Я проснулась в субботу и первым делом потянулась к телефону. Восемь утра. Слава Богу, можно ещё поваляться. Но не тут-то было.
— Лен, ты уже встала? — Голос мужа донёсся из кухни.
Я натянула халат и вышла. Андрей стоял у плиты с кофейником в руке и таким довольным видом, что внутри что-то нехорошо ёкнуло.
— Что случилось? — спросила я осторожно.
— Ничего особенного. Просто мама с папой приедут к обеду. И брат с женой. И сестра с детьми.
Я медленно опустилась на стул.
— То есть, к нам приедет восемь человек? Сегодня?
— Ну да, — он пожал плечами. — Давно не собирались всей семьёй.
Вот именно. Давно. А я-то думала, почему так тихо было последние недели.
— Андрей, сегодня суббота. Мой выходной.
— И что? У меня тоже выходной, но я не против пообщаться с родными.
Я прикусила губу. Спорить было бесполезно, это я уже знала. Но попробовать стоило.
— Ты хотя бы предупредить мог заранее.
— Так я же говорю. Они в два приедут, времени полно.
Времени полно. Милое дело! Накрыть стол на восемь человек за пять часов — это, надо полагать, раз плюнуть.
— Что готовить будем? — выдавила я.
— Ну, мама любит твой оливье. И холодец. А Лёшка всегда просит твои котлеты. Ну и что-нибудь горячее, конечно.
Я почувствовала, как к горлу подкатывает что-то тяжёлое.
— Холодец? Он же часов пять варится.
— Ты ж хозяйка, придумаешь что-нибудь, — Андрей улыбнулся и потрепал меня по плечу. — Ну, я пошёл, мне надо в гараж заехать.
— Куда пошёл?
— В гараж говорю. Колёса поменять надо было ещё неделю назад.
Он схватил куртку и был таков. А я сидела на кухне и смотрела в окно. Весело, что и говорить.
Ладно, главное без паники. Я открыла холодильник и прикинула, что там есть. Яйца, майонез, немного колбасы. Картошки килограмма два. Курица. Фарш, слава Богу, вчера купила.
Оливье можно. Котлеты тоже. С горячим сложнее.
Я начала чистить картошку. Руки двигались на автомате, а в голове крутились мысли. Вот ведь как всегда. Позвал семью — молодец, гостеприимный. А кто стоять у плиты будет, об этом подумать забыл.
Где-то через час Андрей вернулся. Я уже отварила картошку и яйца, резала огурцы.
— О, уже вовсю! — обрадовался он. — Лен, а ты что-нибудь сладкое сделаешь?
Я положила нож.
— Например?
— Ну, торт там или пирог. Мама очень любит твою шарлотку.
— Андрей, сейчас полдвенадцатого. Они в два.
— Успеешь ещё. Ты же быстро всё делаешь.
Он ушёл в комнату. Я стояла и смотрела ему вслед. Похоже, он действительно не понимал, что творит.
Я замесила тесто для шарлотки. Почистила яблоки. Поставила в духовку. Слепила котлеты. Пожарила. Сделала оливье.
В половине второго на кухне пахло, как в ресторане. Я вытерла руки и посмотрела на накрытый стол. Вроде всё.
Дверь хлопнула. Первыми пришли родители Андрея.
— Леночка! — Мать обняла меня. — Как я рада тебя видеть!
— Здравствуйте, Ирина Петровна.
Она прошла на кухню и сразу принялась инспектировать стол.
— Ой, а где холодец? Андрей говорил, ты холодец готовишь.
Я почувствовала, как внутри всё сжалось.
— Не успела. Времени было мало.
— Жаль, — она вздохнула. — Я так на него рассчитывала.
Пришли брат с женой. Потом сестра с двумя детьми. Дети сразу понеслись по квартире с криками. Я достала тарелки, разложила котлеты, поставила салаты.
— Садитесь за стол, — позвала я.
Все уселись. Андрей разливал по рюмкам. Его брат Алексей потянулся к котлетам, взял одну, откусил. И поморщился.
— Что-то они какие-то сухие.
Я замерла с салатницей в руках.
— Правда? — Ирина Петровна тоже попробовала. — Да, суховаты. Ты их, наверное, передержала.
— Мама, всё нормально, — Андрей быстро вмешался. — Котлеты отличные.
— Я просто говорю, что можно было сочнее, — она пожала плечами.
Алексей ковырялся в оливье вилкой.
— А горошка больше положить нельзя было? Я люблю, когда его много.
Его жена Света придирчиво осмотрела салат.
— А у меня от майонеза тяжесть. Можно было сметаной заправить.
Я стояла и молчала. Руки задрожали, я быстро поставила салатницу на стол.
— Лена, а ты не принесёшь хлеб? — попросила Ирина Петровна.
Я принесла хлеб. Потом чай. Потом ещё салфетки. Потом вилку, которую уронил один из племянников.
— А шарлотка будет? — спросила сестра Андрея, Оля.
— Да, сейчас принесу.
Я достала пирог из духовки. Он получился румяный, красивый. Разрезала на куски, разложила по тарелкам.
Ирина Петровна попробовала и поджала губы.
— Яблоки какие-то кислые.
— Это антоновка, — пояснила я.
— Надо было сладкие брать. Или хотя бы сахара побольше добавить.
Оля ковыряла вилкой пирог.
— А мне нравится. Но я сейчас на диете, так что только кусочек.
Света вообще отодвинула тарелку.
— Я не ем выпечку. А предупредить заранее?
Андрей молчал. Он ел свою шарлотку и изредка переглядывался с братом.
Я села на свободный стул в углу. Есть совсем расхотелось. Внутри росло какое-то тупое раздражение.
Дети разбежались по комнатам. Алексей с Андреем ушли курить на балкон. Ирина Петровна с невестками остались на кухне.
— Знаешь, Леночка, — начала свекровь, — я вот смотрю, и у тебя тут такой беспорядок.
Я посмотрела на кухню. Стол накрыт, посуда чистая, всё убрано.
— Где беспорядок?
— Ну вот шторы, например. Их давно стирали?
— На прошлой неделе.
— А выглядят несвежими. И в углу у окна паутинка. Я вот каждый день влажную уборку делаю.
Света кивнула.
— И правда. У вас как-то неуютно.
Оля встала и открыла шкафчик над раковиной.
— Ой, а у вас тут всё вперемешку. Я у себя все крупы в одинаковые баночки раскладываю, очень удобно.
Я сидела и слушала. И с каждой минутой внутри что-то закипало всё сильнее.
— Лена, а ты пойди чайник поставь, — распорядилась Ирина Петровна.
Я встала. Налила воду. Поставила чайник.
— И печенье какое-нибудь к чаю.
Я достала печенье. Разложила на блюдце.
— Да не так, красиво разложи. Вот смотри, — Света взяла печенье и начала выкладывать его по кругу. — Видишь? Совсем другое дело.
Андрей вернулся с балкона.
— Мам, пап, может, ещё посидим? Чего рано расходиться.
— Да мы не против, — Ирина Петровна довольно кивнула. — Правда, Лена, хорошо, что вся семья собралась?
Я что-то промычала в ответ.
Они сидели до вечера. Я подавала чай, убирала тарелки, мыла посуду. Несла ещё чай. Вытирала то, что пролили дети.
В девятом часу они наконец-то начали собираться.
— Спасибо, Леночка, за гостеприимство, — Ирина Петровна чмокнула меня в щёку. — В следующий раз постарайся холодец сделать, ладно?
— И котлеты посочнее, — добавил Алексей.
— А вообще было неплохо, — Света надела куртку. — Хотя можно было и что-то поинтереснее приготовить.
Когда дверь за ними закрылась, я опустилась на диван. Кухня была в разгроме. Андрей включил телевизор.
— Вот и хорошо посидели, — довольно протянул он. — Давно так не собирались.
Я повернулась к нему.
— Андрей, ты вообще в курсе, как прошёл мой день?
— В курсе. Мы все вместе были.
— Я семь часов стояла у плиты. А потом слушала, какая я плохая хозяйка.
— Да ладно тебе, никто такого не говорил.
— Котлеты сухие, салат не такой, пирог кислый, в доме бардак.
— Мама просто пошутила, — он отмахнулся. — У неё такой характер.
Я встала.
— Знаешь что? В следующий раз готовь сам.
— Да ладно, не психуй. Всё же нормально прошло.
Я ушла в ванную. Закрылась и включила воду. Смотрела на своё отражение в зеркале. Усталое лицо. Красные глаза. На фартуке пятна от жира.
Вышла через двадцать минут. Андрей уже спал на диване перед телевизором. Я прошла на кухню и начала убирать посуду.
Гора тарелок. Жирные сковородки. Липкий стол. Крошки на полу. Я работала молча, по привычке. Руки двигались сами.
Закончила в одиннадцатом часу. Села на стул и посмотрела на чистую кухню. И вдруг подумала, что так больше не может продолжаться.
Утром в воскресенье я проснулась раньше всех. Сделала себе кофе и села у окна. На душе было странно легко. Похоже, решение созрело за ночь.
Андрей вышел на кухню около десяти.
— Доброе утро. А завтрак?
— Сделай сам, — спокойно сказала я.
— Как это сам?
— Так и сам. Я больше не твоя служанка.
Он уставился на меня.
— Ты чего?
— Вчера ты позвал гостей, не спросив меня. Я семь часов готовила. Потом весь вечер убирала. А ты даже спасибо не сказал.
— Ну так это же нормально. Ты хозяйка.
Я отпила кофе.
— Знаешь, мне тут пришла в голову одна мысль.
— Какая?
— Я позвонила вчера вечером твоей маме.
У Андрея вытянулось лицо.
— Зачем?
— Пригласила к нам на следующие выходные. Вместе со всеми. Сказала, что ты очень просил.
— Ты что, серьёзно?
— Абсолютно. Они приедут в субботу. Только готовить в этот раз будешь ты.
Он открыл рот. Закрыл. Снова открыл.
— Лена, ты о чём? Я не умею готовить на столько человек.
— Научишься. У тебя будет целая неделя на подготовку.
— Но... но это же...
— Что? Это же нормально, ты хозяин, — я повторила его вчерашние слова. — Ты ведь сам говорил, что надо чаще видеться с семьёй.
Лицо Андрея медленно менялось. Из удивления в растерянность, потом в панику.
— Лена, давай нормально поговорим...
— Мы и говорим нормально. Я просто хочу, чтобы ты понял, каково это.
— Я понял, хорошо? Прости, что вчера так вышло.
— Извинения приняты. Но гости всё равно приедут.
Он схватился за голову.
— Но мама же поймёт, что это ты специально!
— Ну и что? Пусть поймёт.
Андрей метался по кухне.
— Что я им готовить буду?
— Холодец. Котлеты. Оливье. Шарлотку. Всё, что они вчера просили.
— Но я этого не умею!
— Научишься, — я пожала плечами. — Рецепты в интернете есть.
Он упал на стул и уставился в пол. Я допила кофе и встала.
— Ладно, я пошла. Встречусь с подругой.
— Ты куда?
— Гулять. У меня выходной, между прочим.
Я оделась и вышла из квартиры. На улице было свежо и солнечно. Я шла и улыбалась. Впервые за долгое время чувствовала себя свободной.
Позвонила подруге Оле.
— Привет, ты свободна?
— Да, а что?
— Пойдём в кафе, посидим. Мне есть что рассказать.
— Интригуешь. Жду.
Мы встретились в нашем любимом кафе. Оля уже сидела за столиком.
— Рассказывай, что случилось, — потребовала она.
Я описала вчерашний день. Потом рассказала про утреннюю беседу с Андреем.
Оля захохотала.
— Ты гений! Представляю его лицо.
— Надо было видеть, — я улыбнулась.
— А он правда будет готовить?
— Придётся. Я твёрдо решила не вмешиваться.
— И как думаешь, справится?
— Без понятия, — я пожала плечами. — Но посмотреть будет интересно.
Мы просидели в кафе до вечера. Болтали, смеялись, пили кофе. Я давно так не расслаблялась.
Вернулась домой около восьми. Андрей сидел за компьютером и что-то лихорадочно записывал в блокнот.
— Что делаешь?
— Список продуктов составляю, — буркнул он. — И рецепты выписываю.
— Молодец. Я рада, что ты серьёзно отнёсся.
Он бросил на меня мрачный взгляд, но промолчал.
Следующие дни были удивительными. Андрей действительно готовился. Купил продукты. Изучал рецепты. Пробовал что-то готовить по вечерам.
Я наблюдала со стороны и не вмешивалась.
В четверг вечером он позвал меня на кухню.
— Лен, попробуй котлету.
Я откусила. Честно говоря, было невкусно. Фарш сухой, соли мало.
— Ну как? — напряжённо спросил он.
— Нормально, — дипломатично ответила я.
— Правда?
— Ага. Продолжай тренироваться.
Он обречённо кивнул.
В пятницу вечером я застала его на кухне за миской с картошкой.
— Что делаешь?
— Тренируюсь салат делать. Хочу завтра не опозориться.
Я прислонилась к дверному косяку.
— Андрей, а давай честно. Ты понял, о чём я говорила?
Он медленно поднял голову.
— Понял. Прости. Я правда не думал, что тебе так тяжело.
— Вот именно. Не думал.
— Теперь думаю, — он вздохнул. — И боюсь завтрашнего дня как огня.
— Ничего, справишься.
— А ты точно не поможешь?
— Точно.
Он снова склонился над картошкой. Я вернулась в комнату.
Наступила суббота. Я проснулась от того, что Андрей уже возился на кухне. Было шесть утра. Я улыбнулась и натянула одеяло повыше.
Встала в девять. Андрей носился по кухне с красным лицом. На плите кипело что-то в огромной кастрюле. На столе лежали горы овощей.
— Как дела? — спросила я.
— Холодец варится. Сейчас котлеты буду делать.
— Удачи.
Я села в комнате с книгой. Слушала, как он шуршит на кухне, ругается вполголоса, что-то роняет.
В час дня позвонил телефон. Ирина Петровна.
— Леночка, мы уже выезжаем.
— Хорошо, ждём.
Я передала трубку Андрею. Он побледнел.
— Уже?
— Уже. Ты готов?
— Нет, — честно признался он. — Но делать нечего.
В два часа раздался звонок в дверь. Я открыла. На пороге стояла вся компания.
— Здравствуйте! Проходите.
Они вошли, разделись. Ирина Петровна сразу пошла на кухню. Я услышала её удивлённый голос:
— Андрюша? Ты что тут делаешь?
— Готовлю, — буркнул он.
— Как это готовишь? А Лена где?
— Лена отдыхает. Я сегодня сам всё приготовил.
Наступила тишина. Потом послышался голос Алексея:
— Ты серьёзно? Сам?
— Сам.
Я вышла на кухню. Все стояли вокруг стола и смотрели на накрытые блюда.
— Садитесь, — предложил Андрей. — Угощайтесь.
Они неуверенно уселись. Ирина Петровна взяла котлету, откусила. Лицо у неё было странное.
— Ну... в общем... съедобно.
Алексей попробовал салат и поморщился.
— Что-то он какой-то пресный.
Света ковыряла вилкой холодец.
— Он не застыл нормально.
Оля взяла кусок шарлотки.
— Тесто сыроватое.
Андрей сидел красный как рак.
— Я старался.
— Видно, что старался, — Ирина Петровна мягко улыбнулась. — Но готовить — это не так просто, как кажется.
Я сидела в углу и молчала. Внутри бурлило торжество.
— А где же Лена? — спросила свекровь. — Почему она не помогла?
— Я отдыхала, — спокойно сказала я. — Андрей сам хотел приготовить.
Ирина Петровна посмотрела на меня внимательно. Потом на сына. Потом снова на меня. И, похоже, кое-что поняла.
— Ясно, — медленно протянула она.
Обед прошёл в натянутой атмосфере. Все ели молча. Никто не критиковал, но и восторгов не было.
После еды Ирина Петровна подозвала меня на кухню.
— Лена, я правильно понимаю, что это была месть за прошлые выходные?
Я посмотрела ей в глаза.
— Не месть. Урок.
Она помолчала.
— Я поняла. И ты права. Мы действительно перегнули палку.
— Вот именно.
— Прости. Я иногда забываю, что у других тоже есть свои дела.
— Ничего, — я пожала плечами. — Главное, чтобы Андрей понял.
— Думаю, он понял, — она улыбнулась. — Судя по его лицу.
Гости разошлись рано. Андрей рухнул на диван.
— Я умираю. Ноги не держат.
— Зато теперь ты знаешь, каково это.
— Знаю, — он кивнул. — И больше никогда не позову гостей, не спросив тебя.
— Вот и договорились.
Он взял меня за руку.
— Прости. Я правда был слепым идиотом.
— Был, — согласилась я. — Но теперь, похоже, прозрел.
Мы сидели на диване, держась за руки. На кухне высилась гора грязной посуды. Но это уже было не так важно. Главное, что Андрей наконец-то понял.
А на следующий день мы вместе помыли посуду. И вместе приготовили ужин. И это было намного лучше, чем все прошлые разы.
Андрей наконец-то понял урок и извинился. Казалось, всё наладилось. Но я и представить не могла, что через неделю раздастся звонок от Ирины Петровны, после которого я узнаю правду о том, что творилось в семье мужа все эти годы...
Продолжение доступно для участников нашего клуба читателей. Читать вторую часть →