Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Всегда ли опыт психологической травмы говорит о патологии этого человека?

Нередко понятие травмы подменятся понятием патологии. Может казаться, что если мы встретились с травмой, то изначально патологичны. Но так ли это? Точно, не исключаю, возможны случаи, когда травма приводит к патологии в функционировании психики или организма.
Также точно, можно говорить о том, что травма идет наряду с послетравматическим состоянием, степень влияния которого на нас может быть разной. И послетравматическое состояние тоже может приходить к патологии.
Но вот еще, что точно – человек с травмой – не равно человек с психической патологией. Хотя часто может считаться, что получение травмы накладывает на человека некоторую тень на его условную благополучность.
Никто не застрахован от получения травмы. Да, есть некоторый фактор физиологии, но не менее важен и другой фактор получения травмы – событие, которое его вызывает.
И потому только иллюзия в нашем восприятии себя может защищать нас от мыслей о возможности получения травматического опыта.
Хоть и нередки и обратные случ

Нередко понятие травмы подменятся понятием патологии. Может казаться, что если мы встретились с травмой, то изначально патологичны. Но так ли это?

Рисовала я, на основе изображений из интернета.
Рисовала я, на основе изображений из интернета.

Точно, не исключаю, возможны случаи, когда травма приводит к патологии в функционировании психики или организма.

Также точно, можно говорить о том, что травма идет наряду с послетравматическим состоянием, степень влияния которого на нас может быть разной. И послетравматическое состояние тоже может приходить к патологии.

Но вот еще, что точно – человек с травмой – не равно человек с психической патологией. Хотя часто может считаться, что получение травмы накладывает на человека некоторую тень на его условную благополучность.

Никто не застрахован от получения травмы. Да, есть некоторый фактор физиологии, но не менее важен и другой фактор получения травмы – событие, которое его вызывает.

И потому только иллюзия в нашем восприятии себя может защищать нас от мыслей о возможности получения травматического опыта.

Хоть и нередки и обратные случаи, когда человек встречается с таким опытом, который точно мог бы сломить другого, но опыт этот не стал для него травмирующим.

Размышляя о патологии, как неклинический психолог, патология, скорее, или изначально есть или есть к ней предрасположенность, чем ее может запустить какое-то событие, особенно во взрослом, лучше даже сказать, в более зрелом, возрасте, когда мы имеем больше возможностей сохранить свою устойчивость.

И вот наша способность излечиваться от травмирующего опыта,
в динамике - то есть по прошествии времени и при благоприятных условиях, а не разом, постепенно выстраивать свое новое функционирование на основе пережитого опыта или сохранять прежнее функционирование и то, что в нем нас питает, хоть в какой-то его части, и отражает наличие или отсутствие патологии в нашем психическом функционировании.

И потому чаще всего опыт психологической травмы, даже в самом раннем детстве, не говорит о том, что у нас патология. Тут, как и с обычной раной - при должном уходе она проходит. Есть свои, разной степени, поражения или отдельные невыполненные задачи нашего развития и сформировавшиеся в ответ на это способы справляться с ними. Но это не патология.

Патология – это когда при должном уходе рана не проходит.

И наш организм гораздо здоровее и устойчивее, чем мы думаем.

Потому объединять и называть все случаи получения психологической травмы или предрасположенность к ней психической патологией я не стала бы. 

Приглашаю вас на консультации!