Часть цикла «Ужасы» на ЯПисатель.рф
В Рассвет я приехала четверг. Не... стоп. Почему я тогда приехала? Тикток. Да, именно он.
Рассвет.
Это не посёлок вообще. Двадцать домов. Магазин, табличка — «Продукты» и всё. Остановка. Всё.
Пёс сидел. Именно — сидел, не лежал, не разбредался по окрестностям. Рыжий, среднего размера, уши — одно торчком, второе повисает как тряпка, прямо как плюшевую игрушку таскали за голову слишком часто. Я подошла — не повернулся. Я присела метрах в трёх; ближе не тянуло как-то, знаете? Странное было чувство.
— Привет, — сказала я.
Ничего. Карие глаза — мутные, грязноватые такие — глядели на дорогу. Только не в ту сторону.
Вот это и зацепило. В том тиктоке все орали — ждёт автобус из Москвы, пёс верный, хатико из Краснодара, ждёт два года. Трасса на Краснодар — справа. Оттуда приходят автобусы. А пёс смотрел влево. Через дорогу — на грунтовку, та уходила мимо подсолнечного поля, дальше в лесополосу, в никуда, блин. В просёлок.
Я подумала: ну, собака — какая разница. Смотрит, где смотрит.
Валентина Степановна — шестьдесят с лишним, косынка, руки как у строителя — поливала что-то у забора.
— Юркин пёс. Ну да. Сидит.
— Давно?
— С зимы... нет, с позапрошлой. Или... — она пожала плечами. — Давно. Долго.
— А Юрий Палыч где?
— Уехал. На заработки.
Сказала — ровно, слишком ровно, как учебник пересказывает кто-то. Без интонаций, понимаете?
— Его не пробовали звать?
— Номер не работает. Симку поменял, может быть.
— Его паспорт в базе недействительный. Вы знали?
Она перестала поливать.
— Слушай, — сказала Валентина Степановна, и взглянула. Не зло, нет. Устало. Как смотрят на ребёнка, что лезет к раскалённой плите. — Ты из этих? Что в интернет пишут?
— Журналист.
— Ну и напиши, что собака ждёт. Точка. Конец.
Она ушла в дом. Шланг остался лежать, вода лилась в борозду между кустами томатов, растекалась по сухой земле — и это было, знаете, грустно смотреть. Впитывалась вода, темнела земля, лужица исчезала.
В магазине — Серёга. Парень лет двадцати пяти, в наушниках. Из левого наушника тихо сочился… Lizer. «Пачка сигарет». От совпадения — не по себе мне стало. Прямо как внутри того видео оказалась, а не просто рядом.
— Юрия Палыча знаете?
Серёга вынул наушник.
— Дядю Юру? Ну.
— Он уехал правда?
Он наклонился через прилавок; голос стал тихим.
— Слушай. Дядя Юра — мужик был нормальный. Не пил. Собаку любил, как сына. Дом нормальный, участок с помидорами, на рынок в Краснодар возил каждую субботу, — он вытер лоб. — Жил нормально. А потом — раз — и ночью уехал. Никому не сказал. Дом, собаку бросил. Даже свет на веранде оставил горящим, я лампочку менял в апреле — старая перегорела, она всё ещё светит там, можете представить?
Пауза. Он поскрёб подбородок.
— Или не уехал.
Вставил наушник и потом вынул его обратно. Или я это вообразила? Не помню.
Я должна была на пятичасовом уехать. Не уехала. Зачем? Понимаю же — хотела видео, текст, лайки. Чтобы глянули люди и посочувствовали. Какая же я была дура.
Солнце уходило за лесополосу, тени от подсолнухов вытягивались через дорогу — чёрные, непропорциональные, как пальцы кого-то, кто из-под земли тянется наружу. Жара спадала. Пёс сидел. Я на лавке, телефон листала. Связь паршивая, интернет грузил по полминуты картинку одну. Но мне было плевать. Ждала.
19:10. Тишина полная.
Цикады заткнулись. Даже ветер исчез. Читать далее ->
Подпишись, ставь 👍, Чехов молча одобряет!
#ужас #собака #деревня #остановка #исчезновение #Краснодарский_край #верный_пёс #ночной_кошмар