«Нам их не понять, они сознательно идут на жертвы, жертвуют собой и близкими! Они ведь могли спрятаться, уехать на время бомбардировок! Что за глупость – так подставляться? У них другая цивилизация!» - получила такой комментарий по теме войны в Иране, пылающего сейчас Ирана.
А знаете, почему нам их сложно понять? Потому что мы не умеем так, как они, уповать на Бога. У нас связь с Всевышним не такая сильная, крепкая.
Все люди, независимо от нации, цивилизации и проч, любят своих родных, дорожат ими. Так мыслит и чувствует любая мама, бабушка, дед, отец. Но есть обстоятельства непреодолимой силы. Это когда ты сделал уже все, что мог, а ситуация не меняется или меняется к худшему. Независимо от твоих целей, желаний, устремлений, твоей борьбы во всю силу, другая сила невообразимо сильнее. В таких случаях верующие говорят: «Остается только молиться и на Бога уповать».
Хотя, бывает, все внутренние ресурсы уже так израсходованы на битву, сердце настолько разорванно, изранено и побито, что оно не столько про молитву, сколько про крик отчаяния. Оно ревёт от бессилья, от невозможности изменить что-то самое важное, а голова требует дальнейших действий – бороться, спасаться и спасать. Вот эта реакция о том, что мы оторвались от Бога, что мы Его волю в расчет не берем.
Трагедия современного общества, особенно европейского, – оно напрочь забыло, что всегда рядом, ближе, чем кожа, есть то, что сильнее человека, общества, самый властных мира сего. Мы забыли очень важное слово -«уповать». Преступление считать, что ты можешь всё изменить, исправить, брать на себя (простите за это словосочетание) функцию Всевышнего в своей и чужой судьбе. Мы слишком заточены на том, что в ответе и за себя, и за других. Мы слишком сконцентрированы на том, что сами себе хозяева, помощники, спасатели. Мы берем в руки то, что часто нам и не принадлежит вовсе. Мы разучились уповать на Бога. И в самые судьбоносные моменты глупо рассчитываем и полагаемся не на Него, а на себя или на другие Его творения. А Он знает лучше. Только Он и знает. И больше никто.
Вот мы рожаем детей и нам кажется, что мы несем их на своих руках даже тогда, когда они весят больше, чем мы сами. Мы считаем себя пожизненно в ответе за них, мы вживаемся в роль их постоянного спасателя. Но как часто не можем спасти даже самих себя. Вот тут про «прости и отпусти». На волю Бога. Не на себя полагайся, а на Него уповай.
Мы не всемогущие. Не всесильные. Не безграничные. Мы можем делать только по нашим, весьма скромным силам, да и по еще более скромным умам, которые часто хорошее от плохого отличить не в состоянии, между правдой и ложью годами мечутся.
У меня есть одна знакомая. Знаете, как она пришла к Богу? Муж-иностранец отобрал у нее единственного сына, когда тот еще был маленький. Увез мальчика на свою родину, запретил маме общаться с ним даже по телефону. А она – ну сплошное материнское любящее сердце. Так случилось, что кроме сына у нее никого нет из близких. Она поехала на родину своего уже бывшего мужа, где вместе с сыном он живет, скиталась там довольно долго в надежде увидеть своего ребенка. Не удалось ей это, но она осталась в чужой стране, чтобы быть хотя бы территориально поблизости, сына к ней не подпускали. Она не знала, как он растет, она его не могла покормить, обнять, улыбнуться ему. Сказать, что мучилась, тосковала, ничего не сказать. И тогда она стала молиться за сына.
11 лет не видела ребенка, ничего не знала о нем, только молилась за него. Стала очень верующей и крепкой. Таких сильных женщин я, наверное, и не видела никогда, хотя выглядит она очень хрупкой, нежной. И вот недавно сын ей позвонил. А потом она мне сказала, что скоро он к ней приедет. Я думала, когда она его увидит, ее сердце разорвется. Они встретились. Знаете, о чем она его в первую очередь спросила: «Ты веришь в Бога?» - «Наверное…» - «Тогда давай помолимся вместе!»
Говорит, что сын вырос хорошим человеком. Они примерно неделю провели вместе. В эту неделю ее сын починил ее крохотную съемную квартирку, сделал в ней ремонт, матери еду готовил, помогал. Она его не воспитывала, не растила, да, как выяснилось, никто особо его воспитанием не занимался, рос, как трава, у отца, который, занятый своей новой семьей, даже в школу его не отдал, дорогие в этой стране школы. А мама только молилась за сына. И этого оказалось достаточно. Представляете?
А что такое молиться? Это уповать на Господа. Если Бог с нами, то кто против нас, помните? Эта мама сделала для своего сына больше, чем та, которая с сына пылинки сдувала всю жизнь, одаривала вещами, по репетиторам таскала, воспитывала и проч. Вот какова сила молитвы.
Я сказала этой женщине сегодня: «Ты столько лет одна, а ведь ты еще молодая, ты такая красивая. Я желаю тебе встретить достойного человека». А она мне: «Зачем? Я – с Богом. Я никогда не бываю одна». Она светится, такая теплая, что рядом с ней – как в лучах солнца. Без документов, без визы, на мелких ничтожных заработках, без нормального жилья и говорит, что счастлива. Вижу, что счастлива.
Вот о чем – уповать на Бога. Ты к Нему – ползком, Он к тебе – бегом. Подключилась к Нему, и большей радости нет. Да и не может быть без Него никакой радости… Без Него – одно страдание и побитое, израненное, разорванное в борьбе сердце.
Когда иранские дома бомбят, а иранцы в этот момент молятся... И все вы видели молящихся на пепелищах в Газе. А если смотреть сердцем, то Бога мы там видели…
Моя мама, когда лечилась от онкологии, лежала в больницах, мне рассказывала о том, что там женщины как бы уговаривали себя – согласиться со своей болезнью, принять ее. Не воевать с ней, а именно принять ее. Мама говорила даже о какой-то молитве об этом. Господь дал болезнь. Только Он ее от нее и избавит. Будь Ему покорен.
«Думай о хорошем», - так моя мама часто говорит. И еще она научила меня говорить – «Слава Богу за всё». Это благодарность такая. Искренность, смирение и благодарность – все, что остается. Всё, что всем остается.
А война – понятие растяжимое. Самый страшный ад мы сами себе создаем при жизни, забывая о Боге.
Ничего нового и в этот раз я вам не сказала. Напомнила о самом старом просто. Себе.