Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Берегиня

В одной смоленской деревне, затерянной среди дремучих лесов и непроходимых болот, до сих пор знают и помнят слово «берегиня». Так здесь называют не просто духов, а тех, кто оберегает род, хранит домашний очаг и приглядывает за живыми из мира мёртвых. У каждого старого дома — своя берегиня. У каждого рода — свой незримый защитник. Рассказала мне эту историю бабка Клава, которой уже сто лет скоро стукнет, а она всё по грибы ходит, и в огороде управляется, и внуков правнуками не перестаёт радовать. Сидели мы у неё на веранде, пили чай с мятой, слушали, как сверчок за печкой стрекочет, и она поведала. — Жила у нас в деревне женщина, Анной звали, — начала она, поправляя выцветший платок. — Хорошая была, добрая, работящая. Детей пятеро, мужик на лесоповале погиб — дерево его насмерть придавило. Осталась одна. Тянула как могла: и в колхозе работала от зари до зари, и дома управлялась, и дети обихожены, и скотина сыта. А по вечерам, бывало, сидит на завалинке, смотрит в сторону леса и шепчет ч
#лес #старыйдуб #берегиня #женщинавбелом #духлеса #славянскаямистика
#лес #старыйдуб #берегиня #женщинавбелом #духлеса #славянскаямистика

В одной смоленской деревне, затерянной среди дремучих лесов и непроходимых болот, до сих пор знают и помнят слово «берегиня». Так здесь называют не просто духов, а тех, кто оберегает род, хранит домашний очаг и приглядывает за живыми из мира мёртвых. У каждого старого дома — своя берегиня. У каждого рода — свой незримый защитник.

Рассказала мне эту историю бабка Клава, которой уже сто лет скоро стукнет, а она всё по грибы ходит, и в огороде управляется, и внуков правнуками не перестаёт радовать. Сидели мы у неё на веранде, пили чай с мятой, слушали, как сверчок за печкой стрекочет, и она поведала.

— Жила у нас в деревне женщина, Анной звали, — начала она, поправляя выцветший платок. — Хорошая была, добрая, работящая. Детей пятеро, мужик на лесоповале погиб — дерево его насмерть придавило. Осталась одна. Тянула как могла: и в колхозе работала от зари до зари, и дома управлялась, и дети обихожены, и скотина сыта. А по вечерам, бывало, сидит на завалинке, смотрит в сторону леса и шепчет что-то, губы шевелятся, а слов не разобрать.

Соседи примечали, дивились. Спросили как-то: «Ты чего это шепчешь, Анна? Никак молишься?» А она улыбнётся и отвечает: «С матерью своей говорю. Она меня бережёт. Совет даёт, как детей растить, как хозяйство вести. Я без неё давно бы пропала».

Мать Анны лет десять как умерла. Похоронена была на старом кладбище, за лесом, километрах в трёх от деревни. Место там глухое, страшное, дорога через бурелом идёт, через овраги, иные и днём туда ходить боялись. А Анна одна хаживала — и днём, и ночью, когда душа просила. Говорила, что мать её зовёт, что без этого разговора ей сил не хватает.

И вот однажды случилась беда. Младший сын Анны, пятилетний Петя, пропал. Играл у околицы с ребятишками, а вечером хватились — нету. Вся деревня на ноги поднялась, мужики с фонарями лес прочесывали, бабы по домам обыскивали — ни следа. К утру поняли: не найти. Сгинул ребёнок в лесу, то ли в болото утянуло, то ли зверь задрал, то ли нечистая сила увела.

Анна не плакала. Лицом побелела, губы сжала в нитку, встала и ушла в лес. Одна, без фонаря, без хлеба, без ничего. Бабы ахали, мужики головой качали — не жилец, мол, и мать туда же отправилась.

Всю ночь в деревне не спали. Слушали, не закричит ли кто из леса, не залают ли собаки. Тишина стояла мёртвая, даже ветер не шелестел.

А под утро, на самой заре, выходит Анна из леса. Идёт медленно, устало, но твёрдо. А за руку ведёт Петю. Живого, целого, только грязного, в паутине, и испуганного до полусмерти.

Бросились к ней, засыпали вопросами. Где нашла, как, что с ним было?

Анна опустилась на лавку, перевела дух и рассказала.

Как зашла в самую чащу, туда, куда даже днём ходить боялись, где деревья стоят стеной, а свет не пробивается сквозь кроны. Как плутала, продиралась сквозь бурелом, кричала, звала сына — и вдруг увидела впереди свечение. Будто женщина в белом стоит, светится изнутри, рукой манит. Анна пошла за ней, не разбирая дороги, не думая, куда ведёт её мать.

И вывела та женщина к старому дубу — огромному, в три обхвата, с корнями, вылезшими наружу, как змеи. А под дубом, в сухих листьях, Петя сидит. Живой, целый, только дрожит мелко. Увидел мать, заплакал и побежал к ней.

— Баба, — говорит, — меня баба привела. Сказала, что мама придёт, что ждать надо.

Анна оглянулась, а женщины в белом уже нет. Только ветер прошумел в кроне старого дуба, будто вздох прощальный.

С тех пор Анна каждый год на то место ходила. Не на кладбище, где мать официально похоронена, а именно под тот дуб, в самую глушь. Говорила, что там она и лежит, там её душа обрела покой. И что теперь она берегиня этого леса и этой семьи на веки вечные.

— Душа, она не в земле, — говорила Анна. — Душа там, где её любят. Где она нужна. Моя мать нас любила, вот и осталась. Стережёт.

Умерла Анна давно. И её уже на старом кладбище похоронили, рядом с матерью. А дети её выросли, разъехались по городам, внуки пошли. Но те, кто в деревне остались, иногда видят: в сумерках, у старого леса, стоит женщина в белом. Стоит под дубом, смотрит вслед прохожим, и лицо у неё светлое, доброе.

Бережёт.

#славянскаямистика #берегиня #духипредков #лес #старыйдуб #народныйфольклор #мистическийрассказ #страшнаяистория #духи #защитники #чтопочитать #историинаночь #мистикаонлайн #потустороннее #родоваяпамять #славянскиелегенды #лесныедухи #материнскаялюбовь #душа #родныеберегини

⬇️ Понравилась история? ⬇️
Больше 😈 страшных рассказов и романов ждут тебя
на моей странице 👇
🔗 [
https://author.today/u/idavran/works/edit]