Найти в Дзене
Правильный взгляд

Коллеги создали чат без меня. Я создала чат с руковдством и все рассказываю

Первый звоночек был в курилке. Я вышла с кружкой кофе, а они замолчали. Катя, Оля, Ира — стояли кружком, смотрели в телефоны. Катя подняла голову, улыбнулась. – О, Лен! Мы тут про сериал. – Какой? – А, ты не смотришь. Не интересно будет. Оля хихикнула. Ира уткнулась в экран. Я пожала плечами, ушла. Бывает. Не всё же обо всём рассказывать. Два года я работаю в этой компании. Отдел продаж, семь человек, все женщины кроме директора. Первый год было хорошо. Общие обеды, дни рождения, чат «Девочки». А потом что-то изменилось. Сначала не замечала. Или не хотела замечать. Потом стало очевидно. Они замолкали, когда я входила. Переглядывались за моей спиной. Смеялись над чем-то, что я не слышала. Обеды без меня — «случайно не позвали». Кофе втроём — «думали, ты занята». Три месяца я уговаривала себя: показалось. Устала. Накручиваю. Две недели назад всё стало ясно. Оля забыла телефон на столе. Экран мигнул уведомлением. Я не собиралась смотреть — но глаза сами зацепились за название чата. «Рабоч

Первый звоночек был в курилке.

Я вышла с кружкой кофе, а они замолчали. Катя, Оля, Ира — стояли кружком, смотрели в телефоны. Катя подняла голову, улыбнулась.

– О, Лен! Мы тут про сериал.

– Какой?

– А, ты не смотришь. Не интересно будет.

Оля хихикнула. Ира уткнулась в экран.

Я пожала плечами, ушла. Бывает. Не всё же обо всём рассказывать.

Два года я работаю в этой компании. Отдел продаж, семь человек, все женщины кроме директора. Первый год было хорошо. Общие обеды, дни рождения, чат «Девочки». А потом что-то изменилось.

Сначала не замечала. Или не хотела замечать.

Потом стало очевидно.

Они замолкали, когда я входила. Переглядывались за моей спиной. Смеялись над чем-то, что я не слышала. Обеды без меня — «случайно не позвали». Кофе втроём — «думали, ты занята».

Три месяца я уговаривала себя: показалось. Устала. Накручиваю.

Две недели назад всё стало ясно.

Оля забыла телефон на столе. Экран мигнул уведомлением. Я не собиралась смотреть — но глаза сами зацепились за название чата.

«Рабочее без Л.»

Без Л. Без Лены.

Сердце ёкнуло. Я отвернулась. Оля вернулась, схватила телефон, унеслась в коридор.

Вечером я лежала и смотрела в потолок. Думала: может, там просто рабочие вопросы? Может, я на проекте, который нельзя обсуждать при мне? Может, сюрприз готовят?

Ага. Три месяца готовят.

Через неделю я столкнулась с Ирой в туалете. Она красила губы, я мыла руки. Зеркало, раковина, неловкая тишина.

– Ир, – сказала я. – Можно спросить?

Она напряглась. В зеркале это было видно.

– Что?

– У вас есть чат без меня. Я знаю. Просто скажи — там что обсуждают?

Ира молчала. Губы приоткрылись.

– Лен, я не могу...

– Можешь. Просто скажи. Я не буду на тебя злиться.

Ира смотрела на меня. Потом вздохнула.

– Катя тебя не любит. Говорит, ты слишком много на себя берёшь. Что ты выслуживаешься перед Андреем Викторовичем.

– И что?

– И... там обсуждают, как сделать так, чтобы ты ушла. Катя говорит, если все вместе будут жаловаться — тебя уволят.

Я стояла. Вода текла из крана. Холодная.

– Покажи чат, – сказала я.

– Лен, я не могу...

– Ир. Ты сейчас единственная, кто мне сказал правду. Покажи. Я никому не скажу, что от тебя.

Она колебалась. Смотрела на меня, на дверь, на телефон в руке.

Потом протянула экран.

Я листала молча. Читала быстро.

«Надо написать служебку, что она сорвала дедлайн»

«Она не срывала» — Оля

«Напишем что срывала, кто проверять будет» — Катя

«Пусть сама уйдёт, достала уже своим активизмом»

«Андрей её любит, надо чтобы он увидел какая она на самом деле»

«Устроим показательный провал на презентации»

Три месяца. Сотни сообщений. Планы, обсуждения, смешки.

И ни одного «может, не надо».

Я отдала телефон. Руки не дрожали. Почему-то.

– Спасибо, Ир.

– Лен, ты только...

– Я сказала — не скажу. Не скажу.

Вышла. В коридоре было тихо. Часы показывали шесть вечера.

Дома я сидела перед ноутбуком. Думала.

Можно поговорить с Катей. Сказать: я знаю всё, давай разберёмся.

Она соврёт. Скажет — вырвано из контекста. Скажет — шутили. Скажет — ты всё не так поняла.

А потом удалит чат и создаст новый.

Можно уйти. Найти другую работу. Начать сначала.

Почему я должна уходить? Я хорошо работаю. Мои проекты — в плюсе. Клиенты меня хвалят.

А они хотят, чтобы я ушла. Потому что Катя так решила.

Я открыла мессенджер. Создала новый чат.

Добавила Андрея Викторовича.

Добавила Марину Сергеевну из HR.

Написала: «Добрый вечер. Извините за поздний час. Есть серьёзный вопрос. Можно завтра созвониться?»

Андрей ответил через минуту: «Что случилось?»

«Лучше покажу».

Я скинула скриншоты. Все. Без комментариев.

Ночью не спала. Смотрела на экран. Ждала.

Утром пришла на работу. Катя улыбалась. Оля несла кофе. Ира отвела глаза.

В десять меня вызвал Андрей Викторович.

Кабинет. Стол. Марина Сергеевна с папкой.

– Присаживайся, Лен.

Я села.

– Мы посмотрели переписку. Это подлинное?

– Да.

– Откуда?

– Попросила показать. Меня беспокоило, почему коллектив меня избегает.

Марина Сергеевна листала распечатки. Лицо — непроницаемое.

– Здесь есть план дискредитации сотрудника, – сказала она. – Это серьёзное нарушение.

Андрей Викторович смотрел на меня.

– Почему не пришла раньше? Почему сразу скриншоты?

Я помолчала.

– Потому что если бы я пришла и сказала «мне кажется, меня выживают» — вы бы спросили доказательства. А Катя бы всё удалила. И я бы выглядела параноиком.

Он кивнул. Не согласился — просто принял к сведению.

– Ладно. Мы разберёмся.

Я встала.

– Подожди, – сказала Марина. – Ты понимаешь, что теперь будет?

– Понимаю.

– Коллектив узнает, что ты показала переписку руководству.

– Узнает.

– С тобой никто не захочет работать.

Я смотрела на неё.

– Со мной и так никто не хотел работать. Только теперь это официально.

Вышла.

В коридоре стояла Катя. Улыбка на месте. Блонд уложен, помада свежая.

– Лен, кофе будешь?

– Нет, спасибо.

Прошла мимо. Села за стол.

Через час её вызвали. Потом Олю. Потом Иру.

Катя вернулась красная. Села, уставилась в монитор. Руки дрожали.

Оля вышла с мокрыми глазами.

Ира на меня не смотрела. Совсем.

До конца дня никто не сказал мне ни слова.

Прошло два месяца.

Катю перевели в другой отдел. Сама попросила. Или ей предложили — не знаю.

Оля уволилась. Нашла работу ближе к дому. Так сказала.

Ира осталась. Здоровается, но коротко. В глаза не смотрит.

Новенькие — две девочки после института — со мной нормально. Они не знают историю. Или знают, но им всё равно.

Атмосфера в отделе мёртвая. Никаких общих обедов. Никаких чатов «Девочки». Каждый сам по себе.

Андрей Викторович однажды сказал:

– Лен, ты могла сначала поговорить с ними. Попробовать решить.

– Они три месяца планировали меня уволить, – ответила я. – О чём мне с ними разговаривать?

Он замолчал.

Говорят, я убила коллектив. Что из-за меня теперь все боятся писать в чаты. Что я «стукачка». Что со мной опасно.

Может, и опасно.

Но коллектив убили до меня. Когда создали чат «Рабочее без Л.» и три месяца обсуждали, как от меня избавиться.

Я просто похоронила то, что уже было мёртвым.

А по-моему, его убили до меня. Кто прав?

Один из наших читателей прислал эту историю, за что ему большое спасибо. Мы её пересказали своими словами. Хотите увидеть свою историю на канале в красивой обертке? Пишите нам!

Так же переходите в наш канал и читайте истории, которые происходят в жизнях простых людей

Еще ситуации из жизни наших читателей: