Приближался последний месяц учёбы. Для восьмиклассников он ознаменовался целым ворохом самых сложных итоговых контрольных в их жизни. Учителя, по-видимому, ничуть не лукавили, пообещав подготовить ни на что не похожие задания, чтобы ученики продемонстрировали все имеющиеся у них знания, в том числе те, о которых они раньше и не подозревали.
Филипп прочувствовал весь смысл данной фразы, когда понял: предстоящие проверочные работы пройдут для него в отрыве от Стаса. Князьков в начале года выбрал биологию и литературу, и ничто из этого не соответствовало профильным предметам Сенова,занимавшегося дополнительно на физике и обществознании.
Проблема состояла в несистемном подходе Филиппа к изучению точной науки. Шанс на успех напрямую зависел от его личной заинтересованности в той или иной теме, поэтому к концу года знания парня представляли собой лоскутное одеяло, побитое молью.
Заявление физика о необходимости понимания тем по механике, для успешной сдачи контрольной, превратило Сенова в броуновскую частицу. Парню пришлось в срочном порядке постигать ранее заброшенный раздел учебника.
Поначалу, он хотел обратиться за разъяснениями к Стасу, но завидев как друг днюет и ночует в библиотеке среди многочисленных конспектов и нескольких справочников по биологии, отказался от этой затеи.
В школьных учебниках, по мнению Князькова, было сказано непростительно мало про учение Вернадского о биосфере, а парень не собирался полагаться на русский авось в вопросах проверки его знаний.
Со второй профильной контрольной дела у Филиппа обстояли значительно лучше. Дополнительные занятия по обществознанию они посещали вместе с Любашей и по одной только этой причине падать лицом в грязь он не имел никакого морального права. Правда, в качестве не пропускаемого «бонуса» ему теперь приходилось слушать Любашины разборы текстов по английскому языку. Ведь Надюшка, которая справлялась с инязом лучше всех в их дружеском квартете, временно перестала уделять пристальное внимание непрофильным предметам и поэтому сейчас не могла помогать подружке.
Татаринцева в последние месяцы учёбы тщательно занималась в библиотеке, как и Князьков, уделяя особое внимание самому неожиданному сочетанию предметов среди параллели — географии и литературе.
Дружеский квартет был настолько загружен различного рода подготовками, что ребята даже не сразу заметили возвращение Новикова из больницы. Это произошло примерно за неделю до начала итогового апокалипсиса, поэтому учителя проявили к нему максимально возможную лояльность.
Как следствие, Лёша стал единственным из класса, кому не пришлось разрываться на части ради успешной сдачи большинства проверочных работ. Сие было весьма кстати, ведь контрольные беспокоили его сейчас в самую последнюю очередь. Содержательная беседа с сержантом Бабуриным, заявившимся к нему в больницу, заставила Лёшу переосмыслить многое. Охотник после инъекции подробно рассказал о характерных признаках подействовавшей вакцины. Оставил свой номер телефона и попросил позвонить, если парень почувствует себя особенно плохо. Также Бабурин предложил подростку два варианта после полного выздоровления: шанс забыть о случившемся с помощью сотрудников, работающих с неподготовленным населением, и возможность самому стать охотником в будущем. После соответствующей подготовки, естественно.
Лёша с искренним энтузиазмом выбрал второе, руководствуясь желанием защищать родных и любимых людей от потусторонней угрозы. Сержант Бабурин ещё раз объяснил всю серьёзность подобного выбора и в качестве гарантии того, что парень не передумает, дал ему первое важное задание. Поговорить с заражёнными одноклассниками и морально подготовить их к обязательному осмотру в Департаменте. Когда ребята будут готовы к знакомству с учреждением, контролирующим всё сверхъестественное, следовало сообщить об этом Бабурину. А уже он и его коллеги предпримут необходимые меры, чтобы обследовать юных оборотней, назначить им коррекционную терапию и объяснить правила поведения.
Новиков должен был успеть выполнить задание до июня, чтобы попасть на тренировки в Департамент.
Взвесив все за и против, парень решил попросить о помощи у своего друга Левинского. Предварительно рассказав тому все основные моменты разговора с охотником из Департамента.
— Коль, ты можешь поговорить со Стасяном вместо меня? Я не думаю, что смогу не облаять его после всего, что было.
— Допустим, но разве не в этом заключается задание? Встретиться со своим страхом лицом к лицу? - Рассудительно произнёс Коля, скрестив руки на груди. Лёша вспыхнул: - Я его не боюсь! Без своих собачьих бустеров он всё тот же днарь.
— У меня есть идея получше. Помнишь, Филька нам всем накостылял прошлым летом?
Новиков кивнул, не до конца понимая, к чему клонит Левинский.
— Мы можем поговорить каждый со своим оппонентом. Я сам объясню Филу, что такое Департамент и кто там работает. Заодно напомню ему прошлогоднее побоище. Ему придётся засунуть язык в жопу и сидеть тише воды ниже травы. А Стаса можно припугнуть, что ты всё расскажешь его родителям. Он всю жизнь боится разочаровать папочку с мамочкой.
— Бабурин велел мне не раскрывать подобную информацию третьим неосведомлённым лицам. Сначала-то я сам хотел сказать Стасяну то же самое. - Недовольно проворчал Лёша. Левинский самодовольно усмехнулся, подложив под щёку полусогнутую кисть руки. - Но Стас-то об этом не знает! Лёх, у нас сейчас полный карт-бланш. В чём задача заключается? Предупредить блоховозов, что их должны чипировать в самое ближайшее время! А уж как именно мы её выполним — дело десятое.
На том и порешили. Левинский довольно успешно побеседовал с Сеновым, разъяснив лохматому хулигану всю глубину задницы, в которой тот окажется, если не начнёт контролировать свою агрессию. Филипп безо всяких нравоучений знал об учреждении, контролирующем сверхов, от Вани. Искренне недоумевая, как это он до сих пор не попал под наблюдение. И вот оно! Предупреждение от Левинского заставило его понервничать из-за возможного переезда обратно к бабушке с дедом, если отчим узнает про ликантропию пасынка. За два последних года Сенов успел привыкнуть к жизни в большом городе, который стал ему домом. Обрёл обширный круг общения, нашёл лучшего друга в лице Стаса и впервые влюбился. Потеря всего этого сейчас была сопоставима с прыжком в океан с борта горящего самолёта. А так как играть главную роль в «Изгое» Филя не планировал, ему пришлось заверить Кольку в своей полной готовности сотрудничать с особыми проверяющими, лишь бы не потерять то, что ему дорого. Левинский отреагировал на сговорчивость противника в своей фирменной манере.
— Знаешь, Сенов, я кое-что понял за время наших конфронтаций. Первое — насилием ничего не решить, второе — ты бы мог запросто меня грохнуть, но не стал, что достойно уважения, и третье — Любе необходим распиздяй вроде тебя. Это научит её разбираться в людях.
Филипп сердито буркнул: «Вот и не буди спящую собаку — целее будешь».
Колька ухмыльнулся, пожелал Филу удачи с департаментом, и парни разошлись по своим делам.
Лёшка же справился с задачей более изобретательно. Столкнувшись в коридоре с Надюшкой, он решил предупредить её об истинной природе кардинальных изменений в характере её обожаемого Стасика. Но та, к абсолютному шоку волейболиста, давно была в курсе оборотнических выкрутасов кудрявого отличника и, что ещё хуже, не считала его неадекватным. Лёшка вряд ли бы придумал, как вывернуть ситуацию в свою пользу, но тут в разговор вмешался сам Станислав.
— Лёш, оставь её в покое, пожалуйста, и найди себе кого-то своего уровня развития.
— Самокритично. - Ухмыльнулся Лёшка, взглянув на Стаса свысока: - Но я больше не намерен с тобой ругаться. Человек собаке — друг, как-никак.
«Погоди-ка, а он прав! Он не заражён. Как такое могло произойти, в душе не гребу!» - Встрял со своим мысленным комментарием внутренний зверь Стаса, чем спровоцировал аналогичный вопрос уже вслух.
— Так вышло, что пока я лежал в больнице, ко мне приходил человек из особой организации. Там занимаются контролем, отловом и отслеживанием таких, как ты. Некто вроде охотника и милиции в одном лице. Он же меня и вакцинировал от твоей мега-заразной дряни, всё детально объяснив.
- Я подозревал, что должен быть кто-то следящий за такими, как я, но не знал наверняка. Но вакцина... Почему он не пришёл к нам с Филом, когда нас погрызли? Я готов на что угодно, лишь бы снова стать нормальным, если ты можешь рассказать, как.
— Почему вас не лечили, я в душе не знаю. Может, вы уже тогда не стоили спасения? - Самодовольно фыркнул Лёшка, облокотившись о стену.
— Лёш, это низко и подло — манипулировать чувством вины. Ты не видел, что с ним творилось, пока тебя не выписали. Готова поспорить, что никакой вакцины не было. - Вмешалась в перепалку Татаринцева. Волейболист оскорблённо перебил её: «Ты готова ответить за свои слова, мышка? Уверена, что я лгу? В таком случае — вот, смотри», — и, расстегнув рукав, закатал его до локтя, демонстрируя полукруглые следы от уколов:
— Пришлось ходить в департамент целых, мать его, десять дней, чтобы доделать курс вакцинации. Но, как видишь, оно того стоило.
Стас и Надя вытаращились на следы, переглянулись между собой, и девушка не нашла что ответить.
— Но тебе, Стас, этот вариант не светит! А знаешь почему? Потому что ты уже отказался от шанса остаться человеком. О, и кстати, тот работник из Департамента просил передать, что скоро заглянет к тебе домой на разговор. Будь паинькой и не опозорь мамочку.
Надя смачно выругалась на Лёшку и потащила ошарашенного Стаса за собой, уводя молодого человека от нервирующей беседы прочь.
«Знаешь, раньше я считал твоё желание поехать в пансионат идиотизмом, а сейчас готов признать — это неплохая идея» — высказался внутренний зверь.
«Поездка лишь отсрочит неизбежное. Родители будут в ужасе. Нормальная жизнь выйдет в окно с гирей, а Фил меня возненавидит. Это же я не смог справиться с гневом, а его теперь тоже изучат вдоль и поперёк» — горестно размышлял Станислав, почти не слушая щебетание заботливой Надюши, пока они вместе шли домой с занятий.
«Возможно, если ты съездишь в этот свой пансионат и поставишь мозги на место — к тебе будет более лояльное отношение» — предположил подселенец.
«Надеюсь, ты прав. В любом случае отказываться за полторы недели до поездки было бы странно».