Глава 41
Три дня после того разговора Ника не выходила из комнаты.
Джованна приносила еду, стучалась, уговаривала, но Ника только качала головой. Есть не хотелось. Говорить не хотелось. Хотелось лежать лицом к стене и смотреть, как солнечный свет медленно ползёт по обоям.
Она не плакала. Слёзы кончились ещё в тот момент в ночном разговоре, когда она сказала "прощай". Теперь была только пустота — ровная, гладкая, как отполированная поверхность старого стола.
На четвёртый день Джованна не выдержала.
— Так, — сказала она, врываясь в комнату с чашкой обжигающего кофе. — Хватит. Ты встаёшь, идёшь в душ, пьёшь кофе и выходишь на улицу. Солнце светит, город ждёт, а ты тут лежишь, как старая, больная черепаха.
— Я не хочу, — прошептала Ника.
— А кто хочет? — Джованна села на край кровати. — Думаешь, я хотела вставать после того, как мой парень в Милане сказал, что ему нужно "пространство"? Я неделю ела только нут и плакала в подушку. А потом поняла: или я умру от горя, или буду жить. Я выбрала жить. И ты выберешь.
Ника посмотрела на неё. Итальянка была серьёзна, как никогда.
— Он не позвонил, — тихо сказала Ника. — Три дня. Ни звонка, ни сообщения. Даже не спросил, как я.
— И не позвонит, — твёрдо сказала Джованна. — Потому что он такой же упрямый и гордый, как ты. Вы два сапога пара. Оба ждёте, что другой сделает первый шаг. Только жизнь, она не ждёт.
Ника села на кровати, взяла кофе.
— Я не знаю, что делать.
— Для начала — жить, — пожала плечами Джованна. — Работать, гулять, дышать. А потом — посмотрим. Может, он одумается. Может, нет. Но ты хотя бы будешь живой, а не овощем.
Ника сделала глоток. Кофе обжёг горло, но вместе с болью пришло странное чувство — она всё ещё чувствует. Значит, жива.
— Ладно, — выдохнула она. — Уговорила.
В мастерской её встретили настороженными взглядами. Ханс Мюллер, увидев её, только кивнул и указал на манускрипт — работа ждала. Ника села за стол, взяла инструменты и погрузилась в знакомый, спасительный ритуал.
К вечеру, когда она собиралась уходить, в дверях появился Маркус.
— Ника, — сказал он тихо. — Я слышал, вы болели. Всё хорошо?
— Всё хорошо, — ответила она, и это прозвучало почти правдиво.
Он посмотрел на неё долгим, внимательным взглядом, но ничего не спросил.
— Заходите, если что, — только сказал.
Она улыбнулась — впервые за несколько дней.
— Зайду. Обязательно.
В Москве была ночь, когда Ника вернулась в общежитие. Она смотрела на телефон, на пустой экран, на отсутствие уведомлений. Потом убрала его в ящик стола и легла спать.
Завтра будет новый день. Она будет жить. Как сказала Джованна.
А он... он останется там, где оставил её. По ту сторону молчания.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))
А также приглашаю вас в мой телеграмм канал