Салон машины пах кожей и его одеколоном — тем самым, который Юля помнила по их ночам в Турции. Запах ударил в голову сильнее любого коктейля. Она сидела на пассажирском сиденье, вцепившись в ремень безопасности, и смотрела прямо перед собой.
Сергей молча вырулил со стоянки, влился в поток машин. Несколько минут они ехали в полной тишине, только двигатель тихо урчал да дворники шуршали по стеклу — снова начался мелкий противный дождь.
— Ты голодная? — спросил он наконец.
— Нет.
— Замерзла?
— Нет.
— Юля, — он выдохнул с раздражением. — Не надо со мной как с чужим.
— А ты со мной как с чужой весь день, — она резко повернулась к нему. — Ты знаешь, каково это? Сидеть напротив человека, с которым ты... с которым было всё, и делать вид, что мы едва знакомы?
Сергей сжал руль так, что побелели костяшки.
— Думаешь, мне легко? — глухо спросил он. — Думаешь, я не хотел подойти, обнять, спросить, как ты? Я каждую минуту об этом думал.
— Но не подошел.
— Не мог.
— Потому что боишься за свое кресло, — с горечью сказала Юля.
— Потому что боюсь за тебя! — он резко свернул к обочине и остановился. — Чёрт возьми, Юля, неужели ты не понимаешь? У нас корпоративная этика, мать её. Если узнают, что у начальника роман с подчинённой, пострадаешь именно ты. Тебя выставят первой, а мне сделают выговор. И ты останешься без работы, а я без тебя, потому что ты меня возненавидишь.
— Я тебя уже ненавижу, — тихо сказала Юля.
Сергей замер. Медленно повернул голову и посмотрел на неё. В его глазах было столько боли, что у неё сердце перевернулось.
— Правда? — спросил он одними губами.
— За то, что исчез, — она чувствовала, как к горлу подкатывает ком. — За то, что не позвонил. За то, что я месяц думала, что ты просто красивая сказка, которую я придумала. За то, что ты появился снова и снова делаешь мне больно.
— Юленька, — он потянулся к ней, но она отшатнулась.
— Не трогай. Объясни лучше. Почему ты не звонил? Испугался, что я охотница за деньгами? Решил, что курортный роман не стоит продолжения?
— Нет, — он убрал руку, провёл ею по лицу. — Я боялся, что ты не захочешь меня видеть. Думал, для тебя это была просто интрижка. А я... я влюбился, Юля. Как мальчишка влюбился. И не знал, что с этим делать.
Она смотрела на него и не верила. Он — влюбился? Сергей Воронцов, креативный директор, циник, который в первый вечер сам предложил «никаких обещаний»?
— Ты врёшь, — выдохнула она.
— Хочешь, покажу переписку с другом? — он потянулся к телефону. — Я ему каждый день слал сообщения: «Она не отвечает», «Думаешь, у неё кто-то есть?», «Я схожу с ума». Хочешь посмотреть, какой я жалкий?
Юля молчала. В голове не укладывалось. Он страдал? Он тоже не спал ночами?
— А когда ты узнал, что я работаю в твоём офисе? — спросила она.
— Вчера, — честно ответил Сергей. — Мне дали список отдела. Я увидел твою фамилию — Юлия Соколова. Думал, совпадение. А когда увидел фото в корпоративной базе... — он замолчал. — У меня сердце остановилось.
— И ты не предупредил? Не написал? Не позвонил?
— А что бы я сказал? «Привет, дорогая, я твой новый начальник, давай встретимся в переговорной»? — горько усмехнулся он. — Я не знал, как ты отреагируешь. Может, ты вообще забыла меня и живешь с другим.
Юля вспомнила Игната, его признание на лестнице, и ей стало стыдно.
— Я не забыла, — тихо сказала она. — Ты снился мне каждую ночь. Я просыпалась и смотрела на твою подушку, а её не было.
Сергей закрыл глаза, будто эти слова причиняли ему физическую боль.
— Прости меня, — прошептал он. — За всё прости. За молчание, за этот дурацкий день, за то, что вёл себя как ледяной истукан. Я пытался защитить нас обоих, а получилось только хуже.
— Что нам делать? — спросила Юля. — Я не могу так работать. Смотреть на тебя каждый день и делать вид, что ничего не было.
— Я тоже не могу, — он открыл глаза и посмотрел на неё. — Но если мы сейчас начнём встречаться, нас уволят обоих. Или хотя бы тебя. Ты этого хочешь?
— Нет.
— И я нет. Давай придумаем что-то. Дай мне время.
— Сколько? — в её голосе слышалась усталость. — Месяц? Два? Полгода делать вид, что мы чужие?
— Я не знаю, — честно сказал Сергей. — Но я придумаю. Обязательно. Только не уходи. Не исчезай. Дай мне шанс.
Она смотрела на него и понимала, что не сможет уйти. Как бы ни было больно, как бы ни хотелось послать всё к чёрту — она не могла. Потому что любила. Любила этого невыносимого, противоречивого, то холодного, то горячего мужчину.
— Хорошо, — сказала она. — Я подожду. Но знай: если ты снова исчезнешь, я тебя убью.
Сергей улыбнулся — впервые за весь этот кошмарный день.
— Договорились. — Он протянул руку, и она вложила в неё свою. — Я люблю тебя, Юля.
— Я тоже тебя люблю, — прошептала она. — Хотя ты сводишь меня с ума.
Он потянулся к ней, и они поцеловались. Осторожно, нежно, будто пробуя друг друга заново. Его губы были тёплыми, родными, и Юля на мгновение забыла, где они, кто они и какие проблемы их ждут завтра.
— Отвези меня домой, — попросила она, отрываясь. — Я устала.
— Конечно.
Он завёл машину и вырулил на дорогу. Ехали молча, но это молчание было другим — не холодным, а тёплым, доверительным. Юля смотрела на огни ночного города и думала о том, как странно устроена жизнь. Ещё месяц назад она была в Турции, свободная и счастливая. А теперь сидит в машине любимого мужчины, который оказался её начальником, и не знает, что будет завтра.
— Здесь, — сказала она, когда они подъехали к её дому. — Спасибо.
Сергей заглушил двигатель.
— Я провожу.
— Не надо, тут близко.
— Провожу, — повторил он твёрдо.
Они вышли из машины и подошли к подъезду. Дождь кончился, но ветер гнал по небу рваные облака.
— Юля, — Сергей взял её за руки. — Завтра на работе я снова буду Сергеем Викторовичем. Ты будешь просто сотрудницей. Никаких взглядов, никаких намёков. Это нужно пережить. Ты справишься?
— Справлюсь, — кивнула она.
— Я буду ждать. Каждый день буду ждать момента, когда смогу быть с тобой по-настоящему.
— Я знаю.
Он поцеловал её в лоб, легко и нежно, и разжал руки.
— Иди. Замерзнешь.
Юля вошла в подъезд, обернулась в последний раз. Сергей стоял у машины, смотрел на неё. Она помахала и скрылась за дверью.
Дома она долго стояла под душем, смывая с себя этот безумный день. А когда вышла, увидела сообщение от Игната:
«Добралась? Я в порядке, не волнуйся. Завтра увидимся. Спокойной ночи».
И через минуту ещё одно:
«Юль, я ничего не жду. Просто знай: ты классная. И всё будет хорошо».
Юля сжала телефон и почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы. Игнат был слишком хорошим для неё. Слишком правильным. А она любила другого — того, кто разрывал её сердце на части.
«Спокойной ночи, Игнат, — ответила она. — И спасибо тебе за сегодня. Ты настоящий друг».
Он прочитал, но не ответил. Может, обиделся на слово «друг». А может, просто уснул.
Юля легла в кровать и уставилась в потолок. Завтра будет новый день. Новые испытания. Новая игра в «начальник и подчинённая».
Она справится. Ради него. Ради них.
Утром в офисе Юля вошла в лифт и нос к носу столкнулась с Сергеем. Двери закрылись, и они остались вдвоём в замкнутом пространстве.
Сергей смотрел прямо перед собой, будто её не существовало. Руки в карманах брюк, лицо непроницаемое. Лёд.
Юля сжала кулаки, чтобы не броситься ему на шею. Три минуты. Всего три минуты езды до её этажа. Она выдержит.
Двери открылись. Она вышла, не оборачиваясь.
— Юля, — тихо сказал он ей в спину.
Она замерла.
— Кофе. Чёрный, без сахара. В одиннадцать. В кофейне через дорогу от офиса. У меня совещание в десять, потом полчаса окна.
Она не обернулась, но улыбнулась так, что он не видел.
— Хорошо, Сергей Викторович.
И пошла к своему столу, чувствуя, как внутри разливается тепло. Он придумал. Нашёл способ.
Игра начинается.
Продолжение следует...
Как думаете, получится ли у них сохранить тайну или кто-то в офисе догадается об их отношениях?
#любовныйроман #служебныйроман #тайныеотношения #начальникиподчиненная