Часть первая - про челюсть
Кто из нас не подвержен стереотипам? Есть кто-то из читателей, кто с незамутнённым взглядом может выдать «Вот я – сам
капитан Объективность!»? предвзятый хоть в чём-то подход может касаться какой угодно сферы человеческой деятельности. Но мы в своём несколько шутливом исследовании коснёмся такой темы, как фенотип той или иной нации, носительницы языка.
Сразу предупредим – не путать с генотипом! Генотип является плодом развития той или иной человеческой общности на протяжении многих сотен тысяч лет. Если даже не миллиона. Фенотип же, то есть какие-то массовые (это важно!) внешние отличительные признаки, может сформироваться за считанные тысячелетия. Пример – норманнское вторжение на британские острова, а потом и французское – хотя из тогдашней лоскутной Франции в Англию вторгались всё те же норманны. А потом за трансформацию лиц бриттов всерьёз брался язык и его особенности произношения. Не верите? Дескать, как это особенности языка, произношения, могут поколение за поколением менять облик типичного представителя народа? Ну, то есть, формировать тот самый фенотип. Попробуем убедить…
Попробуйте произнести хотя бы английское the? Так, как это рекомендуют преподаватели, учебные фильмы и рисованные иллюстрации. В сочетании the house — [ðə] первая буква/звук в house –согласный читается как звонкий. Что-вообще-то частность, так как обычно [ðə] в the перед согласной читается как глухой начальный звук, и это обеспечивается прижатием языка к альвеолам сразу за передними зубами. И…с неизбежным выдвижением вперёд нижней челюсти. Нет, не утрированно, но всё же такое имеет место быть.
То есть тот, кто берётся за изучение языка всерьёз, быстро понимает (даже без подсказки преподавателя), что в английском есть звуки, начисто отсутствующие в русском. И приходится перед зеркалом упражняться в выставлении положения губ и языка, чтобы фонема прозвучала корректно. Чтобы, например, имя William читалось как Уильям…однако положение губ, тем не менее, должно быть при произнесении первого звука как «W».
Отдельный разговор – дифтонги и удлинённые гласные, применение которых начисто меняет смысл произносимого. Ведь что общего по смыслу между словами full и fool? «Ничего», скажете вы, и будете правы… разве что произношение будет почти одинаковое. Только «полный» читается как [ful], с «u» нормальной краткости. А вот в «дурак» [fu:l] этот звук уже длинный. Ошиблись с его долготой – кого-то оскорбили ненароком.
И что – спросите вы? Так ведь дело в том, что в английском такие звуки, которые нужно произносить вопреки привычной нам фонетики, масса! Те, кто всерьёз берётся за изучение языка, рано или поздно ловит себя на мысли, что по исходу пары часов непрерывных упражнений начинает болеть нижняя челюсть. И язык может чуточку онеметь от непривычных фонем. Англичане же и вообще все англоязычные говорят на этом языке, как только вступают в более или менее сознательный возраст.
В киноэпопее «Освобождение» наши кинематографисты, искавшие актёра на роль У. Черчилля, искали типаж именно с тяжёлой нижней челюстью – при этом пошли даже на сознательное «не совсем сходство» с прототипом, ведь у настоящего герцога Мальборо лицо всё же не «дотягивало» до стереотипного английского. Взяли на роль нашего актёра Юрия Дурова – и попали в десятку! Сэр Уинстон в его исполнении, с этакой бульдожьей челюстью, был весьма убедительным!
К чему мы это? Да к тому, что год за годом, десятилетия, а потом столетия и тысячелетия постепенно, по микрону изменялись «типичное» расположение лицевых мышц и костей. Делая лица близким к квадрату и выдвигая нижнюю челюсть чуточку вперёд. В «Саге о Форсайтах» у Голсуорси мажорка Марджори говорит про старого Сомса: «А, это тот старик, на челюсть которого можно вешать чайник?» Точно, хотя и хамски. А можно ещё вспомнить мульт «Вокруг света за 80 дней», где у главного героя тоже как раз такой же мощный, выдающийся во всех смыслах, подбородок.