Собчак пыталась выяснить у Губина, почему тот категорически отказывается от любых выступлений. Корпоративы не берет, афишные концерты игнорирует — хотя ностальгия по 90-м сейчас на пике, и возвращение такой звезды стало бы событием. В пример она привела Жукова из "Руки Вверх!" — тот вообще не знает спада популярности, недавно собрал семьдесят тысяч человек в Лужниках. Губин услышал про стадион и удивился настолько резко, что интонация сменилась мгновенно.
"Сережа Жуков и его концерт в Лужниках! Не позор ли, когда шепелявый Сережа Жуков прыгает по сцене и кричит: 'Привет, девшонки'. Это позорище! Это профнепригодность для певца. А он при этом на стадионе дает концерт на 70 тысяч человек. Все эти люди смотрят на это и орут: 'Привет, Серега!'. Не понимаю уровень общества, которое это воспринимает. В 90-е такого не было", — заявил артист.
Фразу про "шепелявого Сережу" и "позорище" в сети разобрали на цитаты за несколько часов.
Когда ностальгия встречает критику
Губин не выходит на сцену годами — из-за неврологического заболевания ему тяжело даже разговаривать, не то что петь. Большую часть времени проводит лежа, только час в день выделяет на тренировку. "Я целыми днями в постели лежу, подняться не могу. Ужасно себя чувствую. Я хромой, горбатый человек. Многие считают, что я еще герой, в таком состоянии с людьми общаюсь, а не послал всех", — объяснял он Собчак.
Интервью давал впервые за долгое время и только по старой дружбе — Ксения еще подростком приходила на его концерт в Петербурге, фанатела от "мальчика-бродяги", поэтому они общались на "ты". Живет артист один в московской квартире, кормят его авторские отчисления — по слухам, около ста пятидесяти-двухсот тысяч рублей в месяц. Музыку до сих пор пишет активно, но в стол. Иногда продает песни молодым группам. На себе крест не поставил, собирается вылечиться и вернуться.
А пока возвращается другой — Жуков скачет по сцене Лужников перед семьюдесятью тысячами зрителей, которые орут "Привет, Серега!", и Губин этого понять не может.
Ответ
Жуков не стал отвечать Андрею лично. Зато записал шуточную песню — с теми самыми интонациями и ритмом, которые все помнят с 90-х. В тексте были такие строки:
> Почему же так не любишь ты меня,
> Мол, на сцену выхожу я зря!
> От позора стонут Лужники,
> А на концерты ходят дураки.
> У Сережки с дикцией беда,
> И с таким произношением никуда.
> Что я там пою давно не разобрать,
> Надо тексты на экран писать.
> Хорошо, что есть фанаты у меня,
> И поют они все песни за меня.
> А иначе понял бы вся страна,
> Что давно уж профнепригодный я.
Сергей помнит 90-е не хуже Губина — они начинали путь почти одновременно. И к ностальгии фанатов относится с благодарностью, а не с недоумением. Жуков не обиделся, не стал публично выяснять отношения — просто взял критику и превратил ее в песню. Такой ответ оказался неожиданно элегантным: без злости, без оскорблений, но с тонкой иронией.
В комментариях под роликом писали: "Жуков молодец! Красиво и с юмором ответил, при этом не оскорбив Губина". Другие добавляли: "Оба талантливы. Но Сергей добрее и позитивнее".
Стадион против постели: два пути одной эпохи
Губин сидит дома, пишет музыку в стол, с трудом поднимается с кровати. Жуков собирает стадионы и записывает треки на злобу дня. Один считает, что уровень общества упал, если шепелявый певец может прыгать перед семьюдесятью тысячами. Другой благодарен этим семидесяти тысячам за то, что они пришли и поют вместе с ним.
"Губин завидует", — коротко резюмировала одна из комментаторов. "Жуков не эстетичный абсолютно сейчас. Жалкое зрелище", — парировала другая. "Чего к Губину пристали, что он жалуется. Том Харди младше его, но дал интервью о всех своих болячках, там у него вообще все тело болит", — вступила третья.
Спор о том, кто прав, растянулся на десятки комментариев. Кто-то вспомнил, что Буланова половину алфавита не выговаривает и ничего, поет столько лет. Кто-то заметил, что у половины мировых звезд попсы и рока голоса не очень, но какие песни, какие мелодии!
Жуков когда-то сам говорил: "Хочется видеть на своих концертах девушек, а пляшут бабушки". Звучало это не очень позитивно, хотя певец всегда старается держать марку доброго парня. Губин, наоборот, никогда особо не церемонился с формулировками — и сейчас высказался так же прямо, как и двадцать лет назад.
Просто Жуков сейчас на верху благодаря интересу к 90-м. А до этого ведь тоже сколько лет без особой работы сидел — тренд на ностальгию вытащил его обратно на сцену.
Что осталось от 90-х: дикция или искренность?
Андрей уверен, что в 90-е такого не было — тогда публика была требовательнее, артисты профессиональнее. Сергей уверен, что люди приходят не на идеальную дикцию, а на эмоции и воспоминания. Оба правы по-своему, и оба застряли в разных версиях одной эпохи.
Губин пишет песни, которые никто не услышит. Жуков поет песни, которые все знают наизусть. Один лежит в постели и мечтает вылечиться. Другой прыгает по сцене и собирает стадионы. Один критикует уровень общества. Другой отвечает ему песней.
В комментариях кто-то написал: "Видно, что-то было между ними когда-то, вот Губин и решил высказаться". Может, и было. А может, просто два разных человека — две разные судьбы. Один выбрал молчание и болезнь, другой — сцену и семьдесят тысяч зрителей.
"Они достойны уважения", — подытожил кто-то в конце обсуждения. И правда, каждый из них сделал то, что смог. Губин держится на авторских отчислениях и пишет музыку в стол. Жуков держится на сцене и записывает шуточные треки в ответ на критику.
Кто из них прав насчет "позорища" и "профнепригодности" — вопрос открытый. Семьдесят тысяч человек в Лужниках, кажется, уже проголосовали. Но Губин их голос не понимает. И вряд ли когда-нибудь поймет.
А вы на чью сторону встали: на сторону перфекционизма Губина или народной любви к Жукову?