ДАКОТСКИЕ ТАНЦЫ (продолжение)
ТАНЕЦ ТАИНСТВА (MYSTERY DANCE)
(Прим. Дж. О. Дорсей: wakáŋ-wačípi (уакъа́Н-уачи́пи - "таинства танец"); Читайте о Пиршестве Манданов (Mandan Feast), стр. 273. и танце уАтъи́тъка (Wacicka dance), стр.. 342-6, в 3-м Ежег. Докл. Директора Бюр. Этн. (3d. Ann. Rept. of the Director Bur. Eth. -J.O.D.)
Wakáŋ-Wačípi это целое секретное сообщество, к которому можно приобщиться только посредством таинства смерти и таинства воскрешения. Так как в основном он практикуется у восточной части народа Дакота, то, предположительно, заимствован у каких-то других Индейцев и в не слишком отдаленные времена. Однако сами Дакота утверждают, что их ему научил великий Uŋktéȟi (УНктэ́Хи), Божество вод. Это разновидность религиозного поклонения, которая, несомненно, заместила более древние формы культа. Атрибутом этого сообщества является Священная (wakáŋ) Сумка. Великое Водяное Божество указало, что она должна быть из шкурки выдры, енота, ласки, белки, гагары или какой то из разновидностей рыб, или змей.
В ней должны содержаться талисманы четырёх типов, представляющих птиц, четвероногих, травы и деревья. Корни травы, кора древесных корней, лебяжий пух и бизонья шерсть являются символами, которые бережно хранятся в этой сумке с талисманами. Эта комбинация, как полагается, должна наводить колдовство в духе "столько чар пусть сотворит сколько пены накипит" (Прим. перев.: Оригинал цитаты: "A charm of powerful trouble. Like a hellbroth, boil and bubble", это из Макбет Шекспира. сцена где ведьмы варят колдовское зелье в котле, из всяких запчастей животных и растений и т. п. ингредиентов, перевод мой. Дословно тут: "чары таких же мощных неприятностей, как кипение и пузырение [этого] адского бульона"). Установлены определенные, в основном хорошие, правила, которые должны руководить поведением участников данного сообщества. Они должны почитать Священную Сумку, должны почитать всех, кто принадлежит к кругу лиц, танцующих Танец Таинства, они должны устраивать побольше священных пиршеств (англ. sacred feasts), не должны красть, не должны слушать ложь, порочащую других людей, и у женщин не должно быть более одного мужа. Наградой для тех, кто честно исполняет эти обязательства становятся почитание со стороны соратников по сообществу, частые приглашения на пиры, изобилие дичи и оленины и сверхъестественное покровительство, чтобы всегда находились силы их съесть, а также обеспеченное посмертное существование.
После должного наставления в Таинствах, неофит проходил через бдения и посты и, в течение четырёх дней подряд, - очищение паровой баней. Затем наступал великий день инициации. Церемонии были публичными. Готовилось огромное количество еды. Во время священного танца, который я наблюдал четыре десятилетия назад, наготовили полдюжины больших котлов мяса. Приготовленное для танца место состояло из установленной с одной стороны большой палатки, к открытой входной стороне которой одна за одной примыкали другие палатки с поднятыми входными и противоположными им сторонами, образуя закрытое продолговатое пространство с открытым противоположным концом. Внутри вдоль боковин этого помещения сидели участники таинства, возможно более сотни человек, каждый со своей Сумкой Таинства. По сигналу пожилых мужчин, бывших распорядителями церемонии, все поднимались и, танцуя, сдвигались внутрь от входа, пока на противоположном конце не образовывалась тесная толпа, после чего процесс повторялся в обратную сторону и все возвращались на свои места. Перед завершением церемонии те, кому предстояло посвящение, поражались "выстрелами" из Священных Сумок (прим. перев.: those who were to be initiated were shot by the "sacks of mystery,"), после чего падали и их накрывали одеялами. Затем волшебный боб или ракушка, которые объявлялись причиной смерти, "извлекались" той же самой волшебной силой Священной Сумки (прим. перев.: the mysterious bean or shell which thev claimed had produced death was extracted by the same mysterious power of the sack of mvstery) и "убитые" "воскресали" к новой жизни. Которая они должны были обрести только после страданий и горечи смерти. Теперь им передавалась их Сумки, и они становились членами этого Ордена Священных Таинств. Обязательным дополнением к Wakáŋ-Wačípi является Wakáŋ Wóhaŋpi (уАкъа́Н уО́хаНпи) - Священное Пиршество (прим. перев.: Wóhaŋpi от Wóhaŋ (уО́хаН), или Wóhe (уО́хэ), -родственно слову Oóhe (оО́хэ) во всем известном слове оО́хэнонпа, только уОхэ - ближе к "сваренное, варящееся", а оОхэ - к "то что можно или нужно сварить"). Когда в селении много еды, его стараются устраивать как можно чаще. Естественно, приглашаются на него только те, кто принадлежит к Ордену Таинства. Сорок лет назад я был удостоен чести быть приглашённым на одно из таких пиршеств, устроенное в дикой деревне племени Титон возле Форта Пьер, на Миссури. Отчасти оно являлось актом отправления культа. Была зажжена трубка и воздета вверх, для Богов, с молитвой о милости. Затем её выкурили, пустив по кругу, после чего раздали еду. Гости принесли с собой собственные деревянные чаши и роговые ложки.
Каждый был должен съесть всё, что ему дадут, или заплатить штраф. Одеялом, ружьём, либо ещё каким-то предметом, который человек был готов отдать. Я знавал общину, которую во дни изобилия поразила настоящая одержимость идеей закормить друг друга так, чтобы собрать все возможные штрафы. Их бог это их живот. Вполне вероятно, что есть другие формы этого танца в других краях страны Дакота, или танцы с названиями, отличными от упомянутых, но и этих вполне достаточно для общего представления. Остаётся упомянуть лишь Танец Солнца и связанные с ним наиболее яркие примеры самопожертвования и поклонения.
ТАНЕЦ СОЛНЦА (SUN DANCE)
Нижеследующий отчёт о Танце Солнца, проведённом в Июне 1880-го года Титонами Красного Облака, это обобщение того, который был опубликован в Ежедневной Газете Су Сити, Айова (англ. Daily Journal of Sioux City, Iowa). Это очень достоверное и необычайно оживлённое описание церемонии, которая, под влиянием Христианства, проводится всё реже.
Этот Танец Солнца начался в 5 часов утра 24 Июня 1880-го года. Типи, числом в 700, были выстроены по окружности длиной около шести миль на участке ровной местности у ручья Белой Глины в Небраске (англ. White Clay Creek, Nebraska). Танец внутри этого круга начался с "большого нападения". Около четырех тысяч мужчин и женщин приняли в нём участие. Почти все были верхом, и с воплями скакали взад и вперёд по площади внутри круга типи, с предполагаемой целью отпугнуть от неё призраков и злых Духов. В 6 часов утра пошёл сильный дождь, и никаких мероприятий больше не производилось до часу дня, когда небо просветлело и люди пошли к ответвлению ручья Белой Глины, чтобы срубить священный столб. Вокруг выбранного дерева сформировали круг и не пускали внутрь никого, кроме тех, кому предстояло его срубить. Распорядителем церемоний был цветной мужчина, захваченный в плен еще ребёнком, ко времени проведения описываемого Танца принадлежавший к общине Маленькой Раны (англ. Little Wound). Его задачей было никого не пускать в круг. После многих церемоний, танцев и раздач лошадей, шесть человек медленно подошли к дереву и каждый рубанул по нему один раз, после чего жена Паука его свалила. Когда оно упало на землю, по направлению в нему также осуществили "нападение", после чего дерево со всеми ветвями было поднято и перенесено мужчинами и женщинами на расстоянии в две мили, на площадку для проведения Солнечного Танца. Добравшись туда, они устроили ещё одно "нападение", чтобы отогнать Духов, которые могли там собраться.
Затем Tašuŋke Kokipapi (Ташу́Нкэ Коки́папи) младший, чьё имя обычно переводят как Молодой-Человек-Боящийся-Своих-Лошадей, (англ. Young-Man-Afraid-of-His-Horses (прим. Дж. О. Дорсей: буквально: "они (враги) боятся даже его лошадь"-J.O.D.), возвестил, что ничего, сто́ящего того, чтобы на это посмотреть, не будет до десяти часов утра следующего дня, Пятницы 25 Июня. Вечер 24-го и пред-полуденные часы 25-го были потрачены на установку столба и возведение вокруг него навеса. Последний был сформирован в виде окружности длиной около 500 ярдов, и 12 футов (чуть меньше 4 метров) высотой, и выполнен из вбитых в землю шестов, покрытых ветвями с зелёной листвой. Столб был установлен в центре навеса и украшен красными, белыми и синими флагами, которые, как говорят, являлись дарами Великому Духу. Внутри под навесом находились около 1000 мужчин, рассевшихся по кругу, 300 танцоров, а также 25 человек, скакавших по кругу на лошадях. 300 танцоров, двигаясь вокруг столба, танцевали, пели и стреляли в сторону столба. На каждого из мужчин было надето от одного до трёх патронных поясов, набитых боеприпасами. При этом почти никакой одежды, кроме набедренных повязок, на них не было, и тела и конечности у всех были раскрашены в разные цвета. Эта часть представления длилась около двух часов, после чего стрельба прекратилась. Родители каждого из детей отдали для бедных по две лошади. Лошадей отпускали, и первый, кто сможет её схватить и удержать, становился её владельцем. Тех, кто соревновался в ловле этих лошадей, разместили за входом под навес, двумя параллельными рядами, разделёнными проходом шириной футов в тридцать (9-10 метров). Каждый раз, когда в проход выпускали лошадь, начиналось соперничество за то, кто первым сможет до неё добраться.
Далее, матери детей, для которых настало время оказания такой чести, укладывали каждого из них на ворох новой многоцветной ткани (англ. a pile of new calico. Calico может также означать не многоцветную, а вообще не крашеную и не отбеленную, но интуитивно полагаю, что здесь была многоцветная ( УПД, то что индейцам поставляли именно крашеную ткань - оказалось общим местом в истории. Неотбеленную и неокрашенную ткань называли калико (от слова Калькутта) в Европе). Затем шесть пожилых мужчин подходили и брызгали водой ему на голову, повторяя следующие слова: "О, Wakáŋtáŋka, услышь меня! Этот мужчина был достойным и храбрым, мать тоже хорошая женщина. Ради них, пусть этот ребёнок живёт долго, пусть будет удачлив и пусть у него будет много детей!" После этого, длинным тонким остроконечным ножом проделывали отверстие в мочке каждого уха ребёнка, и вставляли в них кольца из "Германского серебра"(прим. перев.: то есть из сплава меди, никеля и цинка, реально серебра не содержащего). После того, как с прокалыванием ушей детям было покончено, десяток мужчин укладывал у столба череп какого-либо крупного животного, крича и выделывая над ним замысловатые жесты. После чего все незамужние девушки, которые слушались родителей и были целомудренны в течение прошедшего года, подходили и касались дерева (прим. перев.: "went up and touched the tree", думаю что речь всё-таки про столб), затем простирали правую руку к солнцу, кланялись черепу и уходили из под навеса. Девушкам внушали, что если какая-то из них не была целомудренна и коснётся дерева, то это навлечёт на неё фатальные последствия, так как представляемое черепом большое животное утащит их в Страну Духов. Это люди постились, они ничего не ели и не пили в течение трёх дней и ночей перед тем, как войти под навес. Мужчины, принимающие участие в этом Танце, заранее говорят о том, что они собираются сделать, перед тем как попадут в список танцующих, - то есть, объявляют, что не будут есть и пить в течении одного, двух, или больше дней, и желают ли они, чтобы им сделали надрезы и привязали за них к столбу. После этого они на время лишаются воли поступать как хотят. Они обязаны выдержать пост. Их усаживают на бизоньи шкуры в потельне, где они находятся, пока не станут поджарыми как гончая, В таком состоянии стражи привели в круг этих семнадцать мужчин, и каждому в рот вложили свисток, а в руку - подобие баннера на длинном шесте. После чего десять огромных барабанов, в которые ударили шестьдесят человек, издали ужасающий грохот, и семнадцать мужчин принялись танцевать и свистеть, не отводя взоров от Солнца, и двигаясь в ритме, задаваемом барабанами. С минимальными изменениями либо вообще без таковых это действие продолжалось до утра третьего дня (прим. перев.: утра третьего дня праздника Солнечного Танца, то есть 26-го Июня).
Белые посетители добрались туда к десяти утра в Субботу, 26-го. Раздавался вышеупомянутый шум и все семнадцать человек ещё продолжали танцевать и свистеть. В этот раз к дубинкам, использовавшимся в качестве барабанных палочек, были привязаны лошадиные хвосты вместо использовавшихся ранее скальпов. В 11 часов дня семерых из семнадцати уложили на одеяла, и после долгой церемонии, включавшей раздачу лошадей и ткани (прим. перев. - calico. с той же оговоркой что и выше), каждому из них сделали надрезы и привязали к столбу. Эта операция производилась посредством приподнимания кожи, сначала на правой стороне груди и затем на левой, и производства [пары] (прим. перев.: добавил слово "пара", а то у автора звучит как будто они через один надрез кол пропускали) надрезов на коже длиной в дюйм, с каждой стороны груди. Круглый деревянный колышек вставлялся в каждое из отверстий, и закреплялся завязкой из сухожилий, завязки крепились к верёвке, а верёвка, в свою очередь, к столбу. Одному из них колышки также прикрепили сухожильными подвязками к надрезам на каждой из рук, привязав верёвку к стоявшей рядом лошади. Первый и второй танцоры, по видимому ветераны этого мероприятия. подошли к столбу, коротко вознесли молитвы и бегом рванулись от столба задом наперёд, сразу освободившись и плашмя рухнув на спины. Третий, видя как освободились эти двое, перевёл дух, собрался с силами и сделал отчаянный рывок, сразу оторвавшись не только от столба, но и от лошади. Это деяние вызвало у Индейцев бурное ликование, сопровождавшееся неистовыми воплями. Маленький Большой Человек, сидевший в это время верхом, пришёл в такой восторг, что пустил в небо стрелу, одновременно завопив так громко, как только мог. Стрела упала и вонзилась прямо в спину одной крупной полной женщины, стоявшей за пределами навеса. Пожилая дама подпрыгнула и с воплем понеслась бегом по прерии. К счастью, рядом оказался Индеец верхом, который догнал её, схватил и держал, пока вытаскивали стрелу. маленькому Большому Человеку пришлось расстаться с тремя лошадьми, чтобы компенсировать женщине причинённый вред.
Четверо оставшихся танцоров были юны и неопытны, поэтому им оторваться не удавалось. Поэтому каждый из них отдал по три лошади и их освободили (прим. перев.: в оригинале - cut loose, обрезали. Определить разрезали ли им поддетую кожу или сухожильные подвязки без разреза кожи - затрудняюсь. Интуитивно полагаю, что разрезали кожу всё-таки). Один из них потерял сознание, а когда его привели в чувство, впал в невменяемое состояние, вырвался из круга, сбив с ног нескольких женщин и поймали его уже стоящим среди маленьких детей (англ. infants, по умолчанию - после-младенческий возраст), уложенных спать под одеялами в углу одной из типи. Его привели обратно, вложили ему в рот свисток, сделанный из орлиного пера, и заставили танцевать. После этого пожилой мужчина с лупой в руке и с бизоньим черепом на голове произвёл над ним магические обряды, чтобы изгнать злого духа, который. как они полагали, вселился в молодого человека. После этого двоих бездыханных вынесли на свежий воздух и привели в чувство (прим. перев. ?? - по тексту вынесли двоих бездыханных маленьких детей (infants). То ли их сбежавший юноша перепугал до потери пульса, то ли это автор опечатался и случайно спутал юных участников Танца и маленьких детей, но напрашивается, что имелись в виду последние всё-таки, да?).
Ещё один пожилой мужчина объявил, что готов дать тем женщинам, которые этого достойны, магическое умащение. Многие подошли к нему и приняли участие в этом древнем обряде. Он заключался в том, что на правой руке делался надрез, через который снадобье вносилось под кожу. Женщины, имевшие право принять в этом участие, был теми, кому когда-либо в жизни доводилось в битве держать лошадей или нести оружие.
В шесть часов вечера солнце скрылось за облаками, и пожилой мужчина с бизоньим черепом на голове сказал в заключение несколько слов и распустил присутствовавших по домам. Танец завершился, и часом позже большинство Индейцев свернули типи и разъехались по своим домашним селениям.
С этнографическим разделом всё, остались мифы в переводе, с первого из которых начнется следующая статья. Если кого-то интересует Дакотский язык как таковой, сообщите. Это адский гемор, но возможно я буду делать выборки для себя, и всё равно придётся набирать текст на Дакотском, понемногу буду выкладывать тогда и эти главы, копируя набранные слова из готового списка.