Мы переехали в этот дом в конце августа. Мама говорила, что это наше «родовое гнездо», доставшееся от прабабки, которую я никогда не видела. Деревня была тихой, вымирающей — из пятидесяти домов обитаемыми остались от силы десять. Старики доживали свой век, молодежь давно разбежалась по городам.
Наш дом стоял на самом краю деревни, у леса. Старый, с кривыми половицами и запахом высушенного временем дерева. Когда мы впервые вошли внутрь, мне показалось, что в доме кто-то есть. Воздух был слишком плотным, слишком тяжелым для пустого помещения. Мама ничего не замечала — она суетилась, открывала окна, вытирала пыль и говорила о том, как мы здесь чудесно заживем, подальше от городской суеты.
Мне было двенадцать, и первое, что я спросила: «А почему здесь нет зеркал?»
Мама тогда отмахнулась. Сказала, что старая мебель просто не сохранилась, что перед нашим приездом дом, возможно, обчистили местные мародеры, а новые зеркала мы повесим позже, когда немного обустроимся. В комнатах и правда было пустовато: продавленный диван, скрипучий шкаф в прихожей, пара табуреток на кухне и странный темный прямоугольник на стене в зале, будто там раньше что-то висело очень долго и выгорели обои.
— Наверное, икона висела, — предположила мама. — В старых домах часто в красном углу иконы держали.
Но почему-то мне не верилось. Прямоугольник был слишком широким и слишком вытянутым по горизонтали. Для иконы не подходит. Скорее для картины… или зеркала.
Первую ночь я спала плохо. Ворочалась, прислушивалась к звукам. Дом жил своей жизнью — где-то поскрипывали половицы, на чердаке возилось что-то мелкое, ветер стучал веткой по стеклу. Обычные ночные звуки старого дома. Я почти убедила себя в этом.
Зеркало появилось на третью ночь.
Я проснулась от того, что в комнате было слишком светло. Луна светила прямо в окно — полная, огромная, неестественно яркая. И на стене, напротив моей кровати, висело ОНО. Большое, в тяжелой темной раме, с мутноватым стеклом, в котором отражался лунный свет. Я готова была поклясться, что еще вечером, ложась спать, я смотрела на эту стену — она была чистой. Пустой. А теперь там висело зеркало.
Я хотела закричать, но голос пропал. Я хотела закрыть глаза, но не могла отвести взгляд. В зеркале отражалась моя комната: кровать, на которой я лежала, тумбочка, брошенная на пол одежда. И я. Я смотрела на себя со стороны и вдруг поняла, что не узнаю эту девочку в отражении. Она была похожа на меня, но что-то в ее лице казалось чужим. Взгляд? Улыбка? Я не могла понять.
— Мама, — наконец прошептала я. А потом закричала: — МАМА!
Мама влетела в комнату босиком, с растрепанными волосами, с перекошенным от испуга лицом. Я тыкала пальцем в стену и не могла выговорить ни слова, захлебываясь слезами и икотой. А она смотрела на пустую стену, потом на меня, потом снова на стену. Подошла, погладила по голове, обняла.
— Тише, тише, маленькая, — приговаривала она. — Приснилось. Просто кошмар приснился. Посмотри, доча, там же ничего нет.
Я подняла голову и выглянула из-за ее плеча. Стена была пуста. Только бледный лунный свет и старые обои в цветочек.
— Я не спала, — твердо сказала я. — Я видела. Там висело зеркало. Большое, в темной раме.
Мама вздохнула, поцеловала меня в макушку и уложила обратно. Сама легла рядом, хотя обычно мы спали в разных комнатах. Под боком у нее было тепло и безопасно, и я в конце концов уснула.
Утром мы нашли его в чулане.
Я первая заглянула в маленькую каморку между кухней и прихожей, куда мы свалили коробки с вещами, которые еще не разобрали. И там, прислоненное к стене, стояло оно. Огромное, в тяжелой темной раме. Именно то, что я видела ночью.
— Мама, — позвала я тихо. — Иди сюда.
Мама подошла, вытерла руки о фартук и замерла. Зеркало было старым, пыльным, с потемневшим от времени стеклом. По краям рамы шла затейливая резьба — какие-то листья, цветы, а в самом низу, если присмотреться, можно было разглядеть морду существа, похожего то ли на льва, то ли на волка с оскаленной пастью.
— Откуда оно здесь? — удивилась мама. — Вчера же не было. Наверное, местные помогли с переездом, пока мы спали, и просто занесли его не туда. Надо будет сходить, поблагодарить.
— Кто помог? — спросила я. — Мы же никого не просили. И двери были заперты.
Мама замялась, но быстро нашлась:
— Наверное, ключи у кого-то из старых хозяев остались. Деревня же, тут все друг друга знают. Занесли и ушли. А зеркало красивое, старинное, — добавила она, разглядывая его. — Надо повесить в прихожей, будет прихожая визуально больше казаться.
Я уперлась руками и ногами.
— Не надо! Не вешай его! — закричала я. — Это плохое зеркало, мама! Я же говорила, я видела его ночью! Оно само пришло!
Мама только покачала головой с усталой улыбкой:
— Фантазии у ребенка. Откуда у зеркала ноги?
Но вешать не стала. Сказала, что сначала нужно раму отреставрировать, стекло почистить. Так и оставила стоять в чулане, прислоненным к стене лицом внутрь. Я попросила ее поставить его лицом к стене — чтобы не смотрело. Мама удивилась, но просьбу выполнила. Развернула зеркало стеклом к стене, а к нам — темной деревянной спиной.
— Так лучше? — спросила она.
Я кивнула, хотя лучше не стало.
С этого момента в доме началась какая-то странная возня. По ночам я слышала легкие шаги. Не тяжелые, мамины, а быстрые, семенящие, будто кто-то маленький бегал по коридору босиком. Я вскакивала, включала свет — никого. Я звала маму, она приходила заспанная, и шаги затихали. Мама говорила, что это мыши на чердаке, что старые дома всегда скрипят и что мне просто страшно одной в незнакомом месте.
Но однажды ночью я проснулась от того, что кто-то дышал мне в ухо. Теплое, ритмичное дыхание. Я замерла, боясь пошевелиться. Дыхание не прекращалось. Я резко повернула голову — никого. Только темнота и лунный свет из окна.
А потом я заметила, что дверь в чулан, которую я всегда перед сном проверяла — закрыта ли? — сейчас стояла приоткрытой. Чуть-чуть, на ширину ладони. И из этой щели тянуло холодом.
Я натянула одеяло до подбородка и пролежала так до утра, не смыкая глаз.
На следующую ночь мама сама пришла ко мне. Села на край кровати, взяла за руку. Она была бледной, под глазами залегли тени.
— Ты тоже слышишь? — спросила я шепотом.
Она кивнула.
— Я думала, мне кажется. Но сегодня… сегодня я проснулась от того, что кто-то сел на край моей кровати. Я почувствовала, как продавился матрас. Открыла глаза — никого. Но на простыне осталась вмятина. Маленькая, будто сидел ребенок.
Мы решили убрать зеркало. Утром же, при свете солнца. Вынести его во двор и разбить к чертям собачьим.
Утром мы открыли чулан. Зеркала там не было.
— Не может быть, — растерянно сказала мама. — Я же своими глазами… Мы же его сюда ставили.
Мы обшарили весь дом. Заглянули под кровати, в шкафы, даже в подпол через люк на кухне. Зеркало исчезло.
— Украли? — предположила я без особой надежды.
— Кому оно нужно, такое тяжелое? — мама покачала головой. — И как? Мы бы услышали.
Мы просидели на кухне до вечера, боясь расходиться по комнатам. А когда стемнело, мама пошла в зал за одеялом — мы решили спать сегодня вместе, на кухне, при свете.
Она вышла из кухни, и я услышала, как она остановилась в коридоре. Тишина длилась слишком долго.
— Мам? — позвала я.
Она не ответила. Я встала и пошла на звук тишины.
Мама стояла на пороге зала и смотрела внутрь. Я подошла и встала рядом.
Оно висело на стене. На том самом выгоревшем прямоугольнике обоев. Висело ровно, будто всегда там и было. Будто мы повесили его много лет назад и никогда не снимали.
Мы стояли с мамой, взявшись за руки, и смотрели на него. Солнце садилось, и в комнате было сумеречно. В черном стекле отражались мы — две перепуганные фигуры, сжавшиеся в комок. А за нашими спинами в зеркале отражалась еще одна комната. Не наша.
Старая комната с круглым столом, покрытым вышитой белой скатертью, с иконами в углу, с высокой кроватью под балдахином. И там, у стола, стояли две фигуры. Девочка в длинном светлом платье, с волосами, заплетенными в две косы, и женщина в темном платке, в длинной юбке, в фартуке. Девочка была примерно моего возраста. Женщина — как мама.
Они стояли и смотрели не на нас. Они смотрели куда-то вбок, себе под ноги, и молчали. И были такими реальными, такими четкими, будто находились в соседней комнате за стеклянной стеной, а не в отражении старого зеркала.
— Они там живут, — прошептала я. — Они всегда там жили.
Мама, пересилив себя, шагнула вперед. Она сняла с вешалки в прихожей свое пальто и накинула на зеркало. Просто набросила сверху, закрыв стекло. Пальто повисло, скрыв от нас ту комнату и тех, кто в ней стоял.
В ту ночь мы не спали. Сидели на кухне при включенном свете, пили чай и вздрагивали от каждого скрипа. Мама пыталась шутить, говорила, что утром вызовет такси и мы уедем в город, что это просто игра света и наше разыгравшееся воображение. Но я видела ее глаза. Она не верила в то, что говорила.
Под утро, когда начало светать, когда самые стойкие страхи отступают перед рассветом, мы услышали это.
Из зала донесся детский смех. Тихий, радостный, как будто девочка играла в прятки и наконец нашла того, кого искала. Мы замерли, вцепившись друг в друга. Смех повторился, а потом стих.
А потом начался шепот. Он шел не из зала. Он шел изнутри моей головы. Тоненький, доверчивый, почти ласковый голосок:
— Выходите играть. Чего вы спрятались? Мы вас видим. Вы теперь тоже здесь, за стеклом.
Я зажала уши, но голос не исчез. Я посмотрела на маму. Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами и медленно поднимала руку к своему лицу. Я перевела взгляд на темное оконное стекло кухни.
Ночь еще не отпустила улицу, и стекло работало как зеркало. В нем отражалась наша кухня: стол, две чашки с недопитым чаем, мама, я. А за нашими спинами, из темного проема двери, на нас смотрели двое — девочка и женщина в платке. Они стояли на пороге, взявшись за руки, и улыбались. Улыбались нам.
Я не помню, как мы выбежали из дома. Кажется, я даже не обулась — выскочила босиком, в ночной рубашке. Мама тащила меня за руку, и мы бежали по холодной утренней росе к единственному дому, где горел свет — к бабке Нюре через три улицы.
Бабка Нюра оказалась той самой «местной, которая все знает». Она напоила нас чаем с мятой, выслушала сбивчивый мамин рассказ и тяжело вздохнула.
— Прабабка твоя, — сказала она маме, — нехорошей славой пользовалась. Гадала на зеркалах, женихов привораживала. А потом, говорят, такое нагадала, что сама в зеркале и осталась. Вместе с дочкой своей малолетней. Искали их тогда всем селом — сгинули, как в воду канули. А зеркало то потом находили то у одних, то у других. Никому счастья оно не принесло. Прятали его, закапывали, даже жечь пробовали — не горит. Всегда возвращается. Ждет, видно, когда кто из своих придет.
Мы уехали из деревни на первой же попутке, оставив все вещи. Мама даже не спорила, когда я сказала, что не вернусь туда никогда. В машине мы молчали и смотрели в окно. За нами оставался дом, оставалось зеркало, оставались те двое, что ждали нас.
Прошло три года. Мы живем в другом городе, в новой квартире. У нас все хорошо. Но с тех пор я боюсь темных окон. И зеркал. Особенно старых, в тяжелых рамах. Я знаю: если долго смотреть в зеркало, особенно в сумерках, можно увидеть, как кто-то смотрит на тебя в ответ из той комнаты, что по ту сторону стекла.
И этот кто-то уже ждет, когда ты сделаешь первый шаг навстречу.
А недавно я нашла в маминой шкатулке старую фотографию. Еще черно-белую, пожелтевшую от времени. На ней — молодая женщина в платке и девочка с косичками. Они сидят за круглым столом, покрытым вышитой скатертью, и смотрят в объектив. Я спросила маму, кто это. Она долго рассматривала фото, потом побледнела и убрала обратно.
— Не знаю, — сказала она тихо. — Никогда раньше ее не видела. Наверное, из старого альбома.
Но я-то знала, кто они. Я видела их в зеркале. И в ту ночь, когда мы убегали из дома, мне показалось, что девочка в платке помахала мне рукой. На прощание. Или в знак того, что мы еще встретимся.
Ведь кровь — не единственная связь. Иногда достаточно просто оказаться за стеклом.
#мистика #страшнаяистория #зеркало #мистическийрассказ #старыйдом #деревня #историинаночь #призраки #потустороннее #мамаидочка #хоррор #чтопочитать #страшно #мистикаонлайн #жуткиеистории #рассказы #дзен #эзотерика #необъяснимое #тайна
⬇️ Понравилась история? ⬇️
Больше 😈 страшных рассказов и романов ждут тебя на моей странице 👇
🔗 [https://author.today/u/idavran/works/edit]