В начале 1915 года или, может быть, в конце 1914 года было принято решение об объединении конструкторских бюро Адмиралтейского и Балтийского заводов. При этом основную массу конструкторов, чертёжников и инженеров перевели из Адмиралтейского завода на Балтийский, где и было организовано объединённое конструкторское бюро этих заводов.
Начальником объединённого бюро был назначен корабельный инженер полковник Александр Карлович Шуберт, а помощником его назначили меня (я был в то время в звании капитана Корпуса корабельных инженеров).
К этому же времени относится и начало моей педагогической деятельности. В 1914–1915 годах я был утверждён в должности ассистента профессора С.П. Тимошенко по кафедре строительной механики корабля кораблестроительного
факультета Петроградского Политехнического института, а в 1915–1916 годах и 1916–1917 годах — в должностях руководителя дипломным проектированием в том же институте и кораблестроительном отделении Морской академии.
По предложению профессора И.Г. Бубнова, утверждённому факультетом Политехнического института, в 1916 году я приступил к подготовке к испытаниям на звание адъюнкта по кафедре строительной механики корабля. Однако осуществить это мероприятие не удалось по причине моей крайней перегрузки работой на заводе, а потом начавшейся революции.
В объединённом конструкторским бюро разрабатывались рабочие чертежи и вся техническая документация, необходимая для постройки линейных крейсеров. На стапелях Балтийского завода были заложены линейные крейсеры «Измаил» и «Кинбурн», а на Адмиралтейском заводе — однотипные «Бородино» и «Наварин».
Чертежи и вся техническая документация размножались в большом количестве экземпляров (до 40 экз.) способом Янова (литография на алюминиевых листах) на плотной бумаге очень высокого качества. Необходимое число экземпляров поступало в распоряжение строителей линейных крейсеров на Балтийском и Адмиралтейском заводах, где они могли подвергаться небольшой корректировке применительно к производственным условиям того или другого предприятия без изменения проектных данных.
Бюро было разбито на несколько специализированных групп: корпус, дельные вещи, устройства, системы. Руководителями этих групп обычно являлись старые конструкторы-практики, которые до этого прошли длительную школу от мальчика, растиравшего тушь, до копировщика, чертёжника и младшего конструктора. При этом они учились у своих старших товарищей в процессе работы.
Инженерный состав бюро, за редким исключением, не входил в подробности выполнявшихся работ и ограничивал свою деятельность проверкой расчётов прочности, производительности и проч. конструктивных схем, намеченных конструкторами-практиками.
Впрочем, в последнее время, когда в руководстве разработкой проектов новых кораблей (линкоров и крейсеров) приняли участие профессора И.Г. Бубнов и А.Н. Крылов, эти проекты стали разрабатываться очень подробно и доводиться до стадии конструктивных схем, где уже фиксировались основные размеры и параметры конструкций и схем, гарантирующих требуемые качества.
Такое положение стало вызывать заметное неудовольствие, досаду в среде практиков-конструкторов, которые как бы стали отходить на второй план творческой работы по созданию новых кораблей.
Вообще говоря, в это время, благодаря живому влиянию русских учёных Крылова и Бубнова, а также новому поколению молодых их учеников Балтийский завод становится центром прогрессивной судостроительной мысли в России, а в качестве построенных заводом кораблей наблюдается резкий скачок в сторону их улучшения.
Работая в указанной должности, я выполнял различные проектные работы по линейному крейсеру типа «Измаил» и, кроме того, самостоятельно разработал проекты легкого крейсера и большого эскадренного миноносца. В этот период мне была поручена разработка проекта четвёртого линейного корабля для Чёрного моря под общим руководством профессора И.Г. Бубнова.
Дело обстояло так: Бубнову министерство предложило разработать этот проект (эскизный, по современным понятиям) с учётом результатов опыта расстрела «Чесмы», на которой было сооружено бронирование по типу первых линкоров. Бубнов согласился при условии, что он получит в свое распоряжение и по его выбору группу инженеров и конструкторов с Балтзавода и что работа будет выполняться вне заводской территории в Адмиралтействе.
Мне он поручил организовать такую группу и руководить работами, а за собою оставил только некоторые принципиальные вопросы, касающиеся модернизации системы бронирования по опыту «Чесмы». Работа была закончена в течение 1–2 месяцев, и проект после утверждения в ГУК'е был направлен на Николаевский завод для разработки рабочих чертежей и постройки корабля. Завод от себя сделал несколько предложений дополнительно, касающихся некоторых конструктивных деталей бронирования на основе опыта Цусимы.
Начальник конструкторского бюро Николаевского завода инженер В.П. Костенко был в Цусимском бою на броненосце «Орел» и изучил эффективность бронирования русских кораблей и сделал ряд интересных выводов, на основании которых были предложены указанные выше дополнения.
Осенью 1916 года я уже присутствовал на спуске корабля, строившегося на Николаевском заводе по этому проекту. Тогда же я приступил к разработке проекта большого линейного корабля с 16" (406-мм. — Ред.) орудиями по заданию Морского Генерального штаба. Последняя работа выполнялась мною также под общим руководством профессора И.Г. Бубнова, но закончена не была.
До объединения конструкторских бюро начальником его на Балтзаводе был очень способный, технически грамотный и прекрасный организатор — корабельный инженер Виктор Робертович Маттес (умер в 1916 г.). Его дочь Наталья Викторовна — инженер-кораблестроитель, доктор технических наук, профессор Горьковского политехнического института.
Указанный выше новый начальник объединённого бюро А.К. Шуберт был человеком безвольным, и хотя он и окончил Морскую академию, но для руководства творческой работой судостроительного конструкторского бюро оказался малопригоден. Короче говоря, я, будучи его ближайшим помощником, не находил с ним общего языка. Уехав осенью 1917 года в Финляндию, он оттуда в Петроград уже больше не вернулся.
Среди инженерного состава бюро следует отметить следующих:
— Поздюнин — принимал участие в работах по системам. В дальнейшем
академик.
— Дриженко — работал в области судовых устройств. Изобретатель. Сконструировал машину для рытья окопов и вездеходный танк. В России его изобретения не были приняты. В 1915 году уехал в командировку в Англию и оттуда не вернулся. Предложил свои изобретения английскому правительству, и возможно, что появившиеся в английской армии в конце войны танки явились воплощением идей Дриженко.
_______________________________________
Перед Вами фрагмент из книги А.И. Маслова "Записки корабельного инженера".
Приобрести и прочитать книгу "Записки корабельного инженера" полностью Вы можете, написав нам в личные сообщения нашей группы в ВКонтакте - https://vk.com/ipkgangut или на почту - gangutsale@yandex.ru
Друзья, если статья вам понравилась - поддержите нас лайком и/или репостом, напишите комментарий
