Самая сложная травма — та, которую нельзя доказать

Самая сложная травма — та, которую нельзя доказать.

Тебя не били, кормили, одевали, покупали подарки, возили в отпуск.

«У тебя было нормальное детство».

И вроде бы спорить не с чем.

Но почему тогда внутри — это странное ощущение?

Почему так трудно просить о помощи?

Почему так стыдно злиться?

Почему так страшно быть «слишком»?

Потому что иногда ранит не то, что сделали, а то, чего не было.

📌Не было эмоционального отклика.

📌Не было живого интереса к твоему внутреннему миру.

📌Не было взрослого, который выдерживает твою злость, страх, слёзы.

📌Который не пугается твоей чувствительности.

📌Который не обесценивает твою боль.

Рядом был взрослый, но не было контакта.

И это невозможно доказать.

Нельзя показать синяк.

Нельзя предъявить факт.

Поэтому многие взрослые дети эмоционально незрелых родителей живут с двойным слоем боли:

1. Боль от нехватки тепла.

2. И стыд за то, что вообще считают это болью.

«Другим хуже».

«Мне не на что жаловаться».

«Я просто слишком чувствительный».

И тогда ребёнок внутри принимает решение:

📌не нуждаться,

📌не перегружать,

📌не чувствовать слишком много.

А потом этот ребёнок вырастает.

И становится сильным, самостоятельным, рациональным.

Только вот близость даётся трудно.

И просить поддержки почти невозможно.

Работа в терапии не имеет цели обвинить родителей и начинается не с этого, а с разрешения себе признать:

Да, мне чего-то не хватило. И это правда было важно.

И с этого места начинается очень бережное восстановление контакта — контакта с собой.