Ольга сидела в приёмной адвоката, сжимая в руках ремешок сумки. Пальцы побелели от напряжения. Через десять минут должен был прийти Станислав — её муж. Бывший муж, если быть точной. Развод был уже решённым делом, оставалось только оформить бумаги и разделить имущество.
Дверь открылась. Вошёл Станислав — высокий, подтянутый, в дорогом костюме. За девять лет брака он почти не изменился. Разве что у висков появилась седина, которая делала его ещё более представительным. Следом зашёл его адвокат — молодой мужчина с холодным взглядом и тонкой папкой документов.
— Здравствуй, Оля, — Станислав кивнул, не глядя на неё, и сел напротив.
— Привет, — выдохнула она.
Адвокат Ольги, пожилая женщина по имени Вера Николаевна, разложила на столе свои бумаги.
— Итак, господа, давайте обсудим раздел имущества. Совместно нажитого практически нет — квартира куплена господином Коневым до брака, машина тоже. Дачный участок оформлен на его мать. Вклады...
— Вклады мои, — перебил Станислав. — Открыты на моё имя, пополнялись из моей зарплаты.
Вера Николаевна поправила очки.
— Тем не менее, по закону всё, что нажито в браке...
— Нажито мной, — отрезал он. — Ольга не работала последние семь лет.
— Я была в декрете! — вспыхнула Ольга. — У нас двое детей!
— Младшему восемь лет. Восемь лет назад ты ушла в декрет и так и не вышла на работу.
— Ты сам просил меня сидеть с детьми! Говорил, что твоей зарплаты хватит, что тебе важно, чтобы я занималась домом и семьёй!
— Просил, — согласился он. — И ты сидела. Готовила, убирала, водила детей по кружкам. Замечательно. Но к совместно нажитому имуществу это отношения не имеет.
Адвокат Станислава достал из папки документ и положил на стол.
— Однако, — произнёс он ровным голосом, — у нас есть встречные требования. Мой клиент требует компенсации затрат на образование супруги.
Ольга не поняла сразу.
— Что? — переспросила она, глядя то на адвоката, то на мужа.
— Когда вы познакомились, Ольга Сергеевна, вы учились на третьем курсе педагогического университета, верно? — продолжил адвокат.
— Да, но при чём тут...
— Ваше обучение оплачивал господин Конев. Полностью. Три года, включая дополнительные курсы иностранного языка и стажировку за рубежом. Общая сумма составила один миллион двести тысяч рублей.
Ольга почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Стас, ты шутишь?
Он наконец посмотрел на неё. В его глазах не было ни тепла, ни сожаления. Только холодный расчёт.
— Верни деньги, которые я вложил в твоё образование, — сказал он спокойно, как будто обсуждал погоду.
— Ты... — Ольга задохнулась. — Ты серьёзно?
— Абсолютно. Ты получила диплом на мои деньги. Я вложился в твоё образование, рассчитывая, что ты будешь работать и приносить доход в семью. Ты не работала. Следовательно, мои инвестиции не окупились. Я требую компенсации.
Вера Николаевна нахмурилась.
— Господин Конев, это абсурдно. Вы были женаты. Супруг имеет право помогать супруге...
— Они поженились через год после того, как он начал оплачивать её учёбу, — перебил адвокат Станислава. — На момент первого платежа они встречались всего три месяца. Никаких официальных обязательств не было. Это были добровольные вложения, которые, по устной договорённости, должны были окупиться.
— Какая договорённость?! — Ольга вскочила с места. — Стас, ты сам предложил восстановиться на платное после моего отчисления! Сказал, что я смогу работать, развиваться!
— И что? — он откинулся на спинку стула. — Ты развилась? Ты работала хоть день после получения диплома?
— Я родила твоих детей!
— За это я тебе девять лет обеспечивал безбедную жизнь, — отрезал он. — Квартира, машина, одежда, еда, отпуска. Ты ни в чём не нуждалась. Я выполнил свою часть сделки. А вот ты — нет.
Ольга опустилась обратно на стул. Руки тряслись. Перед глазами поплыли воспоминания.
Они познакомились девять лет назад. Ей было двадцать, ему — двадцать восемь. Станислав тогда работал менеджером в крупной строительной компании, зарабатывал прилично. Она училась на педагога, жила в общежитии, перебивалась стипендией и подработками. Он ворвался в её жизнь как ураган — букеты, рестораны, поездки. Она не сдала сессию, отчислили. Через три месяца предложил оплатить её учёбу.
«Не хочу, чтобы ты работала в кафе по ночам, — говорил он тогда. — Учись спокойно. Я помогу».
Она сопротивлялась, но он настоял. Оплатил обучение. Потом — курсы английского и немецкого. Потом стажировку в Германии на месяц. Она была благодарна, влюблена, счастлива.
Через год они поженились. Ещё через полгода она забеременела. Родила сына — Мишу. Через два года — дочь Лизу. Станислав говорил: «Сиди дома, занимайся детьми. Мне не нужна твоя зарплата учительницы. Лучше ты будешь полноценной матерью».
И она сидела. Растила детей, вела хозяйство, ждала его с работы. Он делал карьеру — стал заместителем директора, потом директором филиала. Зарплата росла. Жизнь становилась комфортнее.
Но год назад что-то сломалось. Станислав стал холоден, отстранён. Всё чаще задерживался на работе, всё реже обнимал её перед сном. А три месяца назад сказал просто: «Я хочу развестись. Чувства прошли».
Других женщин не было — Ольга проверила. Просто устал. Разлюбил. Захотел свободы.
И вот теперь сидел напротив и требовал вернуть деньги за образование.
— Откуда я возьму миллион двести тысяч? — тихо спросила Ольга, глядя на стол. — У меня нет работы. Нет денег. Нет ничего.
— Это твои проблемы, — пожал плечами Станислав. — Могла бы работать эти семь лет — накопила бы.
— Ты сам не давал мне работать!
— Я не давал? — он усмехнулся. — Я держал тебя в клетке? Я тебе запрещал? Ты сама выбрала сидеть дома.
— Потому что ты так хотел! Потому что говорил, что тебе важна семья, уют, чтобы я была рядом!
— Я говорил много чего, — отмахнулся он. — Но законы никто не отменял. Ты получила образование на мои деньги и не отработала ни копейки. Я имею право требовать компенсации.
Вера Николаевна вмешалась:
— Господин Конев, даже если теоретически предположить, что ваши требования имеют под собой основу, моя подзащитная не имеет средств для выплаты такой суммы.
— Пусть работает, — холодно ответил Станислав. — Пусть выплачивает частями. Я готов подождать.
— То есть ты хочешь, чтобы я тебе всю жизнь платила? — Ольга подняла на него глаза, полные слёз. — За то, что ты когда-то оплатил мою учёбу? За то, что я родила тебе детей и девять занималась твоим домом?
— Ты родила детей для себя тоже, — отрезал он. — Они общие. Алименты я буду платить — это моя обязанность. Но образование — это вложение, которое не окупилось. И я хочу возврат инвестиций.
Ольга встала. Ноги подкашивались, но она держалась.
— Знаешь что, Стас, — сказала она тихо, но твёрдо. — Пусть так. Я верну тебе твой миллион двести тысяч. До последней копейки. Но знай — каждый рубль, который я тебе отдам, будет напоминанием о том, каким ничтожным ты оказался. Ты превратил любовь в бизнес. Семью — в сделку. Детей — в обязанность. Поздравляю, ты выиграл. Теперь живи с этим.
Она развернулась и вышла из кабинета. Вера Николаевна поспешила за ней.
В коридоре Ольга прислонилась к стене и закрыла глаза. Слёзы текли по щекам, но она не вытирала их.
— Ольга Сергеевна, — мягко сказала адвокат. — Его требования юридически несостоятельны. Мы оспорим это в суде.
— Не нужно, — Ольга открыла глаза. — Я заплачу.
— Но у вас нет таких денег!
— Найду. Устроюсь на работу. На две, на три. Буду выплачивать. Но я заплачу. Пусть получит свои деньги. И пусть подавится ими.
Она выпрямилась и пошла к выходу.
Через неделю Ольга устроилась работать учителем английского в школу. Зарплата — тридцать тысяч. Плюс репетиторство по вечерам — ещё двадцать-тридцать тысяч. Дети остались с ней — Станислав не возражал, согласился платить алименты. Съехали из его квартиры в съёмную двушку на окраине.
Каждый месяц Ольга переводила ему десять тысяч рублей. Ровно десять — больше не могла, меньше не хотела. В назначении платежа писала: «Возврат долга за образование».
Прошёл год. Потом второй. Станислав женился снова — на молодой девушке, которая работала в его компании. Ольга узнала случайно, увидев фото в соцсетях. Ей было всё равно.
Она работала, растила детей, откладывала деньги. Миша и Лиза привыкли к новой жизни — без дорогих игрушек и поездок на море, зато с мамой, которая всегда рядом. По вечерам, после уроков и репетиторств, Ольга укладывала их спать и садилась считать деньги. Сколько выплачено, сколько осталось.
Через три года она отдала половину суммы. Ещё через два — всё.
Последний платёж она сделала в день своего тридцатипятилетия. Перевела оставшиеся сорок три тысячи и написала в комментарии: «Долг погашен. Больше ты мне ничего не должен. И я тебе — тоже».
Ответа не было. Станислав молчал.
Вечером того же дня Ольга сидела на кухне с чаем. Дети спали. В квартире было тихо. Она смотрела в окно на ночной город и думала о прошедших пяти годах.
Она заплатила. Вернула каждую копейку. Доказала ему и себе, что способна. Что может сама. Что не нуждается в его деньгах, в его квартире, в его снисхождении.
На телефон пришло сообщение. От Станислава.
«Получил. Спасибо».
Ольга усмехнулась и удалила сообщение, не ответив.
Спасибо. Как будто она вернула ему книгу, которую одолжила. Как будто последние пять лет — работа на износ, отказ от всего, жизнь впроголодь — были просто формальностью.
Но ей было всё равно. Она свободна.