- В отпуск в этом году не получится, - сказал муж.
Мне показалось, что я ослышалась.
- То есть как не получится? У нас же билеты куплены! И отель оплачен…
- Яна, понимаешь... - Костя смущенно потер переносицу. - Мама же просила меня помочь с юбилеем, ну и...
- И что? - голос мой зазвенел по всей кухне.
- Я… - Костя вдруг густо покраснел. - Взял кредит. Несколько кредитов. И у друзей еще одолжил. Надо отдавать, короче, как-то…
Он помолчал немного и добавил:
- Я говорил ей, конечно, что мы с тобой не миллионеры, а она плакать начала. Ну, ты же знаешь ее… Единственный сын, говорила она, и не может догадаться взять на матери юбилей кредит?! Ну, мне и пришлось..
Я так и замерла. Кухня вокруг поплыла в каком-то мареве, белые шкафчики, которые мы выбирали вместе три года назад, магнитики из поездок на холодильнике... Все это вдруг превратилось в одно большое пятно. Впрочем, я постаралась взять себя в руки.
- Сколько? - спросила я тихо.
- Триста тысяч.
Триста тысяч. На юбилей свекрови, которая уже двадцать лет намекает, что Костя мог найти жену и получше, помоложе, покрасивее, из хорошей семьи. А я что? Дочь самых простых родителей, выскочка, которая каким-то чудом получила красный диплом и теперь воображает себя невесть кем в своем рекламном агентстве…
***
А ведь юбилей был шикарный, надо признать. В ресторане было человек двести гостей, играла живая музыка. Тамада в блестящем пиджаке выкрикивал что-то про «нашу дорогую юбиляршу», свекровь в платье цвета взбитых сливок с жемчужным отливом принимала поздравления, как королева-мать.
Помню, как она посмотрела на мой подарок, японский сервиз, который я выбирала едва ли не полдня. Она снисходительно кивнула и отставила его в сторонку.
Зато над совершенно безвкусным золотым браслетом от подруги Нинки она визжала от восторга.
- Костя… Ты что, с ума сошел? - наконец выдавила я. - Триста тысяч на эту ее показуху? А со мной посоветоваться… Тебе что не позволило?
- Яна, это моя мама...
- А я для тебя ничего не значу?
Он стоял, опустив голову, сорокапятилетний мужчина в домашних трениках и растянутой футболке, мой муж, отец моих детей, человек, с которым я делила радости и горести. И вдруг я увидела его таким, какой он есть на самом деле, маменькиным сынком, который так и не смог перерезать пуповину.
Сердце мое бешено стучало, руки дрожали от злости. И мне вдруг очень сильно захотелось швырнуть в него чем-нибудь тяжелым, например, сковородкой, которую его мамочка подарила нам на годовщину с намеком, что я плохо готовлю. И я решила, что дальше так продолжаться не может.
***
- Вот что, Костя, - сказала я, сделав медленный выдох, - разбирайся-ка ты со своими долгами сам. А я поеду в отпуск. Одна.
- Яна, ну… - забормотал он. - Не надо так...
- Надо, Костя. Потому что иначе ты не поймешь.
Собиралась я демонстративно. Швыряла вещи в сумку, хлопала дверцами шкафов. Костя ходил за мной по пятам.
- Янчик, ну хорош уже обижаться, - сказал он, - у меня, в конце концов, есть семейные обязательства.
- Семейные обязательства? - спросила я. - А можно спросить, что это такое, а?
- Ну, как бы… мама-то старенькая уже…
Перед моим мысленным взором вновь встала свекровь. На своем юбилее она лихо отплясывала даже тогда, когда остальные попадали на стулья от усталости, и флиртовала со всеми мужчинами подряд.
- Старенькая?! - усмехнулась я. - По-моему, ты преувеличиваешь. Она многим молодым легко фору даст.
- Ну, ей семьдесят же, а не семнадцать. Может, это вообще последний ее юбилей…
- Ясно, Костя, - сказала я, застегнув сумку, - я все понимаю. Но это не отменяет того, что я уезжаю, а ты остаешься.
Он беспомощно посмотрел на меня, но спорить не решился.
***
В самолете я пила томатный сок и смотрела в иллюминатор на облака, похожие на взбитую пену. «Как платье свекрови», - пронеслось вдруг у меня в голове, и я усмехнулась.
Мне вдруг стало по-настоящему смешно, ведь я в прямом смысле улетаю от проблем. Соседка, полная женщина с добрым лицом, спросила, не в отпуск ли я. Я кивнула.
- Одни?
- Одна.
- И правильно, - подмигнула мне она, - как же это хорошо иногда, побыть одной без этих мужиков, правда же?
- И то верно, - улыбнулась я.
***
Море на курорте было теплым, как парное молоко. Я лежала на шезлонге и читала детектив про женщину, которая прикончила мужа за измену. Примитивный сюжет, но затягивало.
А вечером я пила вино в баре отеля и болтала с парой пенсионеров, которые путешествуют по миру вот уже пять лет. Они держались за руки и смотрели друг на друга так, будто только вчера поженились. И мне вдруг стало очень тоскливо…
Будем ли мы с Костей смотреть друг на друга так же через сорок лет?
***
Костя писал мне каждый день.
«Отдыхаешь?» - спросил он в первый день моего отдыха.
«Ну отдыхай-отдыхай. Эгоистка! Бросила мужа в трудной ситуации!»
Потом пошли жалобные сообщения, которые я, как и первое, проигнорировала.
Когда мой отпуск подходил к концу, Костя снова написал мне.
«Когда возвращаешься?» - уточнил он.
Я написала ему дату.
«Встречу», - последовал лаконичный ответ.
***
Он действительно встретил меня в аэропорту. Молча загрузил сумку в багажник и сел за руль.
- Я подработку взял, - сообщил он мне после долгого молчания.
- Молодец, - отозвалась я.
- Я… сам не знаю, как вляпался в эти кредиты, - пробурчал муж.
- Ага. И было бы для чего, - усмехнулась я. - Ладно на ремонт или еще на что-нибудь серьезное. Но юбилей! Костя!
Я укоризненно покачала головой и вздохнула.
- Да знаю я, знаю! - воскликнул муж, сжимая руль. - Говорю же, сам не понимаю, что на меня нашло…
- Бес попутал, - подсказала я.
Он снова ненадолго замолчал.
- Но все теперь, - решительно сказал он наконец, - больше никаких кредитов. А мама… Ну, пусть сама как-нибудь разбирается со своими юбилеями… И с остальным тоже.
- Ну что ж… Посмотрим, - ответила я, глядя в окно на пролетающие мимо дома.
***
И вот сейчас, спустя три месяца, я все еще смотрю. Смотрю, как он встает в пять утра на подработку. Как приносит мне кофе в постель по выходным и вообще всячески старается загладить свою вину.
Пошло еще около недели, и у свекрови случился день ангела. Костя поздравил мать с утра, а она сказала:
- Костик! Меня хорошо слышно, да?
Связь, как это часто случается, была такой, что хорошо слышала ее даже я.
- Да, мама, я тебя слушаю, - ответил он.
- Вы приедете сегодня ко мне?
Костя бросил на меня осторожный быстрый взгляд. Я постаралась сохранить бесстрастный вид.
- Э… Боюсь, что нет, - ответил он.
- А что так? Работа?
- И работа и… Мама, мы на мели сейчас, - сказал Костя с отчаянием в голосе.
- И что, даже на подарок матери не сможешь хотя бы тысяч десять-пятнадцать наскрести? - недовольно спросила свекровь.
- Не… не могу. Я… - Костя резко выдохнул. - Я кредиты взял и сейчас выплачиваю. Так что…
- И что, даже за пять тысяч не сможешь мне купить что-нибудь? - продолжила натиск свекровь.
- Мама… я же сказал, у меня…
- Да слышала я! Кредиты у тебя! - раздраженно рявкнула в трубку свекровь. - Ладно уж! Выплачивай! Неблагодарный…
И она бросила трубку.