О «Краснодаре» принято говорить через эстетику.
Один из лучших стадионов страны. Академия одна из лучших в стране и уже меняет российский футбол. Парк, который стал новой общероссийской достопримечательностью.
Но если на минуту отойти от архитектуры и посмотреть на цифры, возникает другой, менее романтичный вопрос:
как на самом деле устроена экономика этого проекта?
Сам Сергей Галицкий недавно сказал, что фундамент уже заложен и клуб, и Академия в будущем смогут существовать без него. Экономика Академии была раскрыта в другой статье на канале. А что с Клубом?
К счастью, «Краснодар» — один из немногих клубов в России, чья отчетность позволяет проверять такие заявления. Это тоже часть наследия публичной культуры, оставшейся от «Магнита»: цифры не прячут, их публикуют.
И если внимательно прочитать отчетность, открывается довольно необычная картина, если смотреть на цифры не с точки зрения болельщика. И даже не с точки зрения спортивного результата (хотя он присутствует).
А с точки зрения простой финансовой логики:
может ли футбольный клуб «Краснодар» жить без ежегодных денег своего владельца?
1. Как «Краснодар» зарабатывает деньги
На первый взгляд цифры из отчета о прибылях и убытках выглядят впечатляюще.
Выручка клуба (без учета трансферных доходов и спортивных бонусов) выросла:
- 2022 — 3,37 млрд руб.
- 2022 — 3,18 млрд руб.
- 2023 — 4,03 млрд руб.
- 2024 — 4,51 млрд руб.
- 2025 — 5,45 млрд руб.
Рост почти на 62% за пять лет и +21% в 2025 к 2024. Очень приличный рост.
Если посмотреть на структуру выручки клуба, она действительно выглядит довольно сбалансированной.
В 2025 году доходы «Краснодара» распределяются сразу по нескольким источникам. Телеправа принесли около 1,2 млрд рублей, что отражает рост телевизионного контракта РПЛ. Матч-дэй тоже выглядит уверенно: билеты и абонементы дали почти 1 млрд рублей совокупной выручки. Для российского футбола это очень высокий показатель и прямое следствие стабильно высокой посещаемости стадиона.
Отдельно стоит отметить мерчандайзинг — более 500 млн рублей. Это возможно один из лучших результатов среди клубов лиги после "Зенита" и "Спартака".
Если смотреть только на структуру доходов, «Краснодар» выглядит как вполне зрелый футбольный бизнес: несколько источников выручки, рост телевизионных доходов и сильный матч-дэй.
Но один элемент этой структуры сразу бросается в глаза.
Спонсорство.
И именно здесь начинается первая интересная часть финансовой истории «Краснодара».
2. Спонсорство: кто на самом деле платит
Даже на графике видно, что эта статья, несмотря на снижение своей доли в структуре доходов, остаётся крупнейшей в бюджете клуба.
Если в 2021 году реклама и спонсорство формировали 79% всей выручки от обычной деятельности, то к 2025 году их доля снизилась до 49%.
Это, на первый взгляд, хорошая новость. Снижение зависимости от одного источника доходов — всегда признак взросления бизнеса. Но есть одна деталь, которая стала понятна только после выхода отчётности за 2025 год.
Раньше — с 2021 по 2024 — все рекламные доходы клуба показывались одной строкой: «Доходы от рекламы и средств спонсоров».
Но в отчете за 2025 год клуб разделил эту статью на две:
- Размещение спонсорской рекламы
- Размещение рекламной продукции
При этом и для 2024 года также были показаны данные уже в новой структуре. И это позволило сопоставить эти цифры с другим разделом отчётности — раскрытием операций со связанными сторонами.
В отчетности за 2024 год клуб указывал доходы от связанных с акционером компаний:
- Lavreno Limited
- Lavreno ME Project Management
И суммы операций с этими компаниями, указанные в отчетности за 2024 год, практически полностью совпадают со строкой «Размещение спонсорской рекламы» в новой структуре отчётности за 2025 год.
Это позволяет предположить, что и в 2025 году значительная часть доходов по этой статье "Размещение спонсорской рекламы" — 1,82 млрд рублей — связана с компаниями бенефициара клуба.
Если разделить рекламные доходы на рыночные контракты и средства от связанных компаний, получается следующая картина:
- доля связанных компаний в рекламных доходах снизилась с 91% до 67%
- снизилась и их доля во всей выручке клуба — с 72% до 33%
С одной стороны, это хороший знак.
«Краснодар» действительно стал намного больше зарабатывать сам.
Доходы от рыночных спонсоров выросли почти в четыре раза за 4 года — с 240 млн до 910 млн рублей.
Но при этом почти 2 млрд рублей ежегодно всё ещё приходят через рекламные контракты компаний, связанных с владельцем.
Такая модель в футболе не уникальна.
- РЖД поддерживает «Локомотив»
- ВТБ — «Динамо»
- ЛУКОЙЛ — «Спартак»
- Etihad — «Манчестер Сити»
3. Мерч и матч-дэй: действительно сильные цифры
Это по-настоящему рыночные и очень "сильные" источники дохода.
Прежде всего — matchday.
В 2025 году билеты и абонементы принесли клубу около 940 млн рублей.
Для РПЛ это очень приличный показатель. Посещаемость «Краснодара» стабильно входит в топ лиги, а стадион регулярно собирает 30–35 тысяч зрителей, поэтому такая выручка в целом соответствует ценовой программе клуба.
Ещё около 530 млн рублей клуб заработал на атрибутике — очень сильный показатель для российского футбола.
«Краснодар» давно выстроил вокруг клуба полноценную экосистему: магазины, брендированная продукция и активную работу с болельщиками.
Однако есть один нюанс.
В отчетности за 2025 год клуб уже не раскрывает сделки со связанными сторонами, поэтому сложно точно сказать, полностью ли эти доходы рыночные. В предыдущих отчетах встречались сделки, когда связанные Клуб оказывал услуги по продаже билетов и атрибутики для аффилированных компаний.
4. Футбол как бизнес: математика безжалостна
Казалось бы все прекрасно: клуб зарабатывает проводя футбольные матчи и продавая рекламу, но насколько этих денег хватает, чтобы покрывать свои расходы. Будет ли прибыль, если добавить еще трансферные доходы и расходы?
На основе отчётности P&L реконструировали финансовый результат самого футбольного бизнеса — без инвестиционных доходов и прочих финансовых операций, которые присущи финансовой отчетности ФК "Краснодар"
Получилась следующая картина.
Математика здесь довольно простая. Даже с учётом трансферных доходов и бонусов за участие в турнирах футбольная деятельность клуба остаётся убыточной.
И более того — этот органический дефицит растёт.
Если убрать прочие финансовые поступления, «Краснодар» фактически генерирует более миллиарда рублей убытка в год уже три из четырех последних лет.
Причина понятна: расходы растут быстрее доходов. В первую очередь — зарплаты. Фонд оплаты труда клуба:
- 2023 — 3,25 млрд руб.
- 2024 — 4,32 млрд руб.
- 2025 — 5,01 млрд руб.
В 2025 году только зарплаты составляют 70% от всех доходов футбольного бизнеса или 92% от выручки по коммерции.
То есть в экономике «Краснодара» зарплаты практически съедают всю выручку клуба, ещё до учёта остальных расходов. И это без учета роста расходов на соревнования и прочие материальные затраты. Сразу отметим, что "Расходы по трансферам" — это не сумма денег, которую клуб тратит на трансферы, это цифра отражает в первую очередь амортизацию трансферной стоимости футболистов.
Если перевести это на футбольный язык — команда обходится почти во всё, что клуб зарабатывает.
5. Почему у клуба есть прибыль, хотя футбол убыточен
В предыдущей главе мы увидели: футбол как бизнес у «Краснодара» в настоящее время убыточен
Но при этом в отчетности клуб в 2025 году показывает чистую прибыль 894 млн рублей, что почти в 2 раза больше чем прибыль 2024 года (410 млн.рублей). Возникает логичный вопрос: откуда она берётся?
Ответ — значительная часть прибыли формируется не футболом, а доходами от финансовых активов и бухгалтерских корректировок:
- доходы от операций с ценными бумагами (например, в 2025 году +1.19млрд.рублей в виде дивидендов по ценным бумагам)
- процентные доходы
- переоценка финансовых активов (в 2025 году +0.98 млрд.рублей сальдо от переоценки ценных бумаг на балансе клуба пошли в прочие доходы)
- курсовые разницы
Именно эти статьи перекрывают убыток футбольной деятельности и выводят итоговый результат в плюс.
Проще говоря, прибыль «Краснодара» — финансовая и скорее бумажная, а не футбольная.
Почему такая модель вообще возможна — объясняет следующий элемент финансовой конструкции клуба. Тот самый инвестиционный «панцирь», который вокруг проекта выстроил Сергей Галицкий, и который по его задумке должен защищать Клуб и Академию. Но при этом у Клуба и Академии есть различия в форме его обеспечения.
6. Cash-flow показывает ещё более жёсткую картину
Но для начала посмотрим на реальное положение вещей через cash-flow — отчёт о движении денежных средств.
Он фиксирует не бухгалтерские начисления, а реальные деньги, которые приходят и уходят со счетов клуба и которые позволяют клубу оплачивать свои обязательства, которые надо сказать в последние три года клуб активно уменьшал в том, числе за счет прямых "вливаний" акционера.
И здесь картина значительно жестче.
Сразу отметим, за что клуб в 2022 году получил 12,44 млрд.рублей "живых денег" при выручке от операционной деятельности в 3,18 млрд.рублей и 0,7 млрд.рублей от трансферов. Из отчетности сложно сказать за что клуб получил эти средства, точнее что он продал, что получил денег многократно больше, чем его годовая выручка. Однако именно доходы 2022 года, также вклад акционера позволили клубу четыре года назад заложить "инвестиционный фундамент", который далее только пополнялся.
Как видно из таблицы в 2025 году: поступления от текущих операций — 4,87 млрд руб.
платежи — 8,97 млрд руб.
В итоге операционный денежный поток составил −4,10 млрд рублей. Проще говоря, клуб в 2025 году фактически заплатил по обязательствам на 4 млрд рублей больше наличных денег, чем зарабатывал футболом. Сразу отметим, что только кредиторская задолженность сократилась в 2025 году на 2,2 млрд.рублей по сравнению с 2024 году.
Разницу закрывают другие источники:
- потоки от инвестиционных доходы (+1,27 млрд руб.)
- вклад владельца в имущество (+3,79 млрд руб.)
Именно поэтому итоговый денежный поток 2025 года оказался положительным — +833 млн рублей.
В итоге если перевести на простой язык: последние три года футбольная деятельность «Краснодара» требует около 3–4 млрд рублей дополнительного финансирования. Без этих денег клуб очень быстро столкнулся бы с кассовым разрывом.
7. Инвестиционный "панцирь" ФК "Краснодар"
Если внимательно посмотреть на отчетность, становится видно, что вокруг клуба уже сформирован инвестиционный «панцирь», который частично поддерживает экономику проекта.
На конец 2025 года инвестиционный портфель клуба составляет 12,56 млрд рублей, ещё около 1,26 млрд рублей находятся на счетах. Этот капитал уже работает и приносит доход:
- дивиденды — 1,19 млрд руб.
- проценты по вложениям в акции (дивиденды) — 108 млн руб.
- доход от операций с ценными бумагами — 279 млн руб.
Всего инвестиционный доход в 2025 году — около 1,57 млрд рублей, что соответствует доходности примерно 11% годовых. По сути это и есть футбольный эндаумент, который начинает работать на устойчивость клуба. Для сравнения, капитал Академии ФК «Краснодар» уже достиг почти 17 млрд рублей и в 2025 году принес около 3 млрд рублей дохода. Это больше, чем инвестиционный доход самого клуба. Разница в том, что капитал академии работает как консервативный эндаумент, тогда как клуб инвестирует часть средств в более рискованные акции и финансовые инструменты.
Но математика пока остаётся жесткой. Если смотреть на P&L, операционный убыток футбольной деятельности составляет примерно 1,5 млрд рублей в год. Однако часть финансирования, как мы выяснили, приходит через спонсорские контракты связанных компаний, которые по структуре отчетности можно оценить примерно в 2 млрд рублей ежегодно.
То есть чтобы клуб мог существовать и без этих связанных контрактов, ему необходимо 3,5–4 млрд рублей ежегодного финансового дохода.
Сейчас инвестиционный портфель приносит около 1,5 млрд рублей, то есть покрывает только примерно треть необходимой суммы.
Если считать математически, при доходности около 10–11% годовых инвестиционный портфель должен составлять примерно 30–35 млрд рублей, чтобы клуб мог полностью финансировать свою деятельность без поддержки владельца.
Иначе говоря, финансовый фундамент «Краснодара» уже существует, но до полноценного самостоятельного футбольного эндаумента ему пока ещё предстоит вырасти. Или нужно менять экономику проекта.
Заключение
ФК «Краснодар» — уникальный проект для российского футбола.
Это не государственный клуб.
Не корпоративный актив.
И не классический футбольный бизнес.
Это частная футбольная экосистема, построенная вокруг идеи одного человека, где:
- футбол генерирует эмоции и развивает бренд
- инвестиционный портфель закрывает убытки
- а владелец выступает гарантом устойчивости всей конструкции.
Финансовая модель клуба выглядит парадоксально. С одной стороны, отчетность показывает прибыль. С другой — операционная экономика футбола остаётся убыточной. Реальный дефицит закрывается финансовыми доходами, капиталом владельца и контрактами связанных структур.
При этом важно признать главное: всё это делается на личные деньги Сергея Галицкого. Стадион заполнен, клуб зарабатывает на билетах, мерче и спонсорах, а бренд «Краснодара» постепенно становится самостоятельной экономической единицей.
Да, сегодня клуб всё ещё стоит своему владельцу значительных средств — примерно 10 млн рублей в день. Но одновременно постепенно растёт и финансовый фундамент проекта и доходы клуба.
Поэтому главный вопрос уже не в том, сможет ли «Краснодар» жить без Галицкого.
Главный вопрос — когда созданная им система станет достаточно сильной, чтобы сохранять «Краснодар» среди лидеров российского футбола и двигаться на таком же уровне самостоятельно.