Телефон в руке. Номер свекрови. Эдуард на работе — не узнает.
Ксения нажала «вызов».
— Алло? Ксенечка?
— Мама. Расскажите мне про сны.
Пауза.
— Про какие сны, детка?
— Про те, что вы рассказываете Эдику. Хочу услышать лично.
Тишина. Потом — шорох. Римма поправляла что-то. Платок? Волосы?
— Это же просто сны... Я не контролирую...
— Сто пятьдесят снов. Только про измены. Удивительное подсознание.
Римма молчала.
Ксения улыбнулась. Впервые за долгое время.
— Теперь моя очередь.
Эдуард положил телефон на стол. Экраном вниз.
Ксения заметила. Конечно, заметила. За столько времени научилась читать каждый его жест. Телефон экраном вниз — значит, звонила мать.
— Всё нормально? — спросила она.
— Да. Мама.
Два слова. И пауза. Та самая, которую Ксения знала наизусть.
Он встал, прошёл к окну. Смотрел во двор, но видел явно не детскую площадку.
— Ей опять что-то приснилось? — голос Ксении прозвучал ровнее, чем она ожидала.
Эдуард обернулся.
— Откуда ты...
— Эдик. Со свадьбы каждый раз одно и то же. Она звонит, ты становишься другим. Думаешь, не вижу?
Он не ответил. Потом:
— Это просто сны. Она не контролирует.
Ксения встала. Подошла к нему.
— Что на этот раз?
— Ничего.
— Эдик.
Долгая пауза. Он всё ещё смотрел в окно.
— Ты и какой-то мужчина. В кафе. Он обнимает тебя.
Ксения не ответила. Снова. Уже не первый раз. И не десятый.
Всё это время — с того звонка, когда Римма впервые сказала сыну про «странный сон» — Ксения чувствовала, как что-то меняется. Сначала незаметно. Потом — всё очевиднее.
Эдуард начал проверять её телефон. Сначала украдкой. Потом — открыто.
— Кто это звонил?
— Коллега.
— Какой коллега?
— Антон из отдела продаж. Эдик, ты же знаешь Антона.
— Знаю.
Но взгляд — недоверчивый. И вопросы — каждый день.
Ксения привыкла. Нет, неправда. Не привыкла. Смирилась. А это разные вещи.
Однажды она спросила:
— Ты мне не веришь?
— Верю.
— Тогда почему проверяешь?
Эдуард замолчал. Потом:
— Дыма без огня не бывает.
Она запомнила эту фразу. И то, как захотелось выйти из комнаты.
***
Римма звонила стабильно. Два-три раза в месяц. Иногда чаще.
— Сынок, такой странный сон...
— Мам, опять?
— Я не специально. Ты же знаешь, я не контролирую. Но так реалистично было... Твоя жена... с каким-то мужчиной... высокий такой...
Эдуард слушал. Сначала смеялся. «Мам, это бред». Потом — перестал смеяться. Потом — начал думать.
А Ксения видела результат. Видела, как после каждого звонка муж становился чуть более напряжённым. Чуть более подозрительным. Чуть менее — её мужем.
Она пыталась говорить с ним.
— Это манипуляция. Ты понимаешь?
— Мама меня любит.
— Не спорю. Но любовь не исключает манипуляцию.
Он качал головой. Не верил. Или не хотел верить.
Римма была мастером. Никогда не говорила прямо: «Твоя жена тебе изменяет». Нет. Только сны. Только «мне показалось». Только «наверное, ерунда, но так реалистично...»
И каждый раз — новая деталь. Высокий. В кафе. Обнимает. Целует. Смеётся.
Ксения не знала, откуда Римма брала эти детали. Наверное, из головы. Из страха. Из ненависти. Из желания вернуть сына — себе.
***
Прошёл ещё месяц. И ещё.
Эдуард начал вести дневник. По совету друга — психолога. «Записывай тревожные мысли. Потом перечитаешь — увидишь закономерности».
Он записывал. Каждый вечер. Иногда — ночью, когда не мог уснуть.
«Мама звонила. Рассказала сон. Ксения и мужчина в парке. Он держит её за руку».
«Опять сон. Ксения в машине с кем-то. Мама говорит — чёрная машина, дорогая».
«Звонила мама. Сон про Ксению и коллегу. Антон? Мама сказала — высокий».
Страница за страницей. Месяц за месяцем.
Ксения не знала про дневник. Эдуард прятал его в ящике стола, под бумагами.
А Римма продолжала. Усиливала. Видела результат — и добавляла подробностей.
— Сынок, такой яркий сон... Она стояла в подъезде. С мужчиной. Он гладил её по щеке...
— Мам...
— Я знаю, это ерунда. Просто рассказываю. Ты же мой сын, кому ещё...
И Эдуард слушал. Впитывал. Превращал в ревность.
***
В тот вечер Ксения задержалась на работе. Обычное дело — квартальный отчёт, дедлайн, суета.
Позвонила мужу.
— Буду позже. Часа через два.
Молчание.
— Эдик?
— С кем ты там?
Ксения закрыла глаза. Пальцы нашли резинку на запястье. Сняла. Надела. Сняла.
— С коллегами. С теми же, с кем всегда.
— С Антоном?
— Антон в отпуске. Эдик, что происходит?
— Ничего. Просто спросил.
Связь оборвалась. Он положил трубку первым.
Ксения приехала домой через три часа. Эдуард сидел в гостиной. Дневник — на коленях. Открытый.
Она остановилась в дверях.
— Что это?
Он поднял голову. Лицо осунувшееся.
— Дневник. Веду давно. Психолог посоветовал.
— Зачем?
— Тревожные мысли. Чтобы видеть закономерности.
Ксения подошла. Посмотрела на страницу. Почерк Эдуарда — крупный, торопливый.
«Мама звонила. Сон. Ксения с мужчиной в кафе».
Перевернула.
«Мама звонила. Сон. Ксения целуется с кем-то».
Ещё страница.
«Мама звонила...»
И ещё.
«Мама звонила...»
Ксения листала. Страница за страницей. Месяц за месяцем. Почти каждая запись начиналась одинаково.
Она закрыла тетрадь. Не сразу.
— Эдик. Ты это видишь?
Он молчал.
— Каждая запись. Почти каждая. «Мама звонила». А потом — ты подозреваешь меня.
Тишина. Только часы тикали на стене.
— Это закономерность. Ты же должен видеть.
Эдуард смотрел на дневник. Потом — на жену. Потом — снова на дневник.
— Она просто рассказывает сны...
— Сто пятьдесят снов. За всё это время. И во всех — я изменяю. Ни разу — другой сон. Ни разу — про погоду, про работу, про детей. Только про измену. Твоей жены. Тебе не кажется это странным?
Он не ответил.
Ксения села рядом. Взяла его руку.
— Эдик. Посмотри на меня. Я ни разу. Ни разу со свадьбы. Ты это знаешь. Где-то внутри — знаешь.
— Дыма без огня...
— Нет. Дым есть. Но огонь — не у меня. Огонь — у твоей матери.
***
На следующий день Ксения позвонила Римме.
Не предупредила Эдуарда. Не советовалась. Просто взяла телефон и набрала номер.
— Алло? Ксенечка?
Голос свекрови — ласковый, как всегда. С придыханием.
— Мама. Расскажите мне про сны.
Пауза. Долгая.
— Про какие сны, детка?
— Про те, что вы рассказываете Эдику. Хочу услышать лично.
Тишина на том конце.
— Я не понимаю...
— Понимаете. Те сны, про мои «измены». Которые вы видите два-три раза в месяц. Уже столько времени. Хочу послушать сама.
Римма не отвечала. Ксения слышала, как свекровь дышит — часто, неровно.
— Это же просто сны... Я не контролирую...
— Сто пятьдесят снов. Только про измены. Удивительное подсознание.
— Ксенечка...
— Мама. Сколько можно?
Римма всхлипнула. Или сделала вид.
— Я же не специально... Это сны... Я не выбираю, что мне снится...
— А я выбираю. И я выбираю — больше не молчать.
Ксения положила трубку.
***
Эдуард узнал о звонке вечером. Ксения рассказала сама.
— Ты позвонила моей матери?
— Да.
— Зачем?
— Потому что ты не мог. Или не хотел.
Он сел на диван. Тяжело, как будто постарел за день.
— Она плакала. Звонила мне. Говорила, что ты её оскорбила.
— Я спросила про сны. Это оскорбление?
Молчание.
Ксения подошла, села рядом.
— Эдик. Открой дневник. Любую страницу. И скажи мне — это нормально?
Он взял тетрадь. Открыл наугад.
«Мама звонила. Сон. Ксения выходит из машины мужчины. Чёрная ауди».
Перевернул.
«Мама звонила. Сон. Ксения обнимает кого-то в парке».
Ещё страница.
«Мама звонила...»
Он закрыл дневник. Резко.
— Почему я раньше не видел?
— Потому что не хотел. Потому что это твоя мать.
— Но... зачем? Зачем ей это?
Ксения пожала плечами.
— Спроси у неё.
***
Эдуард заблокировал номер матери. В тот же вечер.
Не сразу. Долго сидел с телефоном. Смотрел на экран. Листал старые сообщения.
«Сынок, мне приснилось...»
«Эдик, такой странный сон...»
«Сыночек, я волнуюсь за тебя...»
Он заблокировал номер. И положил телефон.
Ксения не сказала ничего. Просто села рядом. Молча.
Месяц прошёл в тишине. Римма писала через других — через сестру Эдуарда, через общих знакомых. «Передай сыну, что я волнуюсь». «Скажи, что мама звонила».
Эдуард не отвечал.
Потом — разблокировал. Через месяц. Позвонил сам.
Ксения слышала разговор. Сидела в соседней комнате, но слышала каждое слово.
— Мам.
— Сынок! Наконец-то! Я так волновалась...
— Мам, послушай. Я перечитал дневник. Все записи. За всё время.
Тишина.
— Каждая моя ревность. Каждое подозрение. Каждая проверка телефона. Всё начиналось с твоего звонка. С твоего сна.
— Эдик, это же просто...
— Сны? Пять лет снов только про измену жены — это не сны, мам. Это атака.
Римма заплакала. По-настоящему или нет — Ксения не знала.
— Я же не специально... Я не контролирую... Это подсознание...
— Удивительное подсознание. Которое столько времени видит одно и то же. Только про мою жену. Только про измену.
— Сынок...
— Я не знаю, мам. Не знаю, зачем ты это делала. Может, хотела вернуть меня. Может, ненавидела Ксюшу. Не знаю. Но это больше не повторится.
Он положил трубку.
Ксения вышла из комнаты. Эдуард сидел на диване. Смотрел на телефон в руке.
— Ты в порядке?
— Нет. Но буду.
***
Прошёл ещё месяц.
Отношения с Риммой изменились. Эдуард звонил матери — раз в неделю. Коротко. Вежливо. Без «снов».
Римма пыталась вернуть прежнее. «Сынок, приезжай один. Посидим, поговорим». Эдуард отказывался. «Только с Ксюшей. Или никак».
Свекровь приняла. Или сделала вид.
На семейном ужине — первом за два месяца — Римма вела себя иначе. Тише. Осторожнее. Без ласковых «Ксенечка», без придыхания.
Ксения смотрела на неё и думала: изменилась? Или притворяется?
Неважно. Главное — Эдуард видит. Теперь — видит.
За столом он взял руку жены. Сжал.
— Прости меня.
— За что?
— За всё. За столько времени. За проверки. За подозрения. За то, что верил ей, а не тебе.
Ксения не ответила сразу. Смотрела на его руку — на своей. На кольцо. На тетрадь, которая лежала дома, в ящике стола.
— Я знаю.
— Простишь?
Она думала долго. Или секунду. Сама не поняла.
— Постараюсь.
Это была правда. Она постарается. Но каждую проверку телефона, каждый допрос, каждый взгляд недоверия — она помнила. И будет помнить.
Эдуард кивнул. Понял.
Римма сидела напротив. Молча поправляла платок на шее. Узел сбился — она никак не могла его завязать.
Ксения смотрела на свекровь. И думала: победа? Может быть. Но какой ценой.
Столько времени. Столько подозрений. Столько ночей, когда засыпала с вопросом: «За что?»
Это не стереть извинениями. Не отмотать назад.
Но можно — идти вперёд. Медленно. Осторожно. Вместе.
Эдуард снова сжал её руку. И Ксения — впервые за долгое время — не отняла.
Если понравилось — подпишись 🤍
Сейчас читают: