Глава сорок первая
Копирование и публикация материалов без разрешения автора запрещены
Спустя несколько часов немного успокоившуюся Марину забрал муж. Михаил сам проводил сестру, потому что все работники давно отправились отдыхать. Они узнали о смерти хозяина и были очень расстроены известием. Жили они в небольшом флигеле на территории Татариновского дома.
- Ты спать не собираешься? – спросил Михаил у матери, которая склонилась над вязанием.
Та улыбнулась и кивнула, показывая спицы и корзинку с клубками у ног на полу:
- Прекрасно понимаю, что никто это носить не будет, но хорошо успокаивает нервы.
- Почему же не кто не будет носить? По-моему, Светлана Ивановна была рада, когда ты подарила ей вязанный кардиган. А Василий Игоревич носки, связанные твоими руками, носит, - с улыбкой ответил Михаил.
Василий Игоревич занимался садом и домом, а Светлана Ивановна, его жена, готовила для семьи Татариновых.
- Василий и Светлана, золотые люди, - улыбнулась Елизавета Алексеевна.
- Мамуль, - сказал Михаил, садясь на пол рядом с креслом матери и кладя голову ей на колени, - я так соскучился. Мы так давно не разговаривали.
Елизавета Алексеевна нежно погладила сына по волосам:
- Ты вырос, сынок. Стал взрослый, самостоятельный. В таком возрасте мама становится не нужна.
- Нужна, - улыбнулся Михаил, - сейчас как в детстве. Помнишь, ты мне сказки рассказывала и по голове гладила?
Михаил приподнял голову и посмотрел на мать снизу вверх.
- Конечно, помню. Сколько же лет прошло, - задумчиво протянула она.
- Мне пятьдесят, мам, - вздохнул Михаил.
Когда-то высокая и стройная, с красивыми светло-русыми волосами и зелеными глазами, сейчас она сильно похудела, как будто-то усохла, стала ниже ростом, а волосы совсем поседели седыми. Елизавета Алексеевна, которая раньше носила волосы до плеч, сейчас стригла их коротко. Неизменными остались только живые зеленые глаза и улыбка.
- Да уж, - вздохнула она.
- Мам, ты не волнуйся по поводу жилья. Я хочу купить квартиру. Когда мне позвонили, как раз собирался ехать смотреть, - начал Михаил, - но раз так получилось, мы можем присмотреть не квартиру, а домик побольше. Просто возьму ипотеку.
Мать молча вздохнула и потрепала его по волосам.
- Знаешь, Миша, очень страшно остаться одной на улице вот в таком возрасте. Жестоким человеком был твой отец.
- Мам, ну со мной понятно. Не оправдал надежд, вот и лишил меня всего наследства. А с тобой то почему так? Ведь тот дом я продал несколько лет назад, а отец так ничего и не изменил в завещании.
- Потому что знал, как я к нему отношусь. И жила с ним вынуждено. Прекрасно знал это и не забывал. Вот и решил отомстить.
- Но мы можем подать в суд, даже если есть завещание, - предложил Михаил, - ты уже в таком возрасте, что тебе обязаны выделить долю в наследстве. Себе я отсуживать ничего не стану. А за тебя поборемся. У тебя сын все-таки юрист.
- Не буду я дочерью судиться, - покачала головой Елизавета Алексеевна, - только попрошу ее, чтобы Свету с Василием не увольняла.
- Значит, я дом куплю. Вместе и переедем. Кстати, а что за история с тем домом в дачном поселке? Я поискал немного, оказалось, что он принадлежал композитору Василию Ясеневу?
- А ты совсем ничего не помнишь? – удивилась мать.
- А должен? Не помню.
- Ну тогда сказку послушай, - вздохнула Елизавета Алексеевна, - как в детстве.
Михаил кивнул и опять прислонился к коленям матери.
- Жили были три друга. Учились они вместе в институте, только не все его закончили. Стал один инженером и уехал деньги зарабатывать в другую страну. Второй на инженера не доучился, но зато стал юристом. Больше та профессия ему по душе была. Третий же бросил институт, выучился на механика и стал машины ремонтировать. Тот, что инженером был, денег заработал, дом родителям построил, женился, дочка у него родилась. Пока первый зарабатывал, второй учился на юриста, денег в семье мало было. Еле-еле хватало, чтобы жену и сынишку содержать. Да и у третьего тоже заработки небольшие были, только детей у него не было. А жена его очень хотела ребенка.
Когда инженер приезжал в отпуск, собирал он друзей в том самом доме, что родителям построил. Праздновали они встречу, инженер подарки друзьям привозил. Жена его и дочка в заморских нарядах щеголяли. Смотрели на это друзья и очень не нравилось это им, завидовали сильно.
И вот решил как-то юрист, что несправедливо так жить. Одному все, а остальные копейками перебиваются. Решил он дело исправить. Третий друг его отговаривал, но потом и сам согласился. Уж не знаю, что они там сделали, но сгорела вся семья инженера: и жена, и родители, и дочка. Никого не осталось. Деньги, что достались друзьям от инженера, они поделили. Юрист в городе остался, дом построил, фирму свою открыл. Третий друг с женой из города уехал, по слухам, открыл свой автомобильный сервис. Но больше друзья не встречались и семьи их между собой не общались.
- А дом? – уточнил Михаил.
Он давно уже сидел, выпрямив спину и внимательно смотрел на мать.
- А дом? А-а-а, дом юрист умудрился на себя оформить, - пожала плечами мать.
- А потом завещал жене, а сын дом без разрешения продал? – уточнил Михаил.
- Ну как-то так. - усмехнулась Елизавета Алексеевна. – Только не спрашивай меня, почему я в полицию не пошла. Точно я ничего не знала, только догадывалась и сделала выводы из подслушанных разговоров. Боялась я того юриста до ужаса, сына он грозился у меня забрать. Он и меня убил бы, не задумываясь. Только сегодня вечером свободно вздохнула.
Михаил встал с пола и прошелся по комнате.
- Получается, что семья Ясеневых погибла в пожаре? А расскажи мне про них.
- Петр Ясенев и его жена Альбина работали на стройке в Мали, - начала мать.
- Он инженер? – уточнил Михаил.
Елизавета Алексеевна кивнула.
- А она учительница. Она готовила к поступлению в институт сына какого-то там чиновника что ли. Тот в благодарность подарил ей ожерелье с самоцветами, с крупными такими камнями. Вот за ним то и охотились друзья. Только вот не нашли. Кстати, дом тот, про который ты спрашивал они тогда тоже перерыли весь, но камни так и не отыскали.
- А откуда ты про ожерелье знаешь?
- Так Альбина его надевала и всем показывала, когда мы в гости приезжали на дачу к ним. Ты тоже там был, только не помнишь. Тебе лет пять было.
Михаил задумался, нахмурив брови, и вдруг лицо его озарила улыбка:
- Маленькая девчонка, с кудряшками! Деловая такая, командирша!
- Ксанкой ее звали.
- Точно, она еще не хотела со мной играть, а вцепилась в мальчишку постарше.
- Да, - улыбнулась Елизавета Алексеевна, - соседский мальчик, Ксанка в нем души не чаяла.
- А как того мальчика звали? – насторожился Михаил.
- Ой, сынок, столько времени прошло, разве я вспомню. Как-то странно она его звала. Что-то с цветом связано. Белый что ли?
- Может Серый? – уточнил Михаил.
Он уже догадался про какого соседского мальчика говорила мама.
- Точно! – радостно воскликнула она. – Только Серенький! Ласково она его называла.
- Да уж, - выдохнул Михаил и опять сел на пол напротив матери. – Знаю я этого Серенького. Даже не представляю с чего начать.
- Начни с чего-нибудь, - усмехнулась мама, - сегодня вечер откровений.
- Тогда наверно вот с этого: я познакомился с женщиной. И кажется, влюбился. По крайней мере, впервые в жизни я хочу, чтобы она всегда была рядом со мной. Потом и квартиру решил купить. Не сюда же ее приводить, не к отцу в дом.
- Я рада за тебя, сынок, - улыбнулась мать, - уверена, что это достойная женщина.
- Мам, Ольга тебе точно понравится! Она хорошая и умная! Она мне ровесница.
- Хорошо. А дальше?
- Я, честно скажу, познакомился с нею, чтобы подобраться к ее подруге. Она как раз живет в том самом доме, что я продал. Муж ее купил, а потом выгнал жену из дома. Вот она там и живет. А Ольга к ней приезжает.
- Нехорошо, сынуля, - покачала головой Елизавета Алексеевна.
- То с начала было. Я влюбился в Ольгу. Полина тоже очень приятная и порядочная женщина. Я сейчас ей с разводом и оформлением дома помогаю. А вот сосед их как раз и есть тот самый Сергей. Только я не представлял, что мы с ним в детстве встречались.
- Да уж, - покачала головой Елизавета Алексеевна, - Волинск – большая деревня, куда ни сунься, наткнёшься на знакомых. И кем стал тот мальчик?
- Тот мальчик уже на пенсии, майор полиции в отставке. И он тоже интересуется историей того старого дома, - ответил Михаил.
- Это не очень хорошо, - покачала головой мать.
- А какая нам с тобой разница? Мы же всего этого не знали. Так что даже если выплывет на поверхность, то нас с тобой не коснется.
- А репутация фирмы? Марине то каково будет? – взволновалась Елизавета Алексеевна.
- Я сомневаюсь, что дело дойдет до полиции. Слишком давно это было, слишком много людей было задействовано. Ты думаешь, что дом просто так оказался у отца в собственности? Да и пожар тот признали несчастным случаем тоже не просто так. Только доказать практически ничего невозможно, многие уже умерли, как отец. - успокоил ее Михаил. – Ты лучше скажи, а третий друг, автомеханик, он где?
- Уехал с женой в другой город. Больше я о нем ничего не слышала.
- А как его зовут знаешь?
- Еще бы, - усмехнулась мать, - Конюхов Виктор Евгеньевич.
Автор Татьяна Полунина
Ваши лайки и комментарии вдохновляют автора