Друзья, в нашем реальном мире «все страньше и страньше», как воскликнула вечная Алиса книги Льюиса Кэролла, впрочем, еще не знавшая, что в продолжении её ожидает шахматная доска и путь от пешки до королевы.
Предлагаю и нам вновь склониться над шахматами, дамы и господа: логика, скрытая страсть и упорядоченность этой игры могут и отвлечь, и вернуть ясность мыслей; впрочем, сегодня я собрала для вас довольно странные сюжеты «шахматной живописи». Каждый из них представляет собой своеобразную загадку, каждый принадлежит XIX веку. Надеюсь, скучно не будет.
И первая картина - вот эта.
Английский живописец, искусствовед и мемуарист Джеймс Норткот создал эту загадочную картину в начале XIX века, изобразив трёх персонажей, где двое играют в шахматы, а третий, судя по всему, принадлежит к иной эпохе. Действие разворачивается на фоне театрализованных декораций и допускает различные толкования: два хорошо одетых и внешне похожих друг друга джентльмена разного возраста обдумывают расставленный на доске эндшпиль. Но не шахматисты находятся в центре внимания художника - они одеты в тёмные, неброские цвета, их фигуры растворяются в пространстве картины. Мальчик, тоже схожий чертами с шахматистами, напротив, изображён на ярком красном фоне и одет в костюм золотого цвета с ажурным белым воротником. На него словно направлено «дополнительное освещение» картины, а значит, и наше невольное внимание. Он не проявляет никакого интереса к игре, глядя прямо на зрителя. В левой руке он держит перед собой лист бумаги, покрытый непонятными символами. Указательным пальцем правой этот странный, не по эпохе одетый персонаж скрытно указывает на нечто, находящееся в пределах его досягаемости: на лист бумаги или на человека рядом с ним. Согласно одной из самых популярных версий, три фигуры являются изображением трёх этапов жизни, иными словами, это один и тот же человек в разных возрастах и состояниях ума и души. Мнение это основывается на сходстве лиц и причёсок персонажей, а также на последовательности смены цвета одежды («старение»: от золота через коричневый цвет до серого). Мальчик, по мнению искусствоведов, которые придерживаются этой версии, символизирует современность, он смотрит на зрителя. Взрослый молодой человек находится перед ним, то есть обращён к будущему. Самый старший джентльмен смотрит назад, в прошлое. Ему принадлежит право хода в шахматной партии, представленной на картине. И сюжет, по идее, должен восприниматься как аллегория быстрого хода времени.
Любопытное мнение, но, на мой взгляд, эта версия не объясняет странный костюм мальчика - он, как раз, принадлежит не современности (то есть, не началу XIX века), а совершенно очевидно, прошлому. И что за письмо у него в руках (и это, точно ли, письмо?)? И, кроме этого, разве не слишком свежо и молодо выглядит старший персонаж, чтобы олицетворять «зрелость» и смотреть в прошлое? У этого эффектного мужчины, мне кажется, еще полжизни впереди, как считаете?
Есть еще одно мнение, оно мне нравится больше, но тоже не так уж хорошо объясняет сюжет. Версия гласит, что третий персонаж является не юношей, а девушкой, переодетой в юношу (или которой сознательно приданы андрогинные черты), а в руке у неё не лист бумаги, а веер. Девушка очевидно накрашена (румяна, помада) и играет некую роль (на фоне театрального занавеса) по отношению или в судьбе того, на кого она указывает.
Иными словами, очень интересно, но не очень понятно: специалисты по английской живописи XIX века продолжают выдвигать новые догадки и ломать копья над этим таинственным сюжетом.
Вторым номером у нас идет странная шахматная акварель, у которой, поистине, ужасный автор: её написал безумный убийца. Он же - первый и один из крупнейших представителей викторианской сказочной живописи.
Дадд, сын художника и мастера резьбы по дереву, рано проявил способности к рисованию, и был вполне успешен творчески. Его работы на мифологические и фантастические сюжеты пользовались большим спросом. В 1842 году художник участвовал в экспедиции по Греции и Ближнему Востоку, где в декабре, плывя по Нилу, пережил душевный переворот — почувствовал себя воплощением египетского бога Осириса (происшедшее сочли солнечным ударом). После возвращения, из-за новых галлюцинаторных приступов, он был признан душевнобольным и отдан на попечение семьи. В августе 1843 года, увидев в своём отце воплощение дьявола, Дадд убил его, перерезав ему горло и добив ударом ножа в грудь, и направился в Париж; по пути он пытался убить (или убил) ещё одного человека, спутника по дилижансу, был схвачен парижской полицией и признался в отцеубийстве. На допросе Дадд заявил, что едет в Вену, чтобы убить там австрийского императора, ещё одной будущей своей жертвой он назвал папу римского. Свои действия он объяснял волей бога Осириса.
Дадда поместили в печально известный «Бедлам», где, однако, позволили продолжать заниматься живописью и где безумный художник создал десятки крайне интересных картин.
«Детская задача» — одна из самых тревожных картин художника. Бабушка главного героя (судя по её лицу — суровая и жёсткая женщина) дремлет в кресле, в то время как маленький мальчик, с безумным лицом испуганного, но смертельно опасного сумасшедшего, смотрит в пустоту поверх шахматной доски на столе перед ним, тем не менее протягивая руку, чтобы сделать ход. Он не настолько высок, чтобы увидеть пространство стола дальше шахматной доски, да и её положение лишь ненамного ниже уровня глаз мальчика, что делает игру в шахматы практически невозможной.
Еще момент, которого мы не понимаем, но который, однозначно, считывали современники: тема противостояния чёрного и белого цвета на шахматной доске отражена также в противостоянии картин на стене. Это настоящий (а не модный, по нынешним временам )протест против рабовладения. Перед нами - растиражированное в Англии того периода изображение чёрного раба в кандалах, обращающегося с молитвой к небесам (тема эта была актуальна в семье Дадда, последовательных противников рабства), и мраморной скульптуры в центре наверху. В центре акварели, на столе - нож. Сюжет и художественные намерения автора так и не истолкованы до конца, но впечатление, как мне кажется, не только загадочное, но и жуткое.
И последняя на сегодня, совершенно иная, но тоже странная картина.
Дамы и господа, перед вами - сюжет из истории дворцовых переворотов в Дании II половины XVIII века. На картине представлен эпизод правления психически больного короля Кристиана VII, показывающий близкие отношения его фаворита, немецкого дворянина Иоганна Фридриха Струэнзе, и его супруги — королевы Каролины Матильды. Струэнзе был назначен сопровождать в заграничном путешествии молодого короля Кристиана VII в качестве врача (болезнь короля была уже очевидна, но на морское путешествие надеялись как на лекарство). Образование, ум и светские манеры Струэнзе очаровали короля, и в 1770 году в руках фаворита оказалась высшая государственная власть, которую он использовал для проведения либеральных реформ. Струэнзе было предоставлено право издавать от имени короля указы (якобы передаваемые ему королем устно); указы эти скреплялись печатью тайного королевского кабинета, главой которого был Струэнзе. Кристиан VII был совершенно равнодушен к супруге, и восемнадцатилетняя королева стала любовницей Струэнзе. В 1771 году родилась её дочь Луиза Августа, отцом которой считали фаворита.
Датский художник Кристиан Сартман написал, век спустя, королеву и Струэнзе, коротающих время за игрой в шахматы, в то время как король дразнит попугая, являющегося традиционным символом легкомыслия. Каролина Матильда размышляет над ходом в партии, Струэнзе пристально смотрит на королеву. Заметно скрытое психологическое напряжение в отношениях между персонажами, которое должно привести к кровавой развязке. В женщине, стоящей за столом с шахматной доской и недовольно взирающей на королеву и её любовника, сразу узнали мачеху короля, Юлиану Марию Брауншвейг-Вольфенбюттельскую - ту, кто вскоре организовала арест и казнь Иоганна Фридриха Струэнзе в 1772 году. Королева с шестимесячной дочерью Луизой была арестована и заключена в крепость; затем по приговору особой комиссии она была разведена с мужем и выслана в Ганновер, где вскоре умерла. А мачеха короля стала регентом .
Картина была создана к столетию казни Струэнзе - и вызвала огромное беспокойство при датском королевском дворе. Художнику несколько раз делали предупреждения об «осторожности», пытались анонимно выкупить полотно за крупную сумму, без сомнения, с целью уничтожить или надежно скрыть эту работу. Недовольство правящей семьи возбудило изображение развязно развалившегося на диване короля. На самом деле, напуганный повышенным вниманием королевской семьи к картине художник предельно деликатно изобразил безумного Кристиана VII, известно, что его болезнь подвигла его на такие выходки, описание которых не одобрит и Дзен, а не только потомки несчастного сумасшедшего.
Написанная в стиле нового рококо и наполненная скрытыми символами и намеками, эта шахматная картина не очень хорошо поддается подробному истолкованию сюжета, и потому я решила включить её в сегодняшнюю подборку.
На этом у меня все, надеюсь, друзья, вы не скучали, и я сумела рассказать вам что-то новое.
И продолжение следует…