Все началось с телефонного звонка в конце августа. Ира сидела на даче, пила чай с мятой и смотрела, как муж Женя безуспешно пытается завести старый мотоблок. За забором кричали соседские дети, пахло дымом от шашлыков, и жизнь казалась почти идеальной.
На столе зажужжал телефон. Звонила племянница Аленка. Дочь ее старшего брата, который жил в другом городе и с которым они виделись только по траурным случаям. Девчушку Ира помнила еще подростком с фиолетовыми волосами и вечно недовольным выражением лица. Сейчас той должно было уже под тридцать.
— Теть Ир, привет! - голос в трубке звучал бодро и навязчиво, как рекламный ролик. — Ты как? Я тут это... переезжаю в ваш город. Работу нашла, классную, представляешь? Но с жильем пока засада. Можно я у вас пару дней поживу, пока квартиру сниму? Ну недельку максимум.
Ира замялась. Квартира у них была большая, доставшаяся от мамы, жили они втроем с мужем и сыном-студентом, который приезжал только на каникулы. Место вроде было.
— А сколько тебе надо времени? - осторожно спросила она.
— Неделя! Максимум десять дней! - бодро отрапортовала та. — Я быстрая, найду жилье и съеду, вы меня не заметите. Теть Ир, ну выручи, а? Папа сказал, ты добрая.
Ира вздохнула. Слово «добрая» в устах родственников обычно означало «удобная».
— Приезжай, - разрешила она.
Аленка приехала на следующий день с двумя огромными чемоданами, рюкзаком и клеткой с попугаем. Клетка была такая, что в нее можно было войти самому.
— Это Кеша, - представила она птицу, втаскивая чемоданы в прихожую. — Он тихий, не бойтесь. Только по утрам немного кричит. Но это от радости, что солнце встало.
Попугай действительно был похож на Кешу. На того самого, из мультика, только слегка потр-панного жизнью.
— Ладно, проходи, - пригласила племянницу Ира.
Аленка вплыла в квартиру, как корабль. Через час она уже освоилась, разложила вещи в комнате сына, накормила Кешу, выпила чай и начала рассказывать о своей новой работе.
Работа оказалась в каком-то стартапе, связанном с продажами, сетевым маркетингом и прочей ерундой, от которой у нормальных людей начиналась аллергия. Аленка говорила быстро, перескакивая с темы на тему, и жестикулировала так, что казалось, сейчас взлетит.
— Теть Ир, ты не представляешь, какие там перспективы! Я через год буду начальником отдела, а через три — куплю квартиру! А пока у тебя поживу неделю, максимум две!
«Уже две...» - грустно подумала Ира, но промолчала.
Две недели превратились в месяц. Потом в два. Попугай Кеша орал по утрам так, что просыпались соседи этажом ниже. Аленка занимала ванную по часу, оставляла посуду в раковине и разговаривала по телефону так громко, что Ира знала теперь всю подноготную ее нового бойфренда, включая размер его зарплаты и количество бывших жен.
— Теть Ир, я скоро найду! - кричала она из коридора, когда Ира намекала на то, что сын скоро приедет. — Просто варианты все не те. То дорого, то далеко, то с соседями не повезло.
Ира вздыхала и шла мыть посуду. Муж мрачнел с каждым днем. Он работал вахтами, приезжал домой на две недели и мечтал о тишине. Но вместо этого его встречал попугай, поющий оперные арии.
— Ир, доколе? - спросил он как-то вечером, когда Аленка ушла на свидание.
— Не знаю, Жень. Она обещает со дня на день.
— Она обещает уже третий месяц. Я ее попугая скоро научусь понимать.
— Потерпи, - попросила Ира. — Она же родственница.
— Дочь твоего брата, с которым ты виделась последний раз на похоронах матери. И который никогда тебе не звонит, - уточнил он.
Ира даже не нашлась что ответить.
Все изменилось в один день. Ира пришла с работы пораньше, разболелась голова, и ее отпустили домой. Аленки не было, ушла по делам. Попугай мирно дремал в клетке.
Ира налила чай, села на кухне и вдруг на стуле увидела ноутбук племянницы. Гаджет был открыт, и на его экране висела переписка в мессенджере. Ира не собиралась вчитываться, но взгляд сам выцепил знакомое слово: риелтор.
«…да, я все проверила. Квартира тетки приватизирована на нее и мужа. Если что-то случится, доля достанется сыну. Но я нашла другой вариант. Пиши, созвонимся»
Ира перечитала сообщение несколько раз. Сердце забилось быстрее.
«Что значит «если что-то случится»? Какой другой вариант?»
Она прокрутила переписку выше. Там были фотографии каких-то документов, обсуждение цен, имена, даты. Ира не все понимала, но одно стало ясно: Аленка не просто искала квартиру. Она что-то задумала. Что-то, связанное с их семьей.
Дальше была переписка с каким-то мужчиной, судя по нику адвокатом. Обсуждались какие-то схемы, доли, выплаты. Потом снова с риелтором уже о другой квартире, не в их доме, а в соседнем районе. И фраза, от которой у Иры похолодело внутри:
«Главное, чтобы тетка не узнала раньше времени»
Ира закрыла ноутбук. Руки дрожали. Она вдруг вспомнила, что в последнее время Аленка часто говорила по телефону шепотом, выходила на лестничную клетку, а однажды Ира видела у нее в руках какие-то бумаги, похожие на договоры.
Ира дождалась, когда Аленка вернется домой, и встретила ее в прихожей.
— Ой, теть Ир, а я тебе кефир купила, в магазине брала, - затараторила та, скидывая туфли.
— Спасибо, - кивнула Ира. — Ален, давай поговорим.
Аленка насторожилась.
— О чем?
— О том, что ты с кем-то обсуждаешь нашу семью и квартиру...
Аленка побледнела, потом села на пуфик в прихожей и закрыла лицо руками.
— Теть Ир, это не то, что ты думаешь.
— А что я думаю? Я пока ничего не думаю. Я слушаю.
И Аленка рассказала. Оказалось, что ее отец, брат Иры, задолжал крупную сумму каким-то бандитам. Они дали срок до Нового года. Если не вернет — заберут квартиру, в которой он живет с новой женой.
— Папа просил меня найти выход. Я думала, может, ты поможешь... ну, продадите свою квартиру, переедете куда-нибудь, а часть денег дадите нам. Но потом поняла, что это бред. Ты же не согласишься?
Ира слушала и не верила своим ушам.
— Ты хотела, чтобы мы продали свою квартиру, чтобы спасти твоего отца, который никогда мне не звонит?
— Я знаю, это глупо, - Аленка всхлипнула. — Но он же мой отец. И если он не отдаст долг, его убьют. Ты этого хочешь?
Ира молчала долго. Потом вздохнула.
— Ален, я понимаю, ты хочешь спасти отца. Но втягивать в это нас... Разве это правильно?
— Я не знаю, как правильно, - тихо ответила племянница. — Я просто не знаю, что делать.
Девушка заплакала. Даже попугай Кеша проснулся и завозился в клетке.
Ира смотрела на нее и думала. Думала о брате, который всегда был чужим. Даже в детстве они не дружили, а после смерти матери он исчез из жизни окончательно, объявившись только раз, чтобы спросить, не осталось ли чего «ценного». О племяннице, которая впуталась в эту историю не со зла, а от отчаяния. Глупая, наглая, но по-своему любящая дочь, готовая на все ради отца.
О муже, который ждет тишины и покоя после вахт. О сыне, который через месяц должен приехать домой, и ему нужна комната для учебы, а не родственница с чемоданами.
Ира почти пять лет ухаживала за больной мамой: возила в больницы, покупала лекарства, ставила уколы и обрабатывала пролежни. Брат даже не интересовался ее здоровьем. Звонил раз в полгода, спрашивал, жива ли, и клал трубку. На похороны приехал, постоял двадцать минут и уехал, даже поминок не дождался.
Сейчас в ней боролись две Иры. Одна — добрая и понимающая, готовая простить и помочь, потому что семья. Другая — уставшая и злая, которая помнила равнодушие брата, которому теперь вдруг понадобилась помощь.
— Я не буду помогать твоему отцу,- вдруг выпалила она. — Я его почти не знаю. И это не моя проблема.
Аленка молчала, глядя в пол.
— Но ты здесь останешься, - добавила Ира. — Я помогу тебе с поиском квартиры и работы. Но врать мне больше не смей.
Аленка кивнула и обняла ее так крепко, что Ира чуть не задохнулась.
— Спасибо, теть Ир. Спасибо.
— Иди уже, - Ира высвободилась из объятий. — И попугая своего чтоб я не слышала по утрам.
Через месяц Аленка съехала в собственную квартиру. Небольшую студию в соседнем районе, которую сняла через агентство. Женя помог найти порядочного риелтора. Приходила иногда в гости, приносила пирожные.
Брат так и не позвонил. Аленка сказала, что долг они вроде уладили, но подробностей не знает. Ира решила не вникать.