Лариса смотрела на монитор домофона, и внутри у нее не дрогнула ни одна жилка. Она узнала этот наклон головы, эту привычку поправлять воротник куртки, даже если куртка была дешевой, из полиэстера, а воротник – засаленным. Виктор. Человек, который десять лет назад ушел, прихватив с собой все накопления и оставив ее разгребать долги его «прогоревшего» мебельного цеха.
Тогда она, молодая оперативница, не стала устраивать скандал. Она просто сделала выводы. Ушла со службы в частную аналитику, закрыла хвосты и вычеркнула его из памяти. Но база данных – штука вечная. Лариса знала о нем все: и про молодую жену, и про новые «схемы» с обналичиванием, и про то, как месяц назад его технично выкинули из доли те самые люди, которых он считал друзьями.
– Пусти пожить, я банкрот! – голос Виктора в динамике дрожал. Это был хорошо отрепетированный надрыв. – Ларочка, мне некуда идти. Квартиру опечатали, счета заблокированы. Ты же не чужой человек.
Лариса нажала кнопку открытия. Не потому, что стало жалко. В голове щелкнул «триггер» начала операции. Фигурант сам пришел в руки, и это был лучший момент для реализации залежавшегося материала.
Через пять минут он уже сидел на ее кухне. В воздухе отчетливо пахло дешевым табаком и застарелым потом страха. Виктор жадно пил чай, стараясь не смотреть Ларисе в глаза. Его янтарный взгляд – когда-то сводивший ее с ума – теперь казался выцветшим и вороватым.
– Они все забрали, Лар. Юлька подала на развод, как только запахло жареным. Сказала, что я ей жизнь испортил. А партнеры... они не просто партнеры. Там серьезные люди, понимаешь? Мне спрятаться надо. На пару недель.
Лариса молча поставила перед ним тарелку с сыром. Она видела, как он косится на ее ноутбук, как оценивает обстановку в квартире. Он не пришел каяться. Он пришел искать новую «кормушку».
– У меня здесь нельзя, Витя, – спокойно произнесла она, заправив прядь черных волос за ухо. – Соседи бдительные, а у тебя вид... специфический. Привлечешь внимание.
Виктор поник, но Лариса сделала паузу, вымеряя каждое слово.
– Но у меня есть дача в Снегирях. Там сейчас никого. Закрытая территория, охрана на въезде. Отсидишься там, пока твои «серьезные люди» не остынут.
– В Снегирях? – глаза Виктора блеснули. Он знал, сколько стоит там земля. – Лар, ты серьезно? Ты меня не сдашь?
– Я похожа на ту, кто сдает своих? – Лариса едва заметно улыбнулась.
Это была правда. Она не сдавала своих. Но Виктор перестал быть «своим» в ту секунду, когда подписал за нее те кредитные договоры в 2014-м.
На следующее утро она отвезла его в Снегири. Дом встретил их тишиной и запахом хвойного леса. Виктор по-хозяйски обошел комнаты, одобрительно хмыкнул, глядя на дорогой камин.
– Спасибо, Лар. Я век не забуду. Вот увидишь, я поднимусь и все тебе верну. С процентами.
– Не сомневаюсь, – ответила она, отдавая ему ключи.
Выезжая за ворота, Лариса достала второй телефон – тот, номер которого не знал никто, кроме пары бывших коллег из «земли».
– Объект на месте, – коротко бросила она в трубку. – Начинайте запись. Коды доступа к камерам я обновила.
– Принято, – ответил сухой мужской голос. – Думаешь, сорвется?
– Он уже сорвался. Жадность – это диагноз, он не лечится.
Лариса посмотрела в зеркало заднего вида. Виктор стоял на крыльце и уже что-то увлеченно печатал в своем смартфоне, который пять минут назад называл «заблокированным».
***
Дача в Снегирях встретила Виктора уютным треском дров в камине и обманчивым ощущением вседозволенности. Лариса уехала, оставив ему холодильник, забитый продуктами, и – самое главное – иллюзию того, что она все та же «надежная гавань», которую можно использовать втемную.
Первые два дня Виктор вел себя осторожно. Он выходил на крыльцо, курил, долго смотрел на высокие сосны, изображая глубокую задумчивость. Но к вечеру третьего дня натура взяла свое. Лариса, сидя в своем городском кабинете, развернула окно трансляции на весь экран. Камеры, замаскированные в датчиках задымления, выдавали картинку в идеальном разрешении.
Виктор сидел в кресле, развалившись и закинув ноги на журнальный столик из цельного дуба. В одной руке у него был стакан с ее коллекционным виски, в другой – смартфон.
– Да, Артур, я закрепился, – голос Виктора в динамиках звучал бодро, без тени той жалкой хрипотцы, с которой он стоял у ее порога. – Дура повелась. Дачу мне подогнала, охрана, все дела. Кредиторы сюда не сунутся, тут въезд только по пропускам. Слушай, у нее тут сейф в кабинете, я видел. На днях попробую подобрать код, она его наверняка на дне рождения или дате нашей свадьбы завязала. Бабы же предсказуемы.
Лариса усмехнулась, пригубив остывший кофе. Виктор всегда считал себя умнее системы, но никогда не понимал, что система – это и есть Лариса.
– Да какой «совесть», Артур? – Виктор хохотнул, и этот звук резанул по ушам Ларисы, как ржавый нож по стеклу. – Она мне еще за 2014-й должна. Если бы не мои схемы, она бы так и сидела в своей пыльной конторе. А теперь – хозяйка жизни. Поделюсь я с тобой, не дрейфь. Как только «обнулю» ее счета, сразу рванем в Эмираты. Она даже не поймет, куда деньги делись, спишет на хакеров.
На экране было видно, как Виктор встал и подошел к книжному шкафу, за которым скрывался сейф. Он начал методично вводить цифры. 15... 09... 86... Дата их знакомства. Мимо. 22... 05... Дата свадьбы. Мимо.
Лариса знала, что он не успокоится. В сейфе действительно лежали деньги – «кукла», подготовленная специально для такого случая. Пачки порезанной бумаги, прикрытые сверху настоящими пятитысячными купюрами. И, конечно, маячок в одной из них.
В это время на второй линии замигал вызов. Звонил Николай – ее бывший коллега, ныне работающий в отделе безопасности крупного банка.
– Лара, твой «пассажир» начал светиться. Он пытается зайти в твой личный кабинет через старый планшет, который ты ему оставила «для связи». Логи зафиксированы, IP-адрес – твоя дача. Мы можем блокировать, или даем ему «уйти»?
– Дай ему зайти, Коля, – тихо сказала Лариса. – Пусть увидит то, что я хочу ему показать. Спецсчет с «миллионами». Пусть заглотит наживку до самого желудка.
– Рискуешь, – хмыкнул Николай. – Если он успеет перевести...
– Не успеет. На счету стоит «заградительный» барьер. Как только он нажмет «подтвердить», сработает протокол безопасности, который он сам и инициирует.
Виктор на экране тем временем победно вскрикнул. Сейф щелкнул и открылся. Он жадно вцепился в пачки денег, прижимая их к груди. В его глазах метался лихорадочный блеск – тот самый, который Лариса видела перед тем, как он разрушил их брак десять лет назад.
Он не знал, что за забором дачи уже припарковалась неприметная темная машина. В ней сидели двое мужчин, которые очень долго искали Виктора по поводу его прошлых «подвигов» с чужими активами. Лариса сама анонимно «слила» им локацию, но с припиской: «Объект будет при деньгах и готов к расчету».
– Алло, Юля? – Виктор набирал номер своей молодой жены, которая якобы его бросила. – Собирай вещи, детка. Я сорвал куш. Старая дура даже не заметила, как я выпотрошил ее заначку. Завтра в порту, в семь утра. И не забудь удалить все переписки!
Лариса закрыла ноутбук. Игра перешла в финальную стадию. Теперь ей нужно было только сделать один звонок, который превратит «триумф» Виктора в его личный ад.
Телефон Виктора на тумбочке звякнул. Сообщение от «Ларисы» гласило: «Витя, я забыла сказать – в доме сработал датчик на сейфе. Охрана уже едет, беги через заднюю калитку в лес, там тебя ждет такси».
Лариса знала: он не побежит в лес. Он бросится к главному выходу, сжимая в руках сумку с «деньгами», прямо в объятия тех, кто ждал его у ворот. Продолжение>>
