Эту история произошла более восьмидесяти лет назад, а рассказал мне ее мой дед, который и был непосредственным ее участником…
… Иван был призван в армию в 1944 году. Служил он в западной части страны, в тех местах, где совсем еще недавно проходила линия фронта. Местность была лесистая – в труднодоступных ее уголках все еще скрывался недобитый враг и его пособники. Для ликвидации вражеских групп были созданы специальные отряды: часто для подобных операций привлекались и новобранцы из местной воинской части. Иван вместе со своими сослуживцами участвовал в «прочесывании» лесных массивов, несколько раз побывал в скоротечных боях. Нашли несколько схронов с оружием, один из которых оказался заминированным: при взрыве погибли два молодых бойца и еще несколько человек получили ранения.
Чаще всего схроны представляли собой капитально сделанные землянки – глубокие, со стенами, укрепленными досками или бревнами. Сверху они были практически незаметны – так тщательно их маскировали. Оружие лежало в ящиках, завернутое в брезент. Найти такие землянки помогали опыт командиров и охотничьи навыки некоторых солдат – они с легкостью «читали» практически незаметные в траве следы, могли определять их направление и даже примерное время их появления.
В землянках, помимо оружия, находили золотые и серебряные украшения, посуду, однажды обнаружили несколько ящиков столового серебра. Все найденное тут же описывалось и сдавалось: за утайку хотя бы одного изделия следовала неминуемая тюрьма, а, если хищения были в серьезных объемах – расстрел. Рассказывали и про такие случаи… Это было награбленное добро, возможно, даже, что еще со времен революции и гражданской войны что-то оставалось…
Очередной схрон был обнаружен, вовсе, и не в лесу, а в помещении двора одного из деревенских домов. За этим домом давно уже было установлено наблюдение, так как по ночам к жившей в нем семье приходили какие-то люди. Вскоре была проведена операция по их задержанию, и, действительно, хозяева дома оказались связаны с одной из банд, скрывавшейся в лесу, и постоянно передавали в ее ряды пищу и различную информацию. Для проведения осмотра дома и всех хозяйственных построек, в помощь милиции, снова были привлечены солдаты из воинской части, в число которых вошел и Иван.
Как он рассказывал, хозяйство было крепким. Семья держала двух коров, восемь овец, по подворью ходили куры. В двух местах стояли стога сена – с ними провозились очень долго, посчитав, что именно в них или под ними может быть что-то спрятано. Все сено пришлось перекладывать с места на место – вот когда пригодились солдатская сила-то! Очень внимательно «прозвонили» миноискателем открывшуюся под ними землю, прощупали ее штыками, но так ничего и не обнаружили.
Спустились в подполье из кухни дома – тоже ничего не нашли, так же внимательно обследовав все миноискателем. Результатов не дал и обыск чердака и двух сараев: оставалось лишь осмотреть двор. Около дома стояла колхозная телега, в которую солдаты складывали весь хозяйственный инвентарь – лопаты, вилы, мотыги, сбрую и прочее добро, которое уже никогда не понадобится бывшим хозяевам. Уже начали перевозить на колхозный двор и сено, подогнали еще одну телегу для дров из поленницы.
Именно под поленницей и нашли то, что искали. Один из солдат первым обратил внимание на низкий ее край с одной стороны – было похоже, что тот угол часто разбирали, при этом, аккуратно потом все складывая на место. Под поленницей оказался деревянный пол и, в нем, даже в полутьме двора, отчетливо выделялась крышка на петлях - лаз в еще одно небольшое подполье. Когда крышку, после ее осмотра сапером, подняли, то увидели, что в подполе было оружие – на полатях лежали несколько пистолетов и автоматов, в ящиках - упаковки с патронами к ним. В сумках, сложенных на столе, обнаружили десятки тысяч советских рублей и немецкие банкноты и рейхсмарки. Еще в двух ящиках, самых больших, оказались консервы.
Все найденное, как и прежде, подлежало описи. Когда все было вынесено, груженую подводу отправили под охраной в милицию, а Ивана, и еще двоих солдат, под присмотром лейтенанта, оставили в этом же доме до приезда еще одной подводы. Поскольку делать было нечего, все расселись на лавки или пеньки для колки дров, которые стояли около стены, и, беседуя, попутно осматривали помещение двора. В основном, все уже вынесли, лишь кое-где, на стенах, висели старая хозяйская одежда и корзины. В одном углу двора стояли связанные удочки – длинные ореховые прутья, на волосяных лесках которых болтались перьевые поплавки. Среди удочек стояли еще какие-то деревянные колья и металлическая труба. Друг Ивана, будучи рыбаком, предложил удочки забрать с собой – около воинской части протекала небольшая речушка, на берегах которой иногда сидели рыбаки.
Солдаты вынесли из двора удочки и стали проверять на прочность лески, а Иван, как он сам потом рассказывал, не зная зачем, взял ту самую, стоящую у стены, трубу, и сразу же почувствовал несоизмеримую с размерами, ее тяжесть. Вынеся трубу из полумрака помещения, он увидел, что на ее торцах имеются металлические крышечки, и они – навинчены на трубу по резьбе. Иван, держа трубу в руке, открутил нижнюю крышку и, вдруг, серебряным дождем из трубы на землю посыпались монеты! Их было несколько сотен: так вот почему труба такой тяжеленной оказалась! Все монеты были польскими – серебряные злотые. Лейтенант приказал монеты не трогать, и оставить все, как есть.
Вскоре прибыли долгожданные подводы, и милиционеры, приехавшие с колхозниками, недоуменно уставились на солдат, сидящих на пеньках с удочками перед горкой серебряных монет…
Через несколько дней личный состав части построили на плацу, и ее командир перед всем строем объявил благодарность каждому, кто участвовал в обезвреживании банды, особенно отметив моего деда Ивана за внимание и бдительность – ведь именно он-то и нашел трубу, набитую монетами…
… Когда я спрашивал деда – а что стало с теми монетами, он отвечал, что больше их никогда не видел. Как сдали их сразу в милицию, так на том та история и закончилась. Монеты эти были польскими и, несмотря на близость границы с Польшей, он не мог ответить, насколько ценной оказалась та находка, и что можно было в то время на эти злотые купить.
Самой лучшей наградой за находку в то тяжелое время оказалась простая благодарность от начальства без всякого денежного поощрения или отпуска...
... Вообще, рассказы о монетах, спрятанных в трубы, я слышал уже не один раз. В этих историях речь идет то о Николаевских золотых червонцах, то - о серебряных рублях Александра или Екатерины II. В принципе – почему бы и не хранить сбережения таким образом, да еще в такие времена, когда нападение или обыск возможны? Наверное, те, кто спрятал монеты, в своих действиях исходили из того, что, если научены люди искать схроны в нишах стен и чердака, в подполье, под стогами сена и прозванивать землю миноискателем, то, скорее всего, им и в голову не придет подбирать или осматривать валявшиеся трубы или что-то подобное – ведь и дед-то всегда говорил, что чисто случайно и, сам не зная, зачем, ее поднял…
Еще одна история про клады:
А здесь про очистку водоемов - одно из главных мероприятий последних лет: