В первые мартовские дни хотим рассказать о давно любимых, классических уже формах чайных сервизов Императорского фарфорового завода «Тюльпан» и «Весенняя», а в ожидании праздника 8 Марта – о замечательных женщинах, создавших для нас эту красоту.
И начнем мы, пожалуй, с императрицы Елизаветы Петровны, которая в 1744 году повелела учредить в Санкт-Петербурге Невскую порцелиновую мануфактуру – первую в истории отечественного фарфора. К тому времени дочь прославленного реформатора Петра I уже три года занимала российский трон, страстно желая для родины всего самого лучшего. Изготовленные в 1756-1762 годах на Невской порцелиновой мануфактуре фарфоровые сервизы для Елизаветы Петровны назывались «Собственными». Для личного обихода предназначались небольшие чайно-кофейные сервизы, для парадных обедов – большие, с разнообразными предметами сервировки. Например, «Собственный решетчатый» столовый сервиз включал более 300 предметов и был рассчитан на 25 персон.
Императрица Елизавета Петровна скончалась в 1762 году, через три года Невская порцелиновая мануфактура получила гордое название Императорского фарфорового завода. Впереди было много лет производства произведений фарфорового искусства.
Серафима Евгеньевна Яковлева родилась в деревне Капузово Новгородской губернии в 1910 году, когда до национализации Императорского фарфорового завода оставалось семь лет. В 1935 году как художник-проектировщик пришла работать уже на Ленинградский фарфоровый завод имени М.В. Ломоносова. В 1936 году она разработала для чайных сервизов форму под названием «Тюльпан». Вот его история по воспоминаниям Яковлевой.
«Когда я его делала, он никак еще не назывался, и у меня с ним ничего не ассоциировалось, кроме вращения. Никаких конкретных образов. Мне хотелось сделать дольчатый объем, как будто вы очистили мандарин...». Готовый сервиз увидела скульптор Наталия Яковлевна Данько. Она была старше Яковлевой на 18 лет и до революции успела закончить знаменитое московское Строгановское художественное училище, поработать над скульптурным декором построек известных петербургских архитекторов. А с 1919 года она заведовала скульптурным отделом ЛФЗ. Данько предложила Яковлевой назвать сервиз «Тюльпан». «Мне-то казалось, что в сервизе не так уж много от характера цветка: он – раскрытый, и лепестки не сразу просматриваются. «Но если присмотреться, – сказала Наталия Яковлевна, – то можно увидеть какой-то обобщенный, не очень рельефный, лепестковый символ. И слово «тюльпан» следует понимать не как название цветка, а как символ природы», – вспоминала Яковлева.
Художники по фарфору, работавшие на ЛФЗ, начали осваивать форму «Тюльпан». Например, художник Михаил Николаевич Мох создал роспись «Бахчисарайский фонтан».
Но слава же формы «Тюльпан» связана с именем Анны Адамовны Яцкевич. Уроженка дореволюционного Санкт-Петербурга пришла художником по фарфору на ЛФЗ в 1932 году, а в 1936 году разработала знаменитое клеймо-логотип завода. С началом Великой Отечественной войны завод вместе с его музейной коллекцией изделий эвакуировали. Анна Адамовна, как и некоторые другие мастера, осталась в блокадном Ленинграде: переведенный на казарменное положение завод занимался маскировкой объектов. Из воспоминаний Яцкевич: «На пристани рядом с заводом находился миноносец «Свирепый». Был протянут кабель к нему, на нем теплилась жизнь. Его надо было замаскировать. Растянули сети, развели краски фарфоровые, его замаскировали. Он был закрыт. Ни один снаряд не попал на территорию завода. Он слился с невской водой». Также Яцкевич спасла уникальную архивную библиотеку завода. Позже она получит медаль «За оборону Ленинграда» и орден Красной звезды.
Окончательно блокада Ленинграда была снята 27 января 1944 года. А летом этого же года заводу исполнялось 200 лет. Руководство предложило мастерам и художникам по фарфору создать к юбилею нечто памятное. И Анна Адамовна Яцкевич облекла чайник, сахарницу, сливочник, чайные пары формы «Тюльпан» в рисунок «Кобальтовая сеточка» (сейчас «Коа. Балтовая сетка»). Ленинградцы увидели в нем отголоски блокадных крест-накрест заклеенных окон и скрещенных лучей прожекторов небе. Искусствоведы полагают, что военные впечатления наложились на изучение Яцкевич исторических художественных традиций завода, и называю прототипом рисунок того самого «Собственного решетчатого» сервиза императрицы Елизаветы Петровны.
Анна Адамовна Яцкевич не дожила до присвоения сервизу с «кобальтовой сеточкой» Золотой медали на Всемирной выставке 1958 года в Брюсселе. А в 1969 году сервизу присвоили Государственный знак качества.
Серафима же Евгеньевна Яковлева разработала после войны, в 1949 году, еще одну популярную до сих пор на заводе (снова носящем имя Императорского фарфорового) форму чайных сервизов – «Весеннюю». Она также была удостоена Золотой медали на Всемирной выставке 1958 года в Брюсселе.