— Юра, ты серьезно? — Рита замерла посреди офисного коридора, прижимая телефон к уху. — Макбук? Она хочет Макбук в подарок на Восьмое марта?
— Ритуль, ну она не прямо так сказала, — голос мужа звучал виновато. — Просто написала, что ей нужен ноутбук для работы, а Макбук вроде как самый надежный...
— За сто тысяч! — Рита почувствовала, как внутри все закипает. — Юра, мы с тобой на старом ноутбуке работаем, которому четыре года! Я его за тридцать пять тысяч покупала! А твоя сестра хочет технику за сто!
Мимо прошла Лена из соседнего отдела, удивленно покосилась на Риту и скрылась за дверью переговорной. Рита отвернулась к окну, стараясь говорить тише.
— Может, она имела в виду что-то попроще? — Юра явно пытался сгладить ситуацию. — Давай вечером спокойно поговорим, ладно? Мила же придет, сама все объяснит.
— Объяснит, — повторила Рита и сбросила звонок.
Она вернулась к своему столу, но сосредоточиться на отчетах не получалось. Перед глазами стоял конверт, который лежал дома на тумбочке. Четыреста двадцать тысяч рублей. Их с Юрой накопления за полтора года. До заветной суммы на первоначальный взнос оставалось еще сто восемьдесят тысяч. Каждый месяц они откладывали по тридцать-тридцать пять тысяч, отказывая себе буквально во всем.
— Ритка, что случилось? — Лена вернулась и плюхнулась на стул рядом. — Ты вся красная.
— Золовка моя, — выдохнула Рита. — Хочет на праздник Макбук в подарок.
Лена присвистнула.
— Та самая, которая каждый месяц денег просит?
— Она самая.
— И что Юра?
Рита пожала плечами. Именно это и пугало больше всего. Юра был мягким. Слишком мягким, когда дело касалось сестры. Мила была младше на четыре года, и брат всегда чувствовал себя обязанным ее защищать.
— Вечером придет, — сказала Рита. — Сама все объяснит, как он выразился.
— Держись, подруга, — Лена сочувственно сжала ее плечо. — У меня с сестрой мужа такая же история была. Три года назад на свадьбу к подруге собралась, платье новое хотела. Пятнадцать тысяч просила. В итоге мы поставили условие: либо старое носишь, либо сама зарабатываешь. Она обиделась, полгода не общалась, а потом сама пришла, извинилась.
— Мила не извинится, — усмехнулась Рита. — Она вообще считает, что мир вокруг нее крутится.
Константин Игоревич, начальник отдела, высунулся из своего кабинета.
— Таранова, зайди на минутку.
Рита встала, разглаживая юбку. В кабинете пахло кофе и бумагой. Константин Игоревич указал ей на стул.
— Слушай, у нас тут новый поставщик появился, — он придвинул к ней папку с документами. — Крупная сеть, хорошие условия. Если получится до конца месяца договор закрыть, будет годовая премия. Восемьдесят тысяч.
У Риты внутри что-то екнуло. Восемьдесят тысяч! Это же почти половина от того, что им оставалось собрать!
— Я возьмусь, — сказала она, стараясь не выдать волнения. — Когда встреча?
— Послезавтра в десять. Подготовь коммерческое предложение, расчеты. Покажи им, что мы выгоднее конкурентов.
Рита вышла из кабинета с папкой в руках. Лена вопросительно подняла бровь.
— Новая сделка, — коротко ответила Рита. — Если закрою, восемьдесят тысяч премии.
— Вот это да! — Лена улыбнулась. — Тогда точно на квартиру хватит!
— Если Мила своим Макбуком не испортит все, — буркнула Рита.
***
Домой она вернулась в семь вечера. В квартире пахло жареной курицей и чем-то сладким. Галина Петровна, свекровь, хлопотала на кухне, накрывая стол. Рита прошла в свою комнату — маленькую, метров двенадцать, где помещались только кровать, шкаф и письменный стол. Полтора года назад, когда они с Юрой решили копить на квартиру, переехать к свекрови казалось отличной идеей. Экономили на съеме двадцать пять тысяч в месяц. Но сейчас, глядя на узкое пространство между кроватью и стеной, Рита чувствовала, как накатывает усталость.
— Риточка, иди ужинать! — позвала Галина Петровна.
На кухне уже сидел Юра. Он посмотрел на жену виноватым взглядом. Рита молча села напротив.
— Мила вот-вот придет, — сказала свекровь, раскладывая по тарелкам картошку с курицей. — Я ей говорила, что необязательно, но она захотела с нами праздник отметить.
— Мама, ну она же одна живет, — Юра потянулся за хлебом. — Конечно, хочет с родными быть.
Рита промолчала. Мила одна жила по своему выбору. Полгода назад развелась с Олегом — мужем, которого обвиняла во всех смертных грехах. Говорила, что он скучный, жадный, не дает ей дышать. А когда развод оформили, выяснилось, что Олег просто не хотел спонсировать жене салоны красоты и походы по клубам каждую неделю.
Дверь хлопнула. В прихожей послышался звонкий голос:
— Всем привет!
Мила влетела на кухню как вихрь. Яркое красное платье, свежая укладка, новая сумочка на плече. Рита невольно скользнула взглядом по сумке — явно не из дешевых.
— Мамуль! — Мила обняла свекровь, чмокнула в щеку. — С праздником тебя!
Потом повернулась к Рите.
— Ритуська, и тебя тоже! Как дела?
— Нормально, — Рита изобразила улыбку.
Мила плюхнулась на стул рядом с братом, положила голову ему на плечо.
— Юрчик, родной мой, как я соскучилась!
Юра улыбнулся, потрепал сестру по волосам. Галина Петровна поставила на стол салат, присела сама.
— Ну что, девочки, с праздником нас! — она подняла стакан с водой.
Они чокнулись. Мила оживленно принялась рассказывать про работу — в фитнес-клубе опять задержали зарплату, директор обещает через неделю отдать, но она уже не верит.
— Я вообще устала от этой работы, — Мила вздохнула. — Платят копейки, требуют как за миллион. И вот еще недавно навесили на меня клиентскую базу вести. Говорят, администратор должен все уметь.
— А тебе за это доплачивают? — спросила Рита.
— Нет пока. Обещали, если справлюсь. Но как я справлюсь, если даже ноутбука нормального нет? С телефона же неудобно большие таблицы заполнять!
Рита почувствовала, как напряглась спина. Началось.
— А что за таблицы? — Юра посмотрел на сестру.
— Ну, клиенты, их абонементы, посещения, — Мила махнула рукой. — В общем, куча информации. Мне директор сказал, что если я это наладлю, то в следующем месяце прибавку дадут. Тысяч пять.
— Это хорошо, — осторожно заметила Галина Петровна.
— Хорошо, — согласилась Мила. — Но для этого мне нужен нормальный ноутбук. Я вот думала...
Она замолчала, посмотрела на брата снизу вверх. Рита сжала кулаки под столом.
— Юр, я хотела попросить... В смысле, не просить, а спросить... Ты же знаешь, что у меня сейчас денег совсем нет. Зарплату задержали, я еще за квартиру вчера отдала, за телефон рассрочку плачу...
— Мил, — Юра нахмурился. — Ты о чем?
— Я слышала, что Макбук — это очень надежная вещь, — Мила заговорила быстрее. — Он годами служит, не ломается. И вот я подумала, может, вы с Ритой могли бы мне подарить его на Восьмое марта? Я бы потом отдала, честно! Как только зарплату дадут и прибавку получу!
Повисла тишина. Галина Петровна замерла с вилкой в руке. Юра уставился на сестру. Рита медленно выдохнула.
— Макбук стоит около ста тысяч рублей, — сказала она ровным голосом. — Мила, ты в курсе?
— Ну да, — Мила пожала плечами. — Но зато он долго служит! Это же как инвестиция!
— Инвестиция? — Рита почувствовала, как внутри начинает закипать. — Мила, у меня ноутбук за тридцать пять тысяч. Ему четыре года, он прекрасно работает. Зачем тебе Макбук за сто тысяч?
Мила надулась.
— Ну, я же для работы хочу! Мне же надежный нужен!
— За тридцать тысяч можно купить абсолютно надежный ноутбук, — Рита старалась сохранять спокойствие. — Который прослужит тебе много лет.
— Но Макбук лучше! — Мила повысила голос. — Юра, ну скажи ей!
Юра растерянно посмотрел на жену, потом на сестру.
— Мил, это правда дорого...
— Зато я потом отдам!
— Когда потом? — встрял Рита. — Мила, ты мне в декабре три тысячи занимала на джинсы. Обещала через две недели вернуть. Прошло три месяца, денег нет. В январе брала две тысячи на такси. Тоже не вернула. В феврале еще полторы на абонемент в солярий. Когда ты собираешься отдавать?
Мила вспыхнула.
— Это мелочи! А тут серьезное дело, для работы!
— Серьезное дело не отменяет того факта, что ты не умеешь отдавать долги, — Рита почувствовала, что сдержаться больше не получается. — И вообще, у тебя зарплата тридцать пять тысяч. Квартиру ты снимаешь за двадцать. На жизнь остается пятнадцать. Этого хватает, если не покупать каждую неделю новые платья и сумки!
— Рита! — Галина Петровна испуганно посмотрела на невестку.
— Что Рита? — Мила вскочила. — Я что, не имею права нормально одеваться?! Я что, должна ходить в одном и том же по три года, как ты?!
— Я хожу в одном и том же, потому что коплю на квартиру! — Рита тоже встала. — Потому что у меня есть цель! А ты тратишь деньги направо и налево, а потом просишь у всех подряд!
— Девочки, давайте успокоимся! — Юра попытался встать между ними.
— Я спокойна, — отрезала Рита. — Но я не дам разбазаривать наши накопления на капризы!
— Капризы?! — Мила побледнела от злости. — Да как ты смеешь! Я же для работы прошу, а не просто так!
— Для работы хватит и обычного ноутбука за тридцать тысяч!
— А почему я должна пользоваться дешевкой?! — Мила повернулась к брату. — Юра, ну скажи ей! Я твоя сестра! Я же не машину прошу! Просто ноутбук!
Юра беспомощно развел руками.
— Мил, но это правда очень дорого...
— Да ты просто под каблуком у нее! — Мила ткнула пальцем в сторону Риты. — Она тебе вообще жить не дает! Сидите тут в одной комнате, копите на какую-то квартиру, а на родную сестру денег пожалели!
— Не пожалели, а просто не будем тратить сто тысяч на твои прихоти! — Рита почувствовала, что теряет контроль. — А твоя сестра не много просит, такие подарки требовать?
Тишина упала как обухом. Галина Петровна прижала руку ко рту. Юра замер. Мила стояла с красным лицом, тяжело дыша.
— Так вот оно что, — медленно произнесла она. — Значит, я обнаглела. Понятно.
— Мила... — начал Юра.
— Нет, Юра, все понятно! — сестра схватила сумку. — Я вижу, что я здесь лишняя! Тебе важнее жена, которая на своей квартире помешалась, чем родная сестра, у которой проблемы!
— Какие у тебя проблемы?! — не выдержала Рита. — У тебя есть работа, есть крыша над головой! Ты сама выбрала снимать квартиру в центре за двадцать тысяч, хотя могла бы за двенадцать на окраине найти! Ты сама выбрала развестись с Олегом, который хоть какую-то стабильность давал! Ты сама каждый месяц покупаешь новые шмотки вместо того, чтобы откладывать! И теперь приходишь и требуешь Макбук за сто тысяч?!
Мила зло рассмеялась.
— Требую? Я попросила! Попросила брата о помощи! Но вижу, что тут все решает она!
Она повернулась к Юре.
— Ты вообще мужчина или нет? Или у тебя жена за тебя решает?
— Мила, хватит! — Юра побледнел. — Не говори так!
— А что, правда глаза колет? — Мила накинула куртку. — Я думала, ты мне поможешь. Я думала, что ты брат. А ты... Ты просто тряпка под каблуком у этой...
— Закончи предложение, — холодно сказала Рита. — Скажи, что думаешь.
Мила сверкнула глазами.
— У этой жадной эгоистки, которой плевать на всех, кроме себя!
— Мила! — Галина Петровна встала. — Немедленно извинись!
— Не буду! — Мила дернула дверь. — Пусть она извинится! Пусть признает, что я права!
— Ты не права, — твердо сказала Рита. — И знаешь почему? Потому что ты не умеешь жить по средствам. Ты привыкла, что все тебе должны. Сначала родители, потом муж, теперь брат. Но у нас своя жизнь, Мила. Своя цель. И я не позволю тебе сбить нас с пути.
Мила стояла в дверях, трясясь от злости.
— Хорошо. Отлично. Тогда вообще не считайте меня родственницей. Живите со своей целью, копите свои деньги. А я обойдусь без вас!
Она выскочила в коридор. Хлопнула входная дверь.
Рита медленно опустилась на стул. Руки дрожали. Галина Петровна всхлипнула, прикрыла лицо ладонями.
— Как же так получилось... — прошептала она.
Юра стоял посреди кухни, бледный, растерянный. Он посмотрел на жену.
— Может, ты перегнула?
Рита подняла на него глаза.
— Нет, Юра. Я не перегнула.
— Но она же...
— Она манипулирует тобой, — устало сказала Рита. — Уже много лет. И ты позволяешь. Но теперь у нас общие деньги. Общая цель. И я не дам их потратить на ее капризы.
Юра сел напротив, опустил голову.
— Но она же в трудной ситуации...
— Какой трудной? — Рита посмотрела на него внимательно. — Юра, открой глаза. У нее зарплата тридцать пять тысяч. Квартира — двадцать. Остается пятнадцать. На еду, проезд, связь. Хватает, если не сорить деньгами. Но она каждый месяц покупает что-то новое. Вот сегодня — новая сумка. Явно не за тысячу. Новое платье. Укладка свежая, значит, в салоне была. Это все деньги. А потом она приходит и просит сто тысяч на Макбук.
— Может, ей правда для работы нужно...
— Для работы нужен любой ноутбук с табличками, — Рита покачала головой. — Не Макбук за сто тысяч. Юра, я не против помочь. Но помощь — это десять тысяч на нормальный ноутбук. Не сто на понты.
Галина Петровна вытерла глаза.
— Может, все-таки хоть что-то дать? Чтобы не поссориться...
— Мама, — Рита повернулась к свекрови. — Мы с Юрой полтора года живем в одной комнате. Я ношу одни и те же вещи три года. Мы не ездим в отпуск. Не ходим в кафе. Откладываем каждый рубль. Чтобы купить свою квартиру. Чтобы начать нормальную жизнь. А Мила живет на полную катушку и просит нас спонсировать это. Вы правда считаете, что это справедливо?
Галина Петровна молчала, глядя в тарелку.
— Она моя дочь, — тихо сказала она. — Мне тяжело видеть ее такой...
— Такой какой? — спросила Рита. — Она здорова, у нее есть работа, крыша над головой. Да, денег мало, но это ее выбор. Она сама решила развестись. Сама решила снимать дорогую квартиру. Сама решила тратить деньги на тряпки. Никто ее не заставлял.
Юра поднял голову.
— Но она же сестра...
— Юра, — Рита посмотрела ему в глаза. — Послушай меня внимательно. Я люблю тебя. Я уважаю твою маму. Я не против Милы. Но я не дам разбазаривать наши накопления. Четыреста двадцать тысяч, которые мы с тобой собрали за полтора года. Если ты хочешь помочь сестре — помоги из своих личных денег. Отложи десять тысяч, купи ей нормальный ноутбук. Я не против. Но наши общие деньги — под запретом.
Юра молчал долго. Потом кивнул.
— Хорошо. Я подумаю.
— Думай, — Рита встала. — Но мое решение не изменится.
Она ушла в комнату, закрыла дверь. Села на кровать, обхватила себя руками. Внутри все дрожало — от злости, от обиды, от страха. Страха, что Юра не поймет. Что он все-таки отдаст эти деньги сестре. Что их мечта о квартире рухнет.
За дверью слышались приглушенные голоса. Галина Петровна что-то говорила Юре. Он отвечал односложно. Потом стихло.
Через десять минут дверь открылась. Вошел Юра. Сел рядом.
— Прости, — тихо сказал он.
Рита подняла на него глаза.
— За что?
— За то, что не сразу встал на твою сторону. За то, что Мила так с тобой разговаривала.
Рита почувствовала, как внутри что-то отпускает.
— Ты правда понимаешь, почему я так?
— Понимаю, — Юра взял ее за руку. — Ты права. Мила привыкла, что ей все дают. И я виноват, что поддерживал это. Но теперь... Теперь у нас своя жизнь. И наша квартира важнее ее Макбука.
Рита прижалась к его плечу.
— Спасибо.
Они сидели в тишине. За окном темнело.
***
Следующие дни прошли в напряженной работе. Рита готовила коммерческое предложение для нового поставщика, сводила расчеты, репетировала презентацию. Лена помогала, подкидывала идеи.
— Как там с золовкой? — спросила она на третий день.
— Молчит, — Рита пожала плечами. — Юре не пишет, мне тем более.
— И правильно. Пусть остынет.
Но Рита знала, что Мила не остынет. Она обидчивая, злопамятная. Такие не прощают.
Встреча с поставщиком прошла успешно. Константин Игоревич остался доволен, обещал, что через две недели будет ответ. Если договор подпишут, премия гарантирована.
Дома обстановка была натянутой. Галина Петровна ходила грустная, часто вздыхала. Рита понимала, что свекровь переживает за дочь, но ничего не могла с этим поделать.
***
Юра стал молчаливым. По вечерам сидел в телефоне, хмурился. Рита знала, что он переписывается с Милой, но не спрашивала. Не хотела новых конфликтов.
На пятый день после скандала Юра вернулся с работы мрачнее тучи.
— Что случилось? — спросила Рита.
— Мила написала, — он бросил телефон на стол. — Сказала, что больше не хочет со мной общаться. Что я предал ее. Что выбрал жену, а не сестру.
Рита почувствовала укол вины, но тут же одернула себя. Она ничего плохого не сделала. Просто защитила их общие деньги.
— Юра, она манипулирует тобой, — сказала она мягко. — Пытается надавить на чувство вины. Чтобы ты сдался и дал ей денег.
— Знаю, — Юра потер лицо руками. — Понимаю. Но все равно тяжело. Она моя сестра.
— Я знаю, — Рита обняла его. — Но ты поступил правильно.
Галина Петровна зашла в комнату, услышав разговор.
— Милочка совсем не отвечает на звонки, — у нее дрожал голос. — Я волнуюсь...
— Мам, с ней все нормально, — устало сказал Юра. — Просто обиделась.
— Может, все-таки помочь ей? — свекровь посмотрела на Риту. — Хоть немного?
— Если Юра хочет — пусть откладывает из своих денег, — повторила Рита. — Десять тысяч на обычный ноутбук. Я не против. Но не из общих накоплений.
Галина Петровна вздохнула и ушла.
Юра лег на кровать, закрыл глаза.
— Знаешь, иногда я думаю, что мы зря затеяли это копление...
Рита похолодела.
— То есть?
— Ну вот живем в одной комнате, отказываем себе во всем... А для чего? Чтобы через год купить однушку на окраине? Может, проще было бы снимать, жить нормально...
— Юра, — Рита села рядом, взяла его за руку. — Мы с тобой об этом сто раз говорили. Съем — это выброшенные деньги. Двадцать пять тысяч в месяц. За полтора года это четыреста пятьдесят тысяч. Почти весь наш первоначальный взнос. А если снимать, мы бы никогда не накопили.
— Но зато жили бы отдельно...
— И тратили бы все деньги на чужую квартиру, — Рита сжала его пальцы. — Юра, еще чуть-чуть. Нам осталось совсем немного. Если я получу премию, всего сто тысяч. Три-четыре месяца. И мы начнем искать квартиру.
Юра открыл глаза, посмотрел на нее.
— Ты уверена, что это правильно?
— Абсолютно, — твердо сказала Рита. — Это наша мечта. Наша цель. И я не позволю никому ее разрушить.
Он медленно кивнул.
— Ладно. Ты права.
Рита почувствовала облегчение. Значит, Юра все-таки на ее стороне. Значит, не сдастся под давлением сестры.
***
Прошла еще неделя. Мила так и не вышла на связь. Галина Петровна все чаще плакала по вечерам, но вслух ничего не говорила.
Рита получила письмо от поставщика — они готовы подписать договор! Константин Игоревич пожал ей руку, сказал, что премия будет в следующем месяце. Восемьдесят тысяч. Рита летела домой на крыльях.
— Юра! — она ворвалась в комнату. — Сделка состоялась! Премия наша!
Юра обнял ее, закружил.
— Молодец! Я знал, что у тебя получится!
Галина Петровна выглянула из кухни, улыбнулась.
— Поздравляю, Риточка!
Вечером они втроем сидели на кухне, пили чай. Рита подсчитывала в блокноте.
— Значит, у нас сейчас четыреста двадцать тысяч. Плюс восемьдесят премия. Пятьсот. Нам нужно шестьсот на первоначальный взнос. Осталось сто тысяч. Если откладывать по тридцать пять в месяц, через три месяца наберем!
— К лету, — мечтательно сказал Юра. — К июню.
Галина Петровна вздохнула.
— Хорошо, что у вас все получается... Вот только Милочка...
— Мама, — Юра посмотрел на нее. — Мила сама выбрала обидеться. Мы ничего плохого ей не сделали.
— Но она же одна...
— Она взрослая, — твердо сказала Рита. — У нее есть работа. Если хочет ноутбук — может накопить сама. За три месяца, если откладывать хотя бы по десять тысяч.
— Откуда у нее десять тысяч, если зарплату задерживают? — свекровь покачала головой.
— Если не покупать каждую неделю новые шмотки, найдутся, — Рита старалась говорить мягко, но получалось резко.
Галина Петровна обиделась, замолчала.
Юра переглянулся с женой. Они знали, что свекровь на стороне дочери. Но молчала, потому что понимала — Рита права.
***
Через три дня раздался звонок в дверь. Рита открыла — на пороге стояла Мила. Бледная, с темными кругами под глазами.
— Можно войти? — холодно спросила она.
— Заходи, — Рита отступила.
Мила прошла на кухню, где сидела Галина Петровна. Юры не было — еще на работе.
— Мам, — Мила села напротив матери. — Мне нужно с тобой поговорить.
— Милочка, родная! — Галина Петровна бросилась к дочери. — Как я волновалась!
— Все нормально, — Мила обняла мать, но взгляд бросила на Риту. Холодный, колючий.
Рита молча прошла к плите, поставила чайник.
— Мам, слушай, — Мила заговорила тише. — Мне правда нужен ноутбук. Для работы. И я нашла вариант. Хороший, надежный. За тридцать пять тысяч.
Галина Петровна оживилась.
— Вот видишь! Значит, можно дешевле!
— Можно, — кивнула Мила. — Но у меня сейчас этих денег нет. Зарплату только через неделю дадут. А ноутбук мне нужен срочно — директор сказал, если до конца месяца базу не налажу, найдет кого-то другого.
Рита обернулась.
— И что ты хочешь?
Мила посмотрела на нее.
— Хочу попросить Юру одолжить мне эти тридцать пять тысяч. Я верну через месяц, когда зарплату получу и прибавку.
— Ты уже столько раз обещала вернуть, — напомнила Рита.
— Это другое, — Мила сжала кулаки. — Это серьезная сумма. Я верну, честное слово.
— Честное слово Милы Тарановой, — усмехнулась Рита. — Которое ничего не стоит.
— Рита! — Галина Петровна возмутилась. — Как ты можешь!
— Как могу? — Рита повернулась к свекрови. — Легко. Мила занимала у нас в декабре три тысячи. Не вернула. В январе две тысячи. Не вернула. В феврале полторы. Не вернула. Это шесть с половиной тысяч, которые мы ей дали и которые она не отдала. И теперь она хочет тридцать пять тысяч? Серьезно?
Мила побледнела.
— Я... Я забыла про те деньги...
— Конечно, забыла, — кивнула Рита. — Потому что тебе плевать. Ты берешь и не отдаешь. Потому что считаешь, что все тебе должны.
— Я не так считаю!
— Именно так, — Рита подошла ближе. — Послушай, Мила. Я не против тебе помочь. Правда. Но не из наших общих накоплений. Если Юра захочет — пусть откладывает из своих личных денег. У него каждый месяц остается пять-семь тысяч на личные расходы. За полгода наберется сумма на ноутбук. Вот пусть копит и подарит тебе.
Мила вскочила.
— За полгода?! Мне же сейчас нужно!
— Тогда копи сама, — пожала плечами Рита. — Или бери в рассрочку.
— В рассрочку проценты!
— Ну вот, видишь, — Рита усмехнулась. — Проценты жалко платить, а наши деньги тратить — не жалко.
Мила дернулась к двери.
— Я так и знала, что ты скажешь! Ты просто жадная! Тебе плевать на людей!
— Мне не плевать, — спокойно сказала Рита. — Но наши накопления — это наша цель. И я не дам их тратить.
Мила выскочила из квартиры, хлопнув дверью. Галина Петровна всхлипнула.
— Зачем ты так с ней?
— Потому что она не понимает по-другому, — Рита села напротив свекрови. — Галина Петровна, посмотрите правде в глаза. Мила избалована. Вы ее всю жизнь баловали, Юра тоже. Ей всегда все давали. И она привыкла. Но мы с Юрой — это другая история. У нас своя жизнь, свои планы. И мы не обязаны спонсировать ее капризы.
— Но она же в трудной ситуации...
— Она врет, — устало сказала Рита. — Галина Петровна, неужели вы не видите? Никто ее не собирается увольнять. Это манипуляция. Она просто хочет получить деньги. И все.
Свекровь молчала, глядя в окно.
***
Вечером Юра вернулся с работы. Рита рассказала про визит Милы. Он слушал молча, потом вздохнул.
— Она мне тоже писала. Просила поговорить с тобой.
— И что ты ответил?
— Что поговорю. Но не обещал ничего.
Рита обняла его.
— Спасибо, что понимаешь.
— Я понимаю, — Юра прижал ее к себе. — Но мне тяжело. Она моя сестра.
— Знаю. Мне тоже нелегко. Но мы должны держаться.
Они сидели на кровати, обнявшись. За окном темнело.
***
Прошел месяц. Рита получила премию — восемьдесят тысяч, как и обещали. Они с Юрой положили деньги в конверт, пересчитали накопления. Пятьсот тысяч ровно.
— Осталось сто, — Рита улыбнулась. — Еще три месяца.
Юра поцеловал ее.
— Молодец. Мы справимся.
Мила так и не появлялась. Галина Петровна иногда ездила к ней, возвращалась грустная. Рита не спрашивала подробностей.
Однажды свекровь вернулась раньше обычного. Села на кухне, налила себе воды.
— Милочка купила себе ноутбук, — тихо сказала она.
Рита подняла глаза от газеты.
— И?
— Обычный. За тридцать пять тысяч. В рассрочку.
— Вот видите, — Рита отложила газету. — Смогла же. Когда захотела.
— Она сказала... — Галина Петровна замолчала.
— Что сказала?
— Что ее никто не собирался увольнять. Что она просто хотела получить Макбук. Потому что у всех в клубе такие. И ей обидно было ходить с обычным телефоном, пока у других айфоны и макбуки.
Рита усмехнулась.
— Вот оно как.
— Я... Я поняла, что ты была права, — свекровь посмотрела на невестку. — Прости. Я не должна была давить на тебя.
— Все нормально, — Рита пожала плечами. — Вы мать. Вам тяжело видеть дочь такой.
— Но ты правильно сделала, что не дала денег, — Галина Петровна вытерла глаза. — Иначе она бы никогда не научилась.
Рита промолчала. Она не была уверена, что Мила научилась. Скорее всего, просто обстоятельства заставили. Но это уже прогресс.
Юра пришел вечером, Галина Петровна рассказала ему про ноутбук. Он долго молчал, потом кивнул.
— Значит, сама справилась.
— Справилась, — подтвердила мать.
Юра посмотрел на Риту.
— Ты была права.
— Я знаю, — она улыбнулась.
***
Прошло еще два месяца. Они с Юрой накопили еще семьдесят тысяч. До заветной суммы оставалось тридцать.
Мила так и не вышла на связь с Ритой. С Юрой переписывалась изредка, сухо. Он не настаивал, понимал, что сестре нужно время.
Рита не переживала. Она сделала то, что считала правильным. Защитила их накопления, их мечту. И не жалела.
Однажды вечером, когда они с Юрой сидели на кухне, считая оставшиеся деньги, он вдруг спросил:
— А ты не боишься, что Мила больше никогда не простит?
Рита посмотрела на него.
— Нет. Потому что я ничего плохого не сделала. Я просто защитила наши интересы. Если она этого не понимает — это ее проблема.
Юра кивнул.
— Ты сильная.
— Не сильная, — Рита взяла его за руку. — Просто знаю, чего хочу. И иду к этому.
Они сидели молча, держась за руки. За окном шел дождь. В конверте на тумбочке лежали пятьсот семьдесят тысяч рублей. Их мечта была все ближе.
А Мила... Мила сделала свой выбор. И они — свой.
И Рита знала, что не ошиблась.
Рита думала, что самое страшное позади. Что Мила смирилась. Что их накопления в безопасности. Но через месяц раздался звонок от Галины Петровны: "Риточка, приезжай срочно. С Милой что-то случилось..." И когда Рита увидела, что произошло, она поняла — настоящая война только начинается. Читать 2 часть...