Этот материал я делала для Группы НКО "Гарант", но мне так понравился наш разговор с Анной Клепиковской, соинвестором Ландшафтного парка "Голубино" (Архангельская область), что захотелось продублировать его здесь. На мой взгляд - это тот случай когда соединились бизнес и социальная миссия и сделали делают проект содержательным и максимально устойчивым.
- Анна, я много лет работаю в некоммерческом секторе и вижу, что НКО умеют создавать смыслы, знают, как выявляется социальная проблема и как создается ее решение, умеют писать грантовые заявки, но совершенно не умеют зарабатывать деньги – эта привычка у них просто не сформирована. А «Голубино» умеет. Как вам удалось найти баланс между коммерческой деятельностью и социальной?
Честно говоря, изначально «Голубино» не предполагалось как социальный проект. В 2014 году мы начинали (как нам казалось) понятный бизнес-проект – туристическую гостиницу, которая сама себя окупает и приносит прибыль собственникам. Только в 2017-м, когда в Пинеге прошли встречи в рамках мероприятий «Гарант», мы увидели, что то, чем мы занимаемся, не похоже на обычный бизнес-подход, и что на самом деле за это время мы стали точкой социокультурного развития.
Буквально час назад у нас было совещание, и мы поймали себя на интересной мысли - у нас есть те, кто отвечает за «социальные задачи» и развитие, но нет именно отдельной выделенной функции «продажи» как задачи проекта.
И это вечный вопрос баланса. Есть люди создающие смыслы, но им сложно концентрироваться на прибыли, KPI и финансах – это просто не их среда обитания. А есть люди, которым легче мыслить цифрами. Нам повезло: в команде «Голубино» есть мой муж – предприниматель по натуре, который всегда возвращает нас к вопросам денег.
Я думаю, заставлять руководителя НКО зарабатывать деньги бессмысленно, но перед ним должна стоять задача создать крепкую, эффективную команду. Быть одновременно «смысловиком» и эффективным продажником – это редчайший дар.
- Получается, НКО, которые планируют развивать деятельность, приносящую доход, должны искать себе в партнёры опытного предпринимателя?
- Думаю, да. Если вспомнить историю, то в дореволюционной России считалось естественным сначала заработать деньги, а потом брать на себя обязательства помогать другим. Классика: сначала ты обеспечиваешь себя, свою семью, своих работников, а потом идёшь удовлетворять потребности высшего порядка: заниматься благотворительностью, создавать новые смыслы, строить объекты социальной инфраструктуры.
Есть замечательный Московский музей предпринимателей, меценатов и благотворителей на Шаболовке – его экспозиция очень точно передаёт это мировоззрение дореволюционных предпринимателей, их огромный вклад в развитие страны. Вот из чего нужно исходить.
У нас в обществе есть популярное мнение – думаю, что это наследие советского периода и 90-х – о том, что «предприниматель – это коммерсант, деньги у него просто из воздуха появляются». К предпринимателям и сегодня отношение сложное: когда случается что-то неприятное, большая часть комментариев в социальных сетях не про поддержку предпринимателя в сложный момент, а про то, что он должен отвечать за все. Общество как будто отрицает само умение зарабатывать деньги. Если ты работаешь в найме, значит «приличный человек», если предприниматель, который несёт ответственность перед государством, сотрудниками и обществом – значит «всем должен».
Поэтому я вижу свою миссию в том, чтобы поддерживать именно предпринимателей. Социальные проекты сейчас хорошо поддерживаются: ресурсными центрами, грантодающими организациями, экспертами. А предпринимателей мало кто поддерживает системно и уж тем более эмоционально.
- В штате «Голубино» более 70 человек, и это в основном местные жители. Легко ли было собрать такую команду?
- Сложно, и здесь есть нюансы, о которых обычно молчат. Есть популярное мнение о том, что в провинции нет работы и мало платят. Но рыночная экономика удалённых территорий – это совсем не экономика большого города, тут никогда не будет «городских» зарплат.
Второй момент – компетенции. Люди хотят работу, но не всегда готовы осваивать современные инструменты: компьютерные программы, оборудование.
Мы в «Голубино» начинали с того, что все записывали в тетрадку – кто приехал, кто уехал. А как можно построить систему, когда все записи в тетрадке? Приходилось обучать сотрудников даже базовым Word и Excel. Кто-то говорил: «Не хочу разбираться», и уходил. Так было, и это была наша реальность.
Ежедневным управлением Парком занимаются Елена Шестакова, сестра моего мужа, и ее муж Иван Шестаков. Они живут в Пинеге, у них пятеро детей и Елена с Иваном полностью погружены в реальность жизни в удаленном поселке. Они отвечают за бесперебойную работу гостиницы и как никто другой знают, что делать, если на работу не вышел повар или горничная.
- А как вообще появилась идея развивать Пинежский район? Вы же живете в Москве, как так вышло, что вы «прикипели» к Пинеге?
- Меня всегда разворачивало на Север. Я москвичка, но восемь лет прожила на Кольском полуострове. В 2006 году я впервые приехала в Пинегу знакомиться с родителями мужа и была поражена: почему никто никогда не рассказывал, что у нас есть такие каньоны и пещеры? Я про Европу знала много, а про Россию – приблизительно ничего.
При этом было видно, что местные жители настроены скептично: «Да здесь ничего интересного нет, тротуары поломаны… мы не уедем, так пусть хоть наши дети живут в городе». Для меня, чужого человека, всё было в новинку и в восторг, а для местных жителей всё было привычным и казалось безнадёжным.
В 2014 году предыдущий собственник турбазы (он же местный предприниматель и депутат) предложил нам выкупить объект. Я как юрист изучила документы, увидела, что весь его бизнес в залоге. Но у нас уже была внутренняя установка: мы это делаем, потому что любим это место, хотим, чтобы здесь было классно. У нас не было пафосного плана «сейчас мы всех разовьем», был естественный порыв: развиваемся сами – развиваем село. Чтобы и нам, и детям, и местным было интересно здесь жить.
- Есть ли секрет устойчивой модели такого бизнеса? Можете сформулировать его в одном предложении?
- Устойчивый бизнес получается на стыке: когда ты понимаешь, как работает система: как строится продвижение и воронки продаж, когда ты умеешь содержать сложную инфраструктуру, но при этом даешь смыслы и развиваешь людей. Только на продажах или только на смыслах далеко не уедешь: в первом случае люди вряд ли поедут, во втором – а как кормить семьи сотрудников?
Если говорить о «секретном ингредиенте», то это крепкая команда и живая энергия.
Я не люблю, когда статистику пытаются полностью применить к человеку. Человек – это странная субстанция: в одного никто не верил, а он горы свернул; в другого верили все, а он не смог.
Вспомните Генри Форда: если бы он спрашивал людей, что им нужно, они бы попросили более быструю лошадь. В проектах, завязанных на личность, общего рецепта нет. Но есть база: нужно уважать деньги и потребности людей.
Если ты не уважаешь деньги, ты не уважаешь собственный труд и труд других людей. Нужно стремиться обеспечивать свою команду самим, не надеясь на кого-то со стороны. И еще важно поддерживать сильных людей с горящими глазами, которые создают вокруг себя «вихрь». Они на какой-то непонятной энергии могут сделать невозможное. Без живой человеческой энергии ничего работать не будет, как ни выстраивай системы.
- А бывают моменты, когда вам хочется всё бросить и спрятаться под подушку?
- Конечно! Я устаю от общения, от движения, от того, что много отдаю и не всегда получаю обратно. Плюс специфика семейного проекта: нас в бизнесе четверо – я с мужем Олегом, его сестра Елена и ее муж Иван.
Нам важно не путать роли: где мы родственники, а где кто-то из нас директор по развитию, кто-то занимается пиаром, кто-то инфраструктурой. Когда ты наёмный сотрудник, в шесть часов вечера сказал «спасибо» и пошёл заниматься своим делом. А здесь мы круглосуточно в процессе, и даже как-то неловко признаться, что устал – дело-то любимое!
Мне помогает изучение себя через разные инструменты и системы. Это показывает, какие мои потребности важно регулярно наполнять, чтобы продолжать получать удовольствие от работы. Изучаю, делюсь с командой, что-то применяем, что -то нет. Важно понимать свои базовые потребности: как именно ты восстанавливаешься. Для кого-то работа в радость и только дает силы, а кому-то после интенсивного общения и выступлений жизненно необходимо побыть в тишине и одиночестве несколько дней. Когда ты это про себя понимаешь, становится легче справляться с нагрузкой.
- Как вы подбираете людей вне семьи? Тоже по каким-то системам» Вы упомянули, например дизайн человека?
- «Дизайн человека» - это как фонарик: он подсвечивает потенциал. Но брать эту методику как единственную основу опасно. Многие живут в «ложном я» и совсем не понимают своих истинных талантов.
В «Голубино» у нас нет такого иллюзорного выбора, как в мегаполисе. В большом городе кажется, что можно легко найти идеально подходящего кандидата и не нужно особо напрягаться, чтобы выстроить с ним отношения. А на маленькой территории есть условные Петр и Николай, и с ними нужно уметь договариваться, приспосабливаться, коммуницировать.
Поэтому мы идем «от человека»: смотрим, кто перед нами, какие у него ценности, принципы, и думаем, что он мог бы делать в команде. Мы не всегда ищем под конкретную должность, скорее, находим место под таланты человека.
Вообще, люди к нам часто «притягиваются» сами. Наш IT-специалист – бывший пинежанин, который вернулся из города. Наш руководитель маркетинга Мария жила в Москве, поехала путешествовать по Архангельской области, влюбилась, сначала в Архангельскую область, потом в Голубино и переехала из Москвы. Теперь работает с нами. Мы не искали ее специально через вакансии, но о лучшем специалисте мы и не мечтали.
В «Голубино» поиск людей работает именно так – через интерес и сопричастность.
- А как устроено продвижение проекта? Есть ли у вас бюджет на рекламу, как вы строите «воронки продаж»?
- Первые годы «Голубино» продвигалось в основном через партнерства с турагентствами, которые привозили гостей, а соцсети долгое время вела и я сама – это была «бесплатная» работа собственника. Мне казалось, что можно одновременно и вкладывать финансы, и вкладывать свое время и таланты, без материальной отдачи. Все десять лет мы только инвестируем и ничего не забираем из проекта, а это довольно большие вложения.
В наших условиях гостиничный бизнес – это история не про быструю прибыль. В московских отелях, где высокий трафик и готовая городская инфраструктура рентабельность более или менее понятна и предсказуема. А когда ты в тайге сам содержишь котельную, водоснабжение и парк из девяти автобусов, у которых на трассе то стекло вылетит, то мотор заглохнет...
У нас другая экономика. Я иногда шучу, что мой муж – это министр финансов, а я - министр культуры на дотациях, а Лена с Иваном – министры МЧС и хозяйственники. Мы вкладываемся в развитие территории и людей, при этом понимаем, что окупятся наши вложения только на очень длинном горизонте.
- Раз уж о заговорили горизонте: на какой срок вы планируете стратегию?
Горизонт планирования «Голубино» 20 лет. Сейчас мне 44, мужу 49. Мы понимаем, как хотим жить, когда уйдем на пенсию, что должны успеть построить, чтобы бизнес работал. Из этого и исходим.
Я придумала аллегорию. Наши долгосрочные планы – это другой берег реки, до которого нужно доплыть. А тактические планы – это то, что появляется здесь и сейчас – сегодня есть лодка – плывешь, появилось препятствие – обходишь. Тактические шаги меняются каждый день. Но стратегически — мы понимаем, куда.
- По развитию самой Пинеги вам понятны стратегические цели?
— После стратегической сессии с Мариной Михайловой (директор Группы НКО «Гарант» - прим. автора) у нас выкристаллизовались несколько направлений развития. Мы обсудили спорт и поняли, что многие пинежане хотят лыжню и готовы сами думать, где её проложить и как осветить. Обсудили жильё и увидели, что в Пинеге есть предприниматель с набросками проекта, и есть люди, готовые выкупать квартиры.
Важный принцип нашей работы: за каждым направлением должен стоять человек, который «горит». Если такого лидера нет, направление останется на бумаге, как бы красиво мы его ни расписали.
Ближайший шаг – Благовещенская ярмарка. Участники встречи обсудили, что важно сформировать общественный совет из инициативных людей, которые готовы объединять сообщество и развивать поселок. НКО Ассоциация «Голос Севера», зарегистрированная в Пинеге, директором которой я являюсь, уже сейчас может привлекать гранты на конкретные задачи, но пока важно просто запустить этот живой механизм.
- Напоследок не могу не спросить. У меня есть ощущение, что Русский Север сейчас задает повестку и идет на полшага впереди других регионов. Вы это чувствуете?
У Дмитрия Сергеевича Лихачёва есть прекрасное высказывание – «Самое главное, чем Север не может не тронуть сердце каждого русского человека – это то, что он самый русский. Он не только выручил нас в тяжелое время истории, но он спас нам от забвения наши былины, наши старинные обычаи, наши прекрасные деревянные постройки...»
- В 2014 году, когда мы начинали проект, о Русском севере говорили мало. Сейчас очень время непростое и люди в напряжении ищут чего-то подлинного. Настоящее всегда дает силы. Север очень настоящий, и я думаю, поэтому люди разворачиваются в нашу сторону, приезжают к нам и поддерживают.
Культурно-ландшафтный Парк "Голубино" находится в Архангельской области, 188-ой км автодороги Архангельск-Пинега-Мезень).
Сайт: https://away.vk.com/away.php
Группа ВК: https://vk.com/golubino_park
#Не_атланты