Анна проснулась от крика.
Резкого, пронзительного — женского крика, который оборвался так же внезапно, как начался. Она села в постели, сердце колотилось где-то в горле. За окном была глубокая ночь, на часах светились цифры 3:47.
Тишина. Только гул холодильника на кухне и собственное учащённое дыхание.
«Приснилось», — попыталась убедить себя Анна, хотя прекрасно понимала: не приснилось. Крик был настоящим. И доносился он из квартиры напротив — той самой, куда месяц назад въехал новый сосед.
Она видела его всего пару раз. Высокий мужчина лет тридцати пяти, всегда в тёмной одежде, всегда молчаливый. Кивал в ответ на её «здравствуйте» и быстро скрывался за дверью. Имени она не знала.
Анна прислушалась. За стеной — ни звука. Может, действительно показалось? Бессонница и стресс последних месяцев делали своё дело. После развода она словно потеряла опору, и даже переезд в эту квартиру на окраине города не принёс облегчения. Только тишину. Иногда слишком громкую.
Она уже собиралась лечь обратно, когда услышала глухой удар. Потом ещё один. Словно что-то тяжёлое упало на пол.
Анна вскочила, накинула халат и выбежала в коридор. Приложила ухо к входной двери. Из квартиры напротив доносились приглушённые звуки — шаги, скрип половиц, что-то ещё, неразборчивое.
Рука сама потянулась к телефону.
— Полиция? Я слышала крик из соседней квартиры. Женский крик. И звуки борьбы, кажется... Да, я уверена. Адрес — улица Лесная, дом 12, квартира 37. Моя — 38, напротив.
Дежурный попросил её оставаться в квартире и никуда не выходить. Наряд будет через десять минут.
Эти десять минут тянулись бесконечно. Анна стояла у двери, вслушиваясь в каждый шорох. Но за стеной теперь была абсолютная тишина — пугающая, мёртвая тишина.
«Что, если я опоздала? Что, если там кому-то нужна помощь прямо сейчас?»
Она почти решилась постучать в дверь соседа, когда в подъезде раздались тяжёлые шаги. Два полицейских — молодой лейтенант и пожилой сержант с усталым лицом.
— Вы вызывали? — Лейтенант был официален и собран.
— Да, я слышала крик. Женский. И звуки, как будто... — Анна запнулась. — Как будто кто-то дерётся. Или падает.
Сержант кивнул и позвонил в дверь напротив.
— Полиция! Откройте дверь!
Прошла минута. Другая. Анна уже представила, как они сейчас выломают дверь и найдут там... что? Тело? Связанную женщину?
Но дверь открылась.
На пороге стоял её сосед — в домашних штанах и футболке, растрёпанный, явно только что проснувшийся. Он недоуменно смотрел на полицейских.
— В чём дело?
— Поступил сигнал о крике из вашей квартиры. Можем войти?
Сосед на мгновение замер, потом пожал плечами:
— Пожалуйста. Но тут никто не кричал.
Полицейские вошли внутрь. Анна осталась стоять на пороге своей квартиры, наблюдая за приоткрытой дверью напротив. Сердце всё ещё бешено колотилось.
Через несколько минут лейтенант вышел.
— Там никого нет. Только он один. Квартира в порядке, никаких следов борьбы или присутствия посторонних.
— Но я же слышала! — Анна почувствовала, как голос предательски дрожит. — Женщина кричала, я точно слышала!
Сержант вышел следом, покачал головой:
— Гражданочка, может, телевизор у вас работал? Или вам приснилось?
— Я не сплю с включённым телевизором! И это был не сон!
Сосед появился в дверях. Впервые Анна разглядела его лицо вблизи — резкие черты, тёмные глаза с тенями усталости под ними, небритая щетина. И что-то ещё в этом взгляде. Настороженность? Или страх?
— Извините, — он обратился к ней напрямую. — Я живу один. Никого у меня не было. Возможно, вам действительно послышалось. Или звук пришёл из другой квартиры — акустика в этих домах странная.
Его голос был спокойным, даже мягким. Но Анна заметила, как напряжены его плечи, как крепко он сжимает дверную ручку.
— Павел Сергеевич ничего не нарушал, — подытожил лейтенант. — Советую вам, гражданка, быть внимательнее. Ложные вызовы — это административное правонарушение.
Они ушли. Павел — значит, его зовут Павел — задержался на пороге.
— Правда извините за беспокойство, — он говорил тихо, почти шёпотом. — Я понимаю, вы испугались. Но здесь всё в порядке.
Он закрыл дверь, и Анна осталась одна в освещённом коридоре.
Она вернулась в квартиру, но уснуть уже не могла. Села на кухне с чашкой чая и прокручивала в голове произошедшее. Крик был. Она не могла его выдумать — такой отчаянный, полный ужаса крик. И удары тоже были.
Но квартира пустая. Никаких следов. Только Павел с его спокойным голосом и напряжённым взглядом.
«Может, я действительно схожу с ума?»
Утро пришло серое и дождливое. Анна, не выспавшаяся и разбитая, собиралась на работу, когда услышала шаги в подъезде. Выглянула в глазок — Павел выходил из квартиры. В руках у него был большой чёрный пакет. Странно тяжёлый, судя по тому, как он его нёс.
Что-то внутри Анны дрогнуло. Она подождала, пока он спустится, и быстро оделась. Выскользнула из подъезда следом.
Павел шёл к мусорным бакам на краю двора. Оглянулся — Анна успела спрятаться за углом дома. Он бросил пакет в контейнер и быстро пошёл обратно.
Когда он скрылся в подъезде, Анна подошла к бакам. Сердце колотилось так, что, казалось, его слышно на весь двор. Она заглянула в контейнер.
Чёрный пакет лежал сверху. Анна огляделась — никого. Протянула руку, развязала пакет.
Внутри была одежда. Женская одежда — джинсы, свитер, нижнее бельё. И всё это было в пятнах. Тёмных, бурых пятнах, которые могли быть чем угодно, но Анна знала, чем они были.
Кровь.
Она отшатнулась, чуть не упав. В голове пульсировала одна мысль: «Я была права. Там что-то произошло. Что-то ужасное».
Анна достала телефон, сфотографировала содержимое пакета. Потом завязала его обратно и отошла.
Надо было снова звонить в полицию. Немедленно. Но после ночного визита и слов о ложном вызове... Поверят ли ей? Или решат, что она истеричка, которая преследует соседа?
Весь день на работе Анна не могла сосредоточиться. Перед глазами стояли те пятна на одежде. И лицо Павла — спокойное, усталое лицо человека, который что-то скрывает.
Вечером, вернувшись домой, она услышала музыку из его квартиры. Тихую, классическую музыку. Словно ничего не произошло.
Анна легла спать с включённым светом в коридоре и телефоном под подушкой. Каждый шорох заставлял её вздрагивать. Она прислушивалась к звукам из соседней квартиры, но там была только музыка. Спокойная, убаюкивающая музыка.
Сон пришёл под утро — тревожный, полный кошмаров.
И снова её разбудил крик.
Тот же женский крик — отчаянный, полный ужаса. Анна вскочила, посмотрела на часы: 3:52. Почти то же время, что и вчера.
Крик повторился. Потом снова тишина.
На этот раз Анна не стала вызывать полицию. Она оделась, взяла телефон и вышла в подъезд. Приложила ухо к двери Павла.
Тишина. Абсолютная тишина.
Она уже собиралась вернуться, когда дверь неожиданно распахнулась.
Павел стоял на пороге. В одних штанах, босиком. На руках — свежие царапины. Глубокие, кровоточащие царапины.
Их взгляды встретились.
— Вы опять это слышали, — произнёс он. Это не было вопросом.
Анна кивнула, не в силах вымолвить ни слова.
Павел провёл рукой по лицу. В его глазах мелькнуло что-то — отчаяние? Страх? Мольба?
— Войдите, — тихо сказал он. — Мне нужно вам кое-что показать. Иначе вы не успокоитесь. И... — он запнулся, — возможно, вы сможете мне помочь.
Каждая клеточка тела Анны кричала: «Не входи! Беги! Зови полицию!» Но она переступила порог.
Дверь за её спиной закрылась с тихим щелчком.
Продолжение рассказа читайте тут: https://dzen.ru/a/abCICRwstg-9j1Dn