В год своего 35-летия Музей Мирового океана получил дом, о котором его коллектив мечтал с первых дней. За это время музей, как и полагается, собирал, восстанавливал и сберегал. Сначала корабли, а затем здания, признанные памятниками архитектурного наследия, и территории вокруг, встав тем самым на одну ступень с градообразующими организациями Калининградской области.
Однако «Планета Океан» по праву считается самым амбициозным проектом музея. Его уникальность заключается не только в архитектурном облике, но и в экспозиционном наполнении. Здесь залы с аквариумами соседствуют с академическими коллекциями, а современные интерактивные экспонаты позволяют получить научные знания в оригинальной форме. О том, как возник и был реализован этот уникальный проект, рассказывает основатель и президент Музея Мирового океана Светлана Геннадьевна Сивкова.
– Светлана Геннадьевна, 35 лет назад, когда зарождался Музей Мирового океана, вы представляли себе «Планету Океан»? – У каждого музея должен быть «дом», где разместятся фонды, появятся выставки и экспозиции. У нас же было с точностью до наоборот. Мы были музеем без дома.
– Но с кораблем!
– Корабль был настолько разрушен, что находиться на нем было невозможно. Мы, конечно, понимали, что восстановим научно-исследовательское судно «Витязь», но были и совершенно другие предложения: не нужно заниматься им всерьез – покрасьте в белый цвет, вставьте иллюминаторы, двери, сделайте палубу, но никого на борт не пускайте. Это было предложение мэрии города. Конечно же, это был не наш вариант. Имея научное судно, которое предстояло долго восстанавливать, мы мечтали о доме. Это была даже не мечта, а простая необходимость. И нашим первым домом стало разрушенное еще войной здание судоходной компании, вокруг которого в 2002 году выстроили Главный корпус. Постепенно, шаг за шагом, восстанавливали набережную. При этом музейный флот пополнялся: подводная лодка, НИС «Космонавт Виктор Пацаев»ледокол «Красин»… И снова разрушенное здание – Королевские ворота. А затем и Фридрихсбургские, пакгауз. Музей рос, росло и желание реализовать крупный проект – построить новый большой дом. Были разные проекты, но они не устраивали нас и Министерство культуры. И вот, наконец, мы при полном отсутствии денег провели в 2011 году международный конкурс. В это время имя музея стало работать на нас. Конкурс получился большой, и жюри было очень серьезное: и калининградские специалисты, и ведущие архитекторы Москвы, Санкт-Петербурга, Литвы, Польши.
– Значит, и проекты были серьезными. Что предлагали архитекторы? Интересно, что могло быть на месте «Планеты Океан»?
– Мы в то время работали с выдающимся московским архитектором Андреем Боковым. Вместе с архитектором музейных экспозиций Евгением Розенблюмом он предложил грандиозный футуристический проект: то ли акула, то ли подводная лодка, занимающая не только всю территорию нынешней «Планеты Океан», но доходящая до Главного корпуса, из которого должен был быть стеклянный переход на НИС «Витязь».
Были и другие интересные проекты. Например, огромная стеклянная волна архитектора Ли, а также элегантные, в стиле старого города. Но жюри остановилось на варианте «Планеты Океан». Правда, потом нас местные краеведы критиковали за большой объем здания. Однако на этом месте находились высотные склады исторического района Ластадие.
Председатель жюри Сергей Гнедовский, заслуженный архитектор РФ, сразу настаивал на этом проекте. Он сказал, что именно это здание нужно строить, потому что оно абсолютно точно отвечает названию «Музей Мирового океана». Однако было страшно подумать, как мы будем его реализовывать.
Проект здания «Планета Океан» был сделан петербургским архитектором Олегом Романовым.
– Этот проект предусматривал объединение всех элементов музейной набережной?
– Изначально архитекторам, по условиям конкурса, нужно было соединить всю набережную, но участники сосредоточились только на одном здании и объединить все не смогли. Был только один объект – шар, жюри его приняло единогласно. А когда начали делать проект с компанией «ВиПС», я попросила их архитектурно соединить всю эту территорию зданиями в виде кубов. Это самая простая форма, не надо ничего придумывать. Так, у подводной лодки Б-413 появился куб воды «Северный Ледовитый океан», потому что она из Североморска, у НИС «Витязь» – «Тихий океан», потому что оно работало в основном в Тихом океане. Появился образовательный центр «ОКЕАНиЯ» – «Индийский океан», такой теплый – для детей. А сама «Планета» лежит в Атлантическом океане. Вообще, этот проект и экспозиция отличаются тем, что они построены по сценарию, везде есть смысл, все абсолютно продумано и взаимосвязано.
– А что касается внешнего вида, то сразу предполагалось такое решение – будто вид из космоса?
– Было много вариантов внешнего вида «Планеты Океан», но, конечно, самый верный – голубая, какой ее видят из космоса. Поэтому мы получили разрешение на использование фотографий NASA и Роскосмоса с изображением облачности над поверхностью планеты. Эти фотоснимки и были нанесены на стекла корпуса. Выбирали и стекла, и варианты печати: на поверхности или между стекол. На мой взгляд, получилось идеально – печать сделана на стекле белым, как облака. И когда вечером на корпус падает свет, он отражается в облаках. Если бы они были запечатаны между стеклами, было бы зеркальное отражение.
– Помните ли вы день, когда началось строительство? Как это было?
– Все было не так быстро, сначала долго велись археологические раскопки, найденные предметы поступали в фонды. Мощное впечатление произвело даже не то, что мы наконец залили плиту. А вот когда начали забивать шпунт для того, чтобы отгородиться от воды, волнение было невероятное! Постоянно велись наблюдения за состоянием соседних домов, поставили сотни маячков – в подъездах, трещинах. Все время осматривали теодолитами, как идут работы, что происходит с грунтом. Это была гигантская работа! Но самых сильных впечатлений было два. Первое – когда установили серповидные колонны. Остов будущего корпусабыл похож на Ноев ковчег. Вот тогда стало понятно, что строится именно корабль. А второе – это, конечно, когда завершилось остекление. Поздно вечером я выходила с «Ирбенского», на стройке светил прожектор, и «Планета Океан» показалась огромной Луной, спустившейся на набережную.
«Планета Океан» развернута так, что, если смотреть на нее со стороны ленты Мёбиуса, можно точно увидеть Гринвич – он идет прямо от входа. Мы это показываем. И по изображению облачности можно понять, что это именно Атлантический океан.
– Как появился сценарий экспозиционного пространства будущего корпуса?
– Идеи создания экспозиций были очень разные – от философских и мифологических до строго научных. Была идея и совсем детского музея. Но на самом деле наша Набережная исторического флота подсказала, что мы строим «корабль».
– Светлана Геннадьевна, кто был рядом, вдохновлял и поддерживал?
– Семья, коллектив музея, с Виктором Леонидовичем Стрюком, моим заместителем по науке, мы были близкими друзьями, хорошо работали вместе. Конечно, друзья. Их много. От уровня Алексея Леонова, Федора Конюхова, Михаила Швыдкого, Александра Городницкого, Анатолия Сагалевича, Натальи Дементьевой, командующих флотами, ученых, академиков, писателей. В следующем году отмечается 80-летие Калининградской области. И сейчас идет обсуждение выставки, посвященной тем, кто восстанавливал и строил город. «Сделано в России» – так предложила назвать выставку, которая расскажет о нас самих, о музее, потому что мы тоже строили этот город, сделали для него огромный музей и сделали это своими руками с нуля, не имея никакого объекта, никакого здания, в котором мы бы разместились. И, возвращаясь к первому вопросу, скажу, что о «доме» мечтали с самого начала, и проектов было много. Все эти проекты обязательно представим на выставке.
Самое главное было найти эту нить: мы – музей кораблей, и наш новый корпус – тоже научно-исследовательское судно – «Планета Океан». Здесь мы представляем результаты исследований океана. И поэтому появились лаборатории и палубы. Все очень красиво выстроилось – от трюма до капитанского мостика. И этот корабль всегда будет развиваться. Будут новые проекты – взрослые, детские, научные, философские. Однако главная его задача – освещать экологические проблемы. Мы научились плавать, как рыбы, летать, как птицы. Осталось научиться жить, как люди. Мы должны побеспокоиться о том, чтобы неожиданный взмах крыла бабочки не привел к непредсказуемым последствиям на нашей планете.