Баку неотделим от его жителей — лиц бакинцев, их разговоров, поведения, внешнего вида. Бывает, в детстве смотришь фильм или какую-то передачу, и там появляется незнакомый человек, отличающийся от общего фона советских граждан, и ты тут же определяешь — бакинец. Даже не слыша еще его голоса и речи. Было что-то неуловимое в выражении лица, артикуляции, манере держаться, что позволяло узнать соотечественника.
Представить Баку, населенный неулыбчивыми северянами или благодушными жителями Средней Азии, совершенно невозможно. Это был бы другой город. Не лучше и не хуже — другой. Чужой и незнакомый. Как в страшном детском сне, когда просыпаешься в своей кровати и никого не узнаешь. Выходишь во двор, а там тоже сплошь незнакомые лица. И ты не знаешь, куда идти, что делать и вообще, зачем существуешь.
Эту фотоподборку я решил посвятить не самому городу (он на снимках идет вторым фоном), а бакинцам. Их фотографиям из личных архивов.
Бакинский Бульвар
Бакинская набережная, как и весь Приморский парк, были одним из любимых мест съемки фотографов-любителей.
Клеши
1980 год, по-моему, стал последним, когда брюки-клеш еще были в моде. После московской Олимпиады в моду вошли штаны-бананы.
Интересно, что советская легкая промышленность не выпускала ни те, ни другие модели брюк (широченные штаны, а-ля матрос, не в счет). Почему — загадка. Ведь в журналах моды, выпущенных в СССР, они присутствовали.
Клеши в Баку пользовались намного большей популярностью. В отличие от бананов, которые все-таки были юношеской модой "просвещенной" молодежи, их носили почти все категории граждан. В том числе достаточно взрослые бакинки, правда, в основном в своих узких компаниях.
Урожай
На фотографии, судя по всему, какое-то соревнование под эгидой спортобщества "Урожай". Скорее всего, подготовка к эстафете или забегу.
В Баку часто проводились спортивные соревнования между предприятиями и учреждениями. Мне приходилось несколько раз быть левым участником в таких мероприятиях. За это можно было получить спортивный костюм и кеды в подарок, что-нибудь из продукции предприятия или рублей 10 наличными. Но мне больше всего нравилось питание в фабричных столовых — кормили от пуза.
Дамы
У меня бабушка одевалась в таком же стиле. Ей в 1982 году было 77 лет. Похоже, что это была мода определенной возрастной категории. Все-таки молодые бакинки в 80-х носили другое. А может, это гости Баку.
Те же дамы, но с мужчиной.
Если это гости столицы Азербайджана, то я представляю их восторг, когда они увидели такую шикарную набережную и город, спускающийся амфитеатром к морю. Мы к этому всему привыкли, а для людей из глубинки увиденное казалось сказкой наяву.
Сад 9 января
Назвать прелестный Молоканский садик именем даты "Кровавого воскресенья" — это ж надо было додуматься! Недаром бакинцы даже в бреду его так не называли.
С другой стороны, не будь такого чудовищного названия, может, и не сохранилось бы историческое.
Парк 26 Бакинских комиссаров
На переднем плане явно иностранец: в Баку мужчины такое не носили, а вот женщина местная, ее видимо, тоже удивил экзотический вид товарища в кадре.
Как выяснилось, это Генри Кэбот Лодж-младший — американский политик, выдвигавшийся в 1960 году на пост вице-президента в паре с Никсоном. Оказывается, он сопровождал Хрущева во время его визита в США в 1959 году и откликнулся на предложение Никиты Сергеевича совершить взаимный визит.
Интересно, что в СССР Лоджу была подарена красивая государственная печать США, вырезанная из ценных пород дерева, где по возвращении в Америку был обнаружен микрофон.
У горельефа
Официально до 1968 года это место называлось "Площадь Свободы", даже после того как в 1958 году был установлен горельеф "Расстрел 26 бакинских комиссаров" работы народного художника СССР Сергея Меркурова.
Только после возведения мемориала в центре (в 1968 году) площадь была переименована в "Площадь им. 26 Бакинских комиссаров".
Знакомый американец тоже тут же:
Улица 28 апреля
Бакинцы в зимний дождливый день — изумительный снимок.
Зимней одежды практически ни у кого нет, только демисезонные пальтишки, плащи и куртки. Естественно, ни одной меховой шапки, видимо мода на кроликов, ондатр и нутрий пришла позже. Женщины в платках, мужчины — в аэродромах или с непокрытой головой.
Сад Самеда Вургуна
Какой-то наивный милиционер из начала 60-х. Впечатление такое, что из районов республики. Хотя годы далекие, может быть, тогда милиция была попроще.
У фонтана
На снимке через 15 лет уже не видно шикарных ив, к сожалению, их век недолог, видно, что на их месте посажены молодые клены.
В Баку был такой тип мужчин, которые совершенно не обращали внимания на свою внешность, клеились ко всем подряд. Их главным оружием был язык. Бакинки к такому были привычны, а гости млели от их импозантности и манеры общения.
В саду Сабира
Бакинская городская молодежь.
Три друга — три типажа. Скорее всего, из разных слоев общества, разных национальностей, с различным образованием, но все равно друзья.
Компьютерная колоризация превращает брюки в джинсы, поэтому создается впечатление, что фотографии более современные. К тому же и мода циклична. Но это на самом деле снимки из второй половины 60-х.
Отец с сыном
Как же мне нравились отцы с детишками, гуляющие в бакинских парках! Я и сейчас балдею, встречая их в современном Баку. Возможно, это отголоски из собственного детства, но мне представляются подобные променады очень милыми.
На мой взгляд, мальчикам это особенно необходимо. Никакие мамы, бабушки, тети не заменят отца или старшего брата.
Отец всегда позволит больше, чем квохчущие, как наседки, над ребенком женщины, расскажет что-то интересное, разъяснит мужские понятия и поговорит по душам.
Я не знаю, чей отец на представленных фотографиях, однако не сомневаюсь, что его сыну сильно повезло.
Я сам, к сожалению, не такой. Сколько ни гулял с сыном, всегда испытывал мучения. Разговоры он не любил, предпочитал бегать, а я мучился скукой.
Спасало только, если рядом присаживались симпатичные мамочки с детьми. Доверие к отцу, выгуливающему ребенка было неограниченное, поэтому легко было найти контакт.
Улица Узеира Гаджибекова
Шикарный снимок.
Продолжение следует...