СКВОРУШКА
Народ, мои книжки силами государственных и окологосударственных радетелей продаются как зачумленные тряпки. Они обклеены предупреждениями: типа "Не читай! Убьет!" , "Токсично!" "Наркотично!" и т.д. и т.п. Ну то есть государство изо всех сил не хочет, чтобы их кто-то читал. А ведь в них про нашу жизнь, про любовь, про искусство творить, про нашу победу. То есть это все для государства вредно. Мне противно до рвоты смотреть на завернутые чуть ли не в мусорные пакеты и обклеенные предупреждениями мои мысли и воспоминания. Противно и больно. И хочется плюнуть и сказать прощай этому государству. Хочется, как Булгаков, написать письмо Президенту, если вам не нужны наши книги, наши разработки, наши смыслы и усилия, то вы скажите определенно, мы соберемся и уедем туда, кому все это интересно...
"Этюды Черни" - первая книжка. И в нее вошло очень много моих задушевных, автобиографичных воспоминаний из детства, юности, смерть Папы... Я плакала над какими-то главами, когда писала. Она вся облеплена предупреждениями... Чтобы было понятно, что кажется токсичным РКС, вот это воспоминание вошло в "ЭЧ":
... Мне было 5 лет. Была середина весны. Мы с родителями уже переехали на дачу в Суханово. Ну как, дачу. Мои хиппари весёлые снимали сарайчик на две комнатушки с буржуйкой у тёти Маруси и дяди Вани. Фавелла. Но зато у этого дворца был свой, огороженный садик с огромной расскидистой липой. Кроме липы в этом саду помещалась маленькая песочница для нас с Лешкой, и два велика.
Я проснулась очень рано в тот день и подергала Папу за пятку:
- Иди порисуй - промычал отец в подушку и потерял интерес к общению.
Мама тоже не подавала признаков активности. Тогда я оделась в то, что обнаружила и вышла из халупки на крыльцо. Делать было совершенно нечего. Весь мир спал. Я села на ступеньку и уже собиралась надуться на судьбу, как вдруг услышала с неба:
- Гав!
В 5 лет человек готов к любому чуду:
- Карлсон! - завопила я и начала искать глазами толстого любимца с пропеллером. Но Карлсона не оказалось в небе, зато на ветке липы, прямо надо мной сидела серая большая (относительно меня тогдашней) птица и весело косилась на меня черным круглым глазом.
- Мяу? - с вопросительной интонацией заявила птичка. Потом подумала и сама себе ответила: - Рррр-Гав!
Я восторженно замерла. Скворец в то утро специально для меня исполнял Необыкновенный Концерт. Он мяукал, лаял, мычал, хрюкал, а потом он начал свистеть какую-то песенку из подслушанной радиопрограммы сопровождая это эфирным шипением.
Во всем мире было только медленно просыпающееся солнышко, раскидистая липа покрытая зелёным душистым пухом, скворушка и крошечная девочка, замершая от восхищения на облупленном старом крыльце в огромной маминой вязанной кофте.
Я не знаю почему, но это был предельный момент счастья, который я запомнила в самых крошечных деталях. Может мир тогда со мной поговорил через эту птичку. Может мир и есть эта птичка. Не знаю.
Но каждый раз, когда мне надо отряхнутся от чего-то очень плохого или просто продолжить жить, я закрываю глаза и слушаю своего Скворушку...
P.S. мне очень помогают мои консервы счастливых моментов в тяжёлые дни. И я решила поделится своим здесь с Вами. Но и у вас наверное есть свои тайнички. Напишите!
P.P.S. я была приблизительно такая, как на фото с Папой. Дачных фоток под рукой не оказалось. Я не хочу, чтобы мои мысли пачкали своими токсичными наклейками идиоты и предатели. Я постараюсь снять с продажи "Этюды" и "Рашу" и подам в суд на защиту чести и достоинства. И даже если в России теперь такое невозможно, пусть это будет ритуальное действо. А книги переиздам в другой стране.
