Ответ на этот вопрос кроется в прагматичном осознании того, что у Тегерана и Анкары сегодня есть общий и крайне опасный вызов — курды. Несмотря на историческое соперничество, обе столицы видят в курдском факторе экзистенциальную угрозу своей территориальной целостности. Последние данные CNN и Reuters указывают на то, что администрация Дональда Трампа и ЦРУ рассматривают курдские формирования как важный инструмент для дестабилизации Ирана изнутри. План Вашингтона прост: использовать вооруженные отряды на западе Ирана, чтобы сковать армию и спровоцировать гражданское восстание. В этой ситуации Турция, вероятно, выберет поддержку Ирана, так как любое усиление курдов или расширение их автономии с территории Ирака на иранские земли создает для Анкары неприемлемый прецедент.
На региональной арене складывается парадоксальная ситуация. Абу Мухаммад аль-Джулани, ставший де-факто президентом Сирии после падения режима Башара Асада, еще недавно вел ожесточенные бои с курдами. Однако под давлением