Несколько лет назад мне довелось встретиться с ветераном отечественного станкостроения, Евгением Александровичем Черновым, стоявшим у истоков освоения серийного производства станков с ЧПУ в Советском Союзе. Мне было очень интересно побеседовать с ним, из первых уст услышать свидетельства очевидца событий тех лет, узнать его оценку современного состояния российского станкостроения.
– Евгений Александрович, расскажите о себе, как вы связали свою жизнь со станкостроением?
– Всю жизнь я проработал на Горьковском заводе фрезерных станков. После окончания школы в 1958 году поступил на завод. Два года проработал в цехе электриком, потом меня направили от предприятия учиться в Горьковский политехнический институт. Когда учился в институте проходил на своем заводе все производственные практики. В 1965 году вернулся на производство. Более 20 лет был заместителем главного конструктора, вплоть до ликвидации предприятия в начале 2000-х годов. Кроме того, уже 50 лет преподаю в Нижегородском государственном техническом университете имени Р. Е. Алексеева (ранее – Горьковский политехнический институт имени А. А. Жданова).
– Ваша трудовая деятельность пришлась на эпоху бурного роста производства отечественных станков с числовым программным управлением. Что представляла эта отрасль в те годы?
– В СССР была колоссальная станкоинструментальная промышленность. Никто в мире не делал столько станков, сколько Советский Союз. Один только Горьковский завод фрезерных станков производил больше всех станков не только в Союзе, но даже в Европе. Ежегодно он выпускал по 10.000 универсальных станков, более 1000 станков с ЧПУ и 400 специальных станков. Предприятие поставляло станки в 76 стран мира. По токарным станкам самым крупным был московский завод «Красный пролетарий». Он изготовлял 5000-6000 программных станков в год. Эти два завода, по сути, научили страну работать на станках с ЧПУ и были целенаправленно уничтожены в первую очередь. Уникальные станки производились на многих заводах страны: в Ленинграде, Иваново, Москве, Ульяновске, Рязани, Коломне, Савелово, Састе и многих других. Многие заводы были возведены еще в годы первых пятилеток. Строили предприятия и после войны.
Советские станки пользовались спросом по всему миру. В то время была внешнеторговая организация «Станкоимпорт», поставлявшая станки от Европы до Америки. Наши станки может были не столь эстетичны, как иностранные, но были надежны и имели больший запас прочности. И, конечно, они были более дешевые.
В начале 50-х годов правительством было поставлено задание – освоить производство станков с ЧПУ. Эта задача была выполнена блестяще и в кратчайшие сроки. Системы ЧПУ разрабатывали предприятия Минприбора, Минстанкопрома, Минэлектронпрома, Минобороны и других ведомств. Первый станок с ЧПУ на Горьковском заводе фрезерных станков изготовили в 1958 году(!) и он получил Гран-при на Всемирной выставке.
Мне очень повезло, закончив в 1965 году институт, я попал в бум развития систем ЧПУ. В это время в СССР только начинался серийный выпуск станков с числовым программным управлением. И наш завод ежегодно удваивал производство таких станков. Для них нужны были комплектующие, которые прежде не выпускались. Для решения этой проблемы оперативно подключали новые предприятия. Серийное производство систем ЧПУ было налажено в Ленинградском электромеханическом заводе, а затем в Томском ПО «Контур». Для дальнейшего увеличения выпуска в Ленинграде организовали производство лицензионных систем ЧПУ на вновь построенном заводе мощностью 5000 систем в год. Это было гигантское производство, не имевшее аналогов в мире. Рядом с ним построили второй завод по выпуску отечественных систем ЧПУ. Где эти заводы сейчас? Отмечу, что в эпоху бурного развития станков с ЧПУ в СССР было три сильных школы программирования – ленинградская, томская и горьковская.
Если с производством систем ЧПУ в СССР все было хорошо, собственная промышленность обеспечивала потребности, то с другим электрооборудованием дела обстояли хуже. В распоряжении электротехнической отрасли имелись прекрасные заводы – в Чебоксарах, Прокопьевске, Ленинграде, Москве и других городах, однако их производительности категорически не хватало. Поэтому в рамках Совета экономической взаимопомощи были созданы профильные предприятия в странах социалистического содружества – Болгарии, Чехословакии, Румынии, Польше, Югославии, ГДР, которые поставляли в Советский Союз электроприводы. В западных странах системы ЧПУ и электроприводы закупались только в случае крайней необходимости.
– Как сейчас обстоят дела в отечественном станкостроении?
В 90-е годы был нанесен сокрушительный удар по нашей экономике. «Реформаторы» уничтожили многие отрасли промышленности, включая станкостроение и смежные производства. Этот процесс наглядно отражен в книгах «Разлом» последнего нашего министра Николая Александровича Паничева и «Утраченные победы нашего поколения» главного конструктора Главтяжстанкопрома Федотова Виктора Александровича. В них объективно рассказано о развитии советского станкостроения и его разрушении. На сегодняшний день от гигантов советского станкопрома практически не осталось следа. Но сохранился огромный парк станков. Отслужившим свое станкам теперь дают вторую жизнь многочисленные малые предприятия, созданные на руинах советского станкостроения. Они разбирают старые станки, заменяют валы и шестерни, чистят, красят, ставят новое электрооборудование и современную электронику. Так в последние десятилетия Россия держится на плаву в области станкостроения.
Сейчас организуются и позиционируются как станкозаводы немногочисленные производства на базе существующих мощностей оборонно-промышленного комплекса, но это не заводы, это самообман. О былой полноте и самодостаточности отечественного станкостроительного производства уже нет речи. На настоящем заводе должен осуществляться полный цикл производства – от проектирования, создания моделей, литья, механообработки, производства электрооборудования до получения по кооперации необходимых комплектующих и сборки станков. На так называемых новых станкозаводах выполняется только сборка – либо на базе старых советских станков, либо на базе китайского, корейского, тайваньского «железа». Все остальное, гидравлика, пневматика, подшипники, электроника – импортное.
Остались еще некоторые предприятия советской станкостроительной отрасли со своим литейным производством – в Рязани, в Сасово... Стартовать есть с чего, но надо было начинать 20 лет назад. Мы преступно теряем время. Лучший ответ на санкции – восстанавливать свою промышленность.
– Что с отраслевой наукой?
– В советское время в любой отрасли народного хозяйства были свои НИИ, которые решали конкретные задачи в своей области производства. В станкостроении был головной институт ЭНИМС (Экспериментальный научно-исследовательский институт металлорежущих станков). Он разрабатывал и внедрял новые решения для станкостроения. Так было и во всех остальных отраслях промышленности. Сейчас этого нет. Отраслевая наука уничтожена на сто процентов. А без нее нельзя. Разве Академия наук будет делать разработки для каждой отрасли? Этим должна заниматься отраслевая наука. А где ее сейчас взять? Нашему правительству надо не гранты раздавать и проводить конкурсы, а системно решать задачи в каждой отрасли.
Тот же ЭНИМС в свое время занимался всем необходимым для станкостроения – и механикой, и гидравликой, и электроприводами, и пневматикой, и системами ЧПУ. Неужели сейчас это не нужно? Конечно нужно! Кому это поручить? Профильным ВУЗам! Но не выделением грантов, итогом которых, в основном, являются отчеты об израсходованных средствах. Если государство поручает ВУЗу решение необходимой для страны проблемы, то должна быть четко поставлена задача, обеспечены условия для ее выполнения – лаборатории, оборудование, достойная заработная плата, внедрение и установлены сроки выполнения работы. И жесткий контроль до выхода реального продукта. Не отчета, а готового изделия. Это нужно выполнять параллельно с развитием отрасли, для которой это делается. Тогда мы лет через 20 восстановимся.
Экономикой должно управлять государство, необходимо планирование, чтобы направлять бизнес в нужное русло, создавать условия для его работы, но, при этом, чтобы бизнес давал реальную отдачу.
– Как-то можно изменить нынешнюю ситуацию?
– Мне очень хочется много рассказывать о станкостроении, с ним связана вся моя жизнь, и я продолжаю работать в этой отрасли. Но говорить о том, что нужно производить станки, потому что их нужно производить – это неправильно. Необходимо развивать все машиностроение в целом. Параллельно развивать производство тракторов, автомобилей, судов, железнодорожной техники, авиации и т.д. Для этого требуется всесторонний и глубокий анализ потребностей в том или ином виде машин и оборудования.
Но нельзя пускать все это на самотек. Пока государство не будет регулировать рынок, результата не будет. Государство должно управлять бизнесом под задачи, поставленные самим государством. Нужны не так называемые дорожные карты и непонятные народу национальные проекты, необходимы полноценные планы развития отраслей. Должны быть установлены ответственные лица, сроки исполнения и жесткий контроль. Об этом нужно рассказывать в средствах массовой информации. Ведь смогла же наша страна в 30-е годы создать с нуля многие отрасли промышленности. А после войны – восстановить в кратчайшие сроки разрушенную экономику. У нас огромная страна, мы можем и должны быть самодостаточны. Никто не призывает изолироваться от мирового сообщества, но минимум на 90% мы должны обеспечивать себя своей продукцией. И так нужно делать в любой отрасли промышленности.
Пока эти проблемы системно не начнет решать государство, ничего не изменится. Мы уже очень близки к точке невозврата, когда уже никакие, даже сверхжесткие меры не помогут.
Спасибо за внимание! Буду благодарен за ПОДПИСКУ на канал, за ЛАЙК и за то что ДЕЛИТЕСЬ материалом с друзьями!