Те сирийцы, которым ничего не угрожает на родине, стараются вернуться из ставшего опасным Ливана домой.
Это и из-за того, что многие места на юге стали сейчас просто опасными. И из-за того, что многие потеряли работу и им теперь не на что было бы жить в Ливане. У них нет денег, чтобы оплатить возросшую раз в 10 аренду другого жилья, а в приюты их просто не принимают. Несмотря на то, что у них дети.
В общем, кто может уехать - уезжает. Многие вынуждены одалживать деньги на дорогу. Другие едут на свои, но на последние.
Все сирийцы очень сильно жалуются на ливанских пограничников. Говорят, до рукоприкладства доходит. Кажется, вчера сирийцы вообще прорвались через границу без штампов в паспортах. Потому что сначала долго добирались, потом их по несколько часов "мариновали" на ливанской стороне. Ливанцы и штрафы заставляют оплачивать за просрочку вида на жительство (а его почти никому не дают и он почти у всех просрочен), а у людей нет сумм по 600 долларов на человека. И вообще, люди очень и очень жалуются на то, что относятся, как к скоту. Поборы, оскорбления, нервотрепка.
А на сирийской территории (в данном случае, речь о конкретном переходе на шоссе Бейрут- Дамаск) открыли дополнительный зал для приема приезжающих. И кучу сотрудников посадили на оформление въезда. Раньше пара человек сидела и сейчас они бы просто утонули в обилии работы. Сотрудников 15 сидит.
Максимально упростили процедуры. Говорят, что впускают даже тех сирийцев, у которых нет нормальных документов. Вплоть до въезда по ксерокопиям.
Люди говорят, что за 10-15 минут проходят все процедуры. Для тех, у кого нет машины, организован переезд на микроавтобусе между границами. Потом можно сесть на большой автобус уже с другой стороны. В Ливане такого нет. Перешел границу и ищи, как с нее выбраться.
В общем, тут, как часто бывает, бармалейское государство сделало все, чтобы люди его зауважали. Это почти ничего не стоит, правда же?
А граждане Ливана чертыхаются. Потому что их государство ни их, ни сам Ливан не защищает. Хотя, собственно, ничего нового в этом нет.
Мы тут знали, кого во власть пропихнули. Враги пропихнули. У меня знакомый общественник мне, в свое время, писал, мол, возьмет меня с собой, когда пойдет ручкаться с новым президентом. А я не захотела. У меня с ним ничего общего. Я с самого начала знала, что это не наш человек. А ошибаюсь я редко.
