Дом достался мне от бабки в наследство. Стоял он на отшибе деревни, прямо у старого кладбища. Деревня та давно вымерла — молодежь уехала в город, старики переставились. Осталось пять дворов, да и те только летом открываются, когда дачники наезжают. А дом бабкин стоял крепко. Бревна темные, ставни резные, печь огромная. И кладбище сразу за огородом — через плетень перелезть и ты уже среди крестов. — Не ездил бы ты туда, — сказал Серега, когда я собирал вещи. — Места там глухие. Да и бабка твоя... странная была. — Чем странная? Серега пожал плечами. — Говорили, она с теми разговаривала. С кем не надо. Я только отмахнулся. Городской, циничный, в приметы не верю. Приехал я в конце августа. Тишина стояла звенящая. Только ветер шуршал в ветлах, да иногда каркала ворона. Дом встретил запахом сухих трав и старой мебели. На подоконниках — засохшие букеты зверобоя, под порогом — подкова, на чердаке — веники из полыни. Бабка явно серьезно относилась к защите. Первую ночь спал как убитый. Устал с