Сегодня ночью мне снова это приснилось. Прошли годы с тех пор, как я вообще вспоминал о случившемся, не говоря уже о том, чтобы переживать всё заново во сне. Казалось бы, такое невозможно выкинуть из головы, но когда выживание становится главной целью, воспоминания отходят на второй план. Это случилось за день до моего тринадцатилетия. Мама всегда из кожи вон лезла ради наших дней рождения — будто пыталась загладить то, что отец всё равно не придет. Мы это и так знали: он ушел, когда мне было шесть, и ни разу не оглянулся. Поэтому мама вылизывала дом до блеска, а потом устраивала грандиозный праздник. В тот день мы как раз были в самом разгаре уборки. Мама умела превратить скучную рутину в игру. Она говорила: раз уж она сама ненавидит возиться с тряпкой, то и нам это вряд ли по душе. И ведь у нее получалось! Меня всегда бесило, как ловко она подсовывала мне самую нудную работу так, что я выполнял её чуть ли не с радостью. Сейчас я ей за это благодарен. Она врубала хиты девяностых на та