Анализ известий летописной статьи под 6573/1065 годом
Известия летописной статьи, непосредственно касающиеся Ростислава приводим полностью.
«В год 6573/1065. Пошел Святослав на Ростислава к Тмутаракани. Ростислав же отступил из города – не потому, что испугался, но не желая против дяди своего оружия поднять. Святослав же, придя в Тмутаракань, вновь посадил сына своего Глеба и вернулся назад. Ростислав же, придя снова выгнал Глеба, и пришел Глеб к отцу своему, Ростислав же сел в Тмутаракани». Далее в статье рассказывается о знамениях, предвещавших разные беды. Анализ известий о знамениях проведен ранее в публикации Летописная статья 6573 года.
В этой статье летописец явно симпатизирует Ростиславу, который не желает поднять оружие на своего дядю Святослава. Такое миролюбие соответствует идеологии летописца, изложенной в статье под 6562/1054, где помещены известие о смерти великого князя русского Ярослава и его предсмертного наставления своим сыновьям. Летописец вкладывает в уста престарелого Ярослава слова наставления: «имейте любовь между собой, потому что все вы братья, от одного отца и от одной матери». Не желание Ростислава поднять оружие против своего дяди Святослава продолжает мысль летописца о необходимости братолюбия в роде Ярослава.
Помещенное после известий о событиях в Тмутаракани сообщение о появлении «знаменье на западе, звезда великая, с лучами как бы кровавыми», что предвещало усобицы и «крови пролитие», внесено в статью позднее. Само астрономическое явление пролета кометы Галлея наблюдалось в небе с 24 апреля 1066 года. Даже смерть Ростислава 3 февраля 1066 года случилась еще до появления кометы. Следовательно, действия Ростислава в Тмутаракани, не воспринимались летописцем, как княжеская междоусобица. Влияние зловещих знамений на эти события не распространялись.
После ухода князя Святослава с дружиной обратно в Чернигов, Ростислав повторно выгнал Глеба из Тмутаракани. О вооруженных столкновениях летописец не упоминает.
Анализ известий летописной статьи под 6574/1066 годом
Под 6574/1066 годом «Повесть временных лет» сообщает о том, что Ростислав в Тмутаракани брал дань с касогов и с других народов. Этого испугались греки и подослали к нему с лестью «котопана», который вероломно отравил князя Ростислава во время пира, «обрекая его на смерть не позднее седьмого дня». Ростислав «умер февраля в 3-й день и положен там в церкви святой Богородицы». 6574 год от сотворения мира приведен летописцем по сентябрьскому стилю.
Касоги «Повести временных лет» – это черкесы, жившие в степях и предгорьях Кавказа. Поселения их заходили в степи значительно севернее, чем в последующее время.
«Котопан» (катепан) – представитель военной администрации ромеев в Крыму, стратиг. Причины отравления князя Ростислава требуют всесторонних исследований, что выходит за рамки настоящей публикации.
Составитель Тверской летописи внес уточнение: «Бе же той пир на возвращение мощам Иоанна Златоуста». Перенесение мощей святителя Иоанна Златоуста (из Коман в Константинополь) отмечалось православными 27 января по Юлианскому календарю, что соответствует 9 февраля принятому сейчас Григорианскому календарю.
В.Н. Татищев помещает известия о пребывании Ростислава в Тмутаракани и его смерти под 6573/1065 годом, что не соответствует летописной датировке. Историк также добавляет сведения о судьбе семьи Ростислава: «Княгиня же его, уведав о сем, хотела и с детьми в Венгры ко отцу отъехать, но Изяслав, великий князь, детей ей не дал, а самой ехать не возпретил».
Супруга князя Ростислава
Про супругу князя Ростислава В.Н. Татищев упоминает в примечании № 274 тома II «Истории Российской». «О княгине его в одном древнейшем манускрипте Раскольничем сказано, что венгерская, но чья дочь, не показано, а в других всех пропущено, но обстоятельством уверяется, что дети его с венгерскими королями свойство имели». Татищев сообщает, что получил манускрипт в Сибири от раскольника в 1721 году. Это была копия древней рукописи на пергаменте, завершавшаяся 1197 годом и содержащая в заглавии имя Нестора. Рукопись, если она вообще существовала, ныне утеряна.
Мнения о венгерском происхождении супруги князя Ростислава придерживался Н.А. Баумгартен. Он приводит ее имя: «Ростислав был женат на Ланке (Анне)». Ланка могла быть дочерью только Белы I, женившагося между 1039 и 1042 г. Косвенным подтверждением ея венгерского происхождения могут служить и события 1099 г.; родство с венгерским королем могло дать ей повод надеяться на благополучный исход ея личного ходатайства за сыновей перед королем».
Утверждение Баумгартен делает, ссылаясь на примечание № 328 тома II «Истории Российской» В.Н. Татищева. Примечание относится к статье 6607/1099 года, повествующей о битве на реке Вагре близ Перемышля (современный польский город Пшемысль, польск. Przemyśl).
Кратко ситуация заключалась в следующем. В Перемышле сидел Володарь, сын Ростислава. Город осаждало венгерское войско с королем Коломаном. Венгры прибыли по просьбе великого князя киевского Святополка Изяславича. Вместе с венграми находился сын Святополка Ярослав (Ярославец).
Осаждавшие стояли лагерем вдоль реки Вагры. Сейчас река Вагра называется Вяр и протекает по территории Польши и Украины. Вяр является правым притоком реки Сан, в который впадает на современной окраине Пшемысля.
На выручку Володаря прибыл князь Давид Игоревич с половцами, которых возглавлял знаменитый князь Боняк. Произошло сражение. Венгры потерпели сокрушительное поражение. Для того времени, уже обычная «княжеская» междоусобица с привлечением сторонами иноземных союзников.
В.Н. Татищев отмечает, что еще до призвания половцев в помощь, князь Володарь Ростиславич обращался к венгерскому королю: «А Коломана, многократно посылая, просил о примирении, глаголя: «Ты нам яко ближний свойственник, и как мы тебе обиды не учинили, должен нам благодеяние изъявить». И Коломан хотел мир учинить. Но Святополк не хотел без лишения их всего владения примириться, чего ради Володарь принужден был призвать нечестивых половцев».
Не оставил без внимания поражение венгров у Перемышля русский историк Николай Михайлович Карамзин (1766-1826). Во II томе «Истории государства Российского» он пишет: «Венгерские Летописцы рассказывают, что виною сего беспримерного несчастия была неосторожность их Государя, обманутого притворными слезами вдовствующей Российской Княгини Ланки, которая, стоя на коленах, умоляла его быть милосердным к ее народу».
Русский историк и публицист Михаил Дмитриевич Хмыров (1830-1872) в своем замечательном труде «Алфавитно-справочный перечень удельных князей русских и членов царствующего дома Романовых» приводит интересные, на мой взгляд, сведения о переговорах княгини Ланки с венгерским королем. «Прийде Коломан, король угорский (венгерский), со великим множеством вой… и ста около Премышля по Вягру, и два епископа с ним. Изыйде же Лапка княгиня премыская, мати Володарева, к Коломану, моля его, да не дручит обстоянием неповинна града и людей. Кодоман же, хром сый и шкарад (скареден), не токмо не послушав её, но и уничижи ю, и ногой отопхну от себе, глаголя: «не достоит царю храбру со женами дружбы имети», и изгна ю от себе». При этом М.Д. Хмыров не указывает летописный источник, из которого привел сведения.
Открытым остается вопрос о времени и месте заключения брака Ростислава и Ланки.
Дети Ростислава
Н.А. Баумгартен утверждал, что «Ростислав от брака с Ланкою, на сколько известно, оставил трех сыновей и одну дочь».
Известны по именам три сына Ростислава: Рюрик, Василько и Владимирко.
Возможно, по причине своего изгойства, Ростислав назвал трех своих сыновей именами основателя династии Рюрика и основателя христианской ее части Владимира, в крещении Василия. Имена Рюрик, Василько, Володарь, таким образом, должны были подчеркнуть преемственность Ростислава и его сыновей от общего княжеского корня.
Рюрик Ростиславич был первый русский князь, названный именем родоначальника династии.
Н.А. Баумгартен пишет: «Рюрик единогласно считается старшим сыном Ростислава». Вторым сыном исследователь полагает Володаря и третьим сыном Василька.
Возможно к тому, что старшим из братьев был Рюрик, Баумгартен взял у Н.М. Карамзина. Тот в «Истории государства Российского» т. II, под 1087 годом утверждал, что вероломный убийца князя Ярополка Изяславича, некий Нерядец «бежал в Перемышль к Рюрику, старшему из Ростиславичей».
Летописи не содержат дат рождения детей Ростислава и сведений о том, кто из них был старшим, а кто младшим.
Первым в Повести упомянут Володарь Ростиславич. «В год 6589/1081. Бежал Давыд Игоревич с Володарем Ростиславичем, месяца мая в 18-й день. И пришли они к Тмутаракани …».
Вторым в Повести приводится имя Рюрика. «В год 6594/1086.Бежал Нерадец треклятый в Перемышль к Рюрику …».
Василько упомянут третьим. «В год 6600/1092. В тот же год ходили войною половцы на поляков с Василько Ростиславичем».
В.Н. Татищев предполагает дочь Ростислава, которая была супругой Давида Игоревича, князя Дорогобужского.
Послесловие
Такова была трагическая судьба Ростислава Владимировича, первого князя-изгоя. Он промелькнул на небосводе истории быстрой яркой звездочкой не успев совершить славных дел. Сыновьям его пришлось бороться за свое место под солнцем. Они тоже не получили отцовского удела, жили в милости старших князей, попав с детства в разряд князей-изгоев. В будущем братьям удалось добиться отдельных княжений. Сыновья Ростислава считаются основателями так называемой «первой ветви князей Галицких». Но эта уже другая история.