы действительно съели почти всё варенье. Но зато научили свекровь важному уроку: прежде чем устраивать внезапные проверки, стоит подумать, готовы ли вы к ответному визиту. Особенно если у вашего сына хорошая память и отличное чувство юмора.