Надя была хорошим человеком. Она помогала родителям, навещала бабушек, помнила дни рождения троюродных племянников и даже поздравляла дальних родственников с профессиональными праздниками. Именно поэтому, когда в семье решили создать общий чат в WhatsApp, администратором назначили именно ее.
— Ты же у нас ответственная, - сказала мама, вручая Наде список из сорока семи номеров. — И со всеми в хороших отношениях. Справишься.
Надя согласилась. Она еще не знала, что подписывает себе приговор.
***
Поначалу все было тихо. Первые три дня родственники знакомились с интерфейсом, присылали смайлики и осторожно здоровались. Надя даже обрадовалась: ну вот, наладится общение, все будут делиться новостями, поздравлять друг друга.
Четвертый день начался в шесть утра. Бабушка Зина, которой было уже за восемьдесят и которая на пенсии чувствовала себя бодрее, чем иные на работе, открыла для себя функцию отправки открыток. Пушистый котенок с подписью «С добрым утром!» улетел в чат ровно в 6:01. За ним последовали цветочки, ангелочки и еще один котенок. В 6:15. В 6:30. В 6:45...
Надя проснулась от вибрации телефона и долго смотрела в потолок, пытаясь понять, за что ей это счастье.
Через час подтянулся дедушка Витя, бывший учитель истории, который на заслуженном отдыхе ударился в политику. Он выложил мем сомнительного содержания про депутатов и добавил от себя: «Вот до чего страну довели!» Надя вздохнула и решила не вмешиваться. Дедушка Витя имел право на мнение, даже если его мнение никто не разделял.
К обеду развернулась тетя Галя. 56-летняя бывшая медсестра, а ныне профессиональный пациент, она пожаловалась на давление, приложив фото тонометра с крупными цифрами. Надя машинально хотела написать, что нужно обратиться к врачу, но вовремя вспомнила, что тетя Галя обижается на такие советы и потом неделю не разговаривает.
— Свои люди должны помогать, - любила повторять она. — А вы только отфутболиваете.
К вечеру разразилась катастрофа. Дядя Петя и тетя Зина, родные брат и сестра, которые не разговаривали друг с другом уже десять лет из-за бабушкиной дачи, встретились в чате. Началось с невинного комментария тети Зины под фотографией из семейного альбома, которую кто-то выложил:
— А вот бабушка всегда говорила, что Петя жадный. Помню, как она переживала, что он ей на юбилей одно полотенце подарил.
Дядя Петя появился в чате мгновенно, будто только и ждал сигнала:
— А бабушка говорила, что ты истеричка и доведешь свою семью до развода. И довела ведь, между прочим! Где сейчас твой муж? Ась?
— Мой муж там, где ему положено, - отбила тетя Зина. — А вот ты свою жену вообще из декрета выгнал работать, она до сих пор помнит.
— Моя жена работает, потому что я ей квартиру купил! А ты в своей двушке так и сидишь, как мышь в норе, и завидуешь!
Через полчаса переписки они припоминали друг другу долги двадцатилетней давности, разбитую машину в 98-м и даже то, кто больше съел конфет на Новый год в 85-м.
— А ты помнишь, как ты у меня сто рублей занял в 95-м и не отдал? - строчил дядя Петя. — Я до сих пор помню! На мороженое занимал!
— Да я тебе эти сто рублей твои сто раз компенсировала продуктами! Ты у меня тогда целый мешок картошки увез и даже спасибо не сказал!
— Картошка была гнилая! Я половину выкинул!
— Ничего не гнилая! У тебя просто руки кривые, ты и картошку нормальную испортишь!
Закончилось все взаимными оскорблениями и выходом обоих из чата. Сначала тетя Зина написала: «Все, больше я с этим человеком в одном чате находиться не могу!» — и покинула группу. Через минуту дядя Петя добавил: «И правильно, скатертью дорожка!» — и тоже вышел.
В чате повисла гробовая тишина, нарушаемая только очередной открыткой с котиками от бабушки Зины, которая ничего не заметила.
Надя написала каждому в личку, уговаривала, успокаивала, обещала, что больше такого не повторится.
— Теть Зин, ну пожалуйста, вернитесь, - строчила она. — Это же семейный чат, тут все свои. Ну поссорились и разойдитесь, зачем уходить?
— Наденька, он меня оскорбил! При всех! - возмущалась тетя Зина. — Я после такого в этом чате появляться не могу!
— Дядь Петь, вы тоже неправы, - писала Надя дяде. — Ну зачем вы про развод вспомнили? Это уже личное.
— А она первая начала! - бурчал дядя Петя. — Я вообще молчать мог, но она же специально провоцирует!
К полуночи они вернулись. Но с условием, что «еще одно слово — и я ухожу навсегда». Надя пообещала следить за порядком, хотя прекрасно понимала, что следить за этим порядком — все равно что пытаться остановить цунами зонтиком.
Молодежь, от шестнадцати до двадцати пяти, в этой перепалке не участвовала. Они вообще редко читали то, что пишут старшие. Зато регулярно постили гифки с неприличным содержанием, мемы про отношения и видео с падающими людьми.
Бабушка Зина, увидев танцующую полуголую девушку, писала: «Ой, а это кто? Красивая какая». Дедушка Витя требовал заблокировать «этих распущенных». Тетя Галя жаловалась, что у нее от такого зрелища подскочило давление. Молодежь ржала и постила еще больше.
Надя сидела в телефоне сутками. Она удаляла неуместные комментарии, мирила поссорившихся, объясняла бабушке Зине, что открытки с ангелочками лучше отправлять не в шесть утра, а хотя бы в девять. Бабушка Зина соглашалась и забывала через день. Котики продолжали лететь в чат с той же интенсивностью, а племянник в Берлине, у которого из-за разницы во времени открытки прилетали в три часа ночи, начал подумывать о блокировке. Надя уговорила потерпеть:
— Она же старенькая, ей внимание нужно.
Дедушка Витя тем временем нашел новый телеграм-канал и теперь постил мемы не только про политиков, но и про глобальное потепление. Тетя Галя переключилась с давления на сахар и теперь ежедневно публиковала показатели глюкометра.
Дядя Петя и тетя Зина ссорились с завидной регулярностью, но уже не выходили из чата, просто игнорировали друг друга. Молодежь взрослела, но гифки постить не переставала.
Кульминация наступила, когда бабушке Зине исполнилось 83! Надя решила, что пора провести онлайн-голосование за подарок. Собрать деньги по-честному и купить что-то действительно стоящее.
Она долго думала над вариантами. Нужно было выбрать что-то, что устроит всех, или хотя бы не вызовет ядерную войну. В итоге создала опрос и добавила три пункта:
Первый вариант — современный телевизор с большим экраном. Бабушкин старый «Рубин» еще работал, но показывал с таким скрипом и помехами, что правнуки отказывались у нее находиться.
Второй вариант — поездка в санаторий на юг. Бабушка Зина каждую зиму жаловалась на кости и каждую весну говорила, что «надо бы подлечиться», но каждое лето проводила на даче.
Третий вариант — подарочный сертификат в крупный мебельный магазин. Сумма предполагалась солидная, такая, что можно было не просто кресло-качалку выбрать, а полностью обновить обстановку в бабушкиной комнате.
Надя отправила опрос и выдохнула. Ну что может пойти не так?
Первой написала тетя Галя:
— Телевизор — это, конечно, хорошо, но бабушке нужнее здоровье! Я как человек с медицинским образованием заявляю: путевка в санаторий — единственно правильный выбор! У нее давление, у нее сердце, у нее ноги! Что она будет делать с вашим телевизором, лежа на больничной койке? А в санатории ей и массаж сделают, и физиопроцедуры назначат, и диету пропишут!
Дядя Петя, который терпеть не мог тетю Галю, тут же встрял:
— Ты со своим медицинским уже всю семью залечила! Каждый год в санаторий — и что толку? Только деньги на ветер! А телевизор — это вещь! Купим хороший, лет на десять хватит. Бабушка хоть «Поле чудес» в нормальном качестве посмотрит, а не эти разводы на экране!
Тетя Зина, услышав про мнение дяди Пети, немедленно заняла противоположную позицию:
— Ты вообще молчи, Петя! Ты вечно хочешь, чтобы подороже и покруче, лишь бы самому не вникать! А бабушке кресло нужно! Она мне сама говорила, что старое разваливается! Что она будет делать с вашим телевизором, если ей сидеть негде?
Дедушка Витя, который в последнее время увлекся интернет-магазинами, предложил четвертый вариант, которого в опросе не было:
— А давайте ей ноутбук купим? Я тут видел модель, очень удобная для пожилых. Бабушка в интернет выйдет, с нами по видеосвязи будет общаться.
Молодежь и вовсе отреагировала гифкой с танцующим котом.
Надя попыталась призвать всех к порядку:
— Люди, ну давайте голосовать! Опрос создан для того, чтобы выбрать, а не для того, чтобы спорить! У каждого варианта есть плюсы, давайте просто проголосуем, и большинство решит!
Но было поздно. Тетя Галя начала собирать подписи под петицией за санаторий и рассылала всем в личку ссылки на статьи о пользе бальнеологического лечения. Дядя Петя создал отдельный чат «За телевизор», куда добавил «адекватных» (по его мнению) родственников и пытался склонить их на свою сторону.
Тетя Зина написала бабушке лично и выпросила аудиосообщение, где бабушка жаловалась на скрипящее кресло, после чего выложила это аудио в общий чат с подписью: «Вот, послушайте, что бабушка на самом деле хочет!»
Дедушка Витя за это время успел найти ноутбук, скинуть ссылку в чат, получить возмущение от тети Гали (которая заявила, что «бабушка в интернете только мошенников найдет») и обидеться на всех.
Молодежь развлекалась тем, что пересылала друг другу скриншоты переписки с комментариями: «Наши предки бесятся».
Через неделю голоса распределились так: тринадцать за телевизор, двенадцать за санаторий, восемь за сертификат на мебель, двое за ноутбук дедушки Вити, а остальные или не голосовали, или постоянно меняли мнение.
Тетя Галя каждое утро просыпалась и переубеждала тех, кто проголосовал за телевизор. Дядя Петя в ответ обзванивал «колеблющихся» и обещал им личную благодарность от бабушки. Тетя Зина плакала в голосовых сообщениях и рассказывала, что у нее от всего этого стресса начались проблемы с сердцем.
Надя к концу первой недели перестала спать. Ей снились кошмары, в которых телевизоры, санатории и кресла-качалки гонялись за ней по бесконечному коридору, а бабушка Зина сидела в углу и слала открытки с котиками, подписанные «Голосуй правильно».
На четырнадцатый день Надя подвела итог: двадцать семь голосов за телевизор, пятнадцать за путевку в санаторий, пять за сертификат в мебельный магазин и сорок семь сообщений с оскорблениями, взаимными обвинениями и угрозами выйти из чата навсегда. Дедушка Витя свой голос за ноутбук отозвал в знак протеста и теперь не общался ни с кем, кроме бабушки Зины в личке.
Бабушка Зина, которая все это время молча наблюдала за баталиями, наконец написала в чат:
— А можно я просто денег возьму? Я себе сама куплю, что хочу.
Надя сидела на кухне, смотрела на телефон и плакала. Вторую неделю. Под звуки споров, оскорблений и бесконечных голосовых сообщений от тети Гали, которая теперь жаловалась не только на давление, но и на то, что у нее от переживаний началась тахикардия.
***
На следующий день Надя приняла решение. Создала новый чат, назвала его «Для важного». Добавила туда троих: маму, папу и старшую сестру. Единственных адекватных людей в семье, с которыми можно было обсудить реальные дела.
Мама, как выяснилось, тоже устала. Папа признался, что заходил в общий чат раз в месяц и сразу закрывал. Сестра написала: «Надь, ты гений. Я уже год мечтала, чтобы кто-то это сделал».
В старом же чате продолжилась вакханалия. Чат жил своей жизнью, и жизнь эта была похожа на психиатрическую клинику с безлимитным интернетом.
Но Наде было все равно. Она зашла в настройки, поставила чат на беззвучный режим и убрала его с главного экрана. Теперь уведомления не взрывали ей мозг каждые пять минут. Теперь она могла спокойно работать, воспитывать детей и даже иногда смотреть телевизор.
Она зашла в новый чат «Для важного» и написала:
— Мам, пап, сестренка, я вас люблю.
Ответ пришел через минуту от мамы:
— И мы тебя, доченька.
Надя улыбнулась и отложила телефон. Ее психика была спасена.
Главное правило жизни она усвоила твердо: если не можешь изменить родственников — создай отдельный чат. И живи спокойно.